Анализ отдельных видов мест принудительного содержания граждан в Беларуси

2013 2013-04-10T13:18:00+0300 1970-01-01T03:00:00+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/valadarka.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
СИЗО на Володарского. Фото Юлии Дарашкевич

СИЗО на Володарского. Фото Юлии Дарашкевич

Глава из «Отчета по результатам мониторинга мест принудительного содержания в Республике Беларусь», подготовленного ПЦ «Весна» в сотрудничестве с опытным экспертом, юристом с большой адвокатской практикой Павлом Сапелко. Отчет охватывает период после президентских выборов 2010 года, который ознаменовался волной репрессий против политических деятелей, правозащитников, журналистов, общественных активистов. 

 

ОТДЕЛЬНЫЕ ВИДЫ МЕСТ ПРИНУДИТЕЛЬНОГО СОДЕРЖАНИЯ

В Беларуси на конец 2011 года, согласно данным Национального статистического комитета , было 41 место лишения свободы. Из них исправительных колоний (для взрослых) – 20, в том числе для лиц, впервые отбывающих наказание в виде лишения свободы – 7,  для лиц, ранее отбывавших наказание в виде лишения свободы – 7,  колонии-поселения – 3,  колонии особого режима – 1, колонии для содержания женщин – 2. Воспитательных колоний для несовершеннолетних – 2.  Тюрем – 3, арестных домов – 10, СИЗО – 6.

Численность лиц, содержавшихся в местах лишения свободы на конец 2011 года, составляла 38 410 человек. Из них содержалось в исправительных колониях для взрослых  29 983 человек (женщин  - 2 630, мужчин - 27 353). В воспитательных колониях для несовершеннолетних  385 человек. В тюрьмах – 674  человек. В СИЗО и арестных домах  - 7 368 человек, в том числе содержалось несовершеннолетних 82 человека.


Центр изоляции правонарушителей. Изолятор временного содержания (как место содержания административно арестованных)

В настоящее время административно-арестованные содержатся в изоляторах временного содержания, так как Центр изоляции правонарушителей в г.Минске был закрыт на реконструкцию. Заключенные отмечали нечеловеческие условия содержания в изоляторах.

Административно арестованный А., отбывавший административный арест в ИВС и ЦИП: «Количество человек в камере больше, чем спальных мест:  ночь с 6-го на 7-е июля: 8 человек на 5 мест (камера на 4 этаже, ИВС,) ночь с 7-го на 8-е июля: 8 человек на 6 мест (камера №30, 3й этаж, ИВС), ночь с 6-го на 7-е июля: 12 человек на 7 мест (камера №31  ИВС), ночь с 7-го на 8-е июля : 8  человек на 7 мест (камера №31  ИВС), ночь с 8-го на 9-е июля : 5 человек на спальное место 1,80 м х 2.5 м в ширину (камера №14,   7-8 м2,  ЦИП) ночь с 10-го на 11-е июля: 7 человек на спальное место 1, 80 х 2,5 м в ширину (камера №18, 9 м2, ЦИП).

В камерах антисанитария, стены туалета измазаны от пола до потолка экскрементами. При этом просьбы предоставить чистящие средства работниками ИВС игнорировались.

Матрасы и подушки  в камере №30 (ИВС) очень грязные и старые, некоторые рассыпались в труху, все заляпаны, в пятнах и разводах непонятного происхождения. Туалеты в камерах № 14 и № 18  ЦИП находятся в полуметре от спального места и «отгорожены» от спального места только одной перегородкой высотой ниже пояса. Мало естественного освещения. В камерах ИВС грязные, мутные окна, из-за чего дневной свет практически не попадает в помещение. В камерах №14 и №18 ЦИП первоначальные оконные проёмы заложены кирпичной кладкой наполовину. Оставшийся оконный проём имеет размер метр на полметра и находится под потолком. Искусственное освещение утоплено в стену – днём выключается, в камере круглые сутки полумрак. Читать можно только с огромным трудом и очень непродолжительное время, т.к. быстро устают глаза. Очень душно, практически отсутствовал доступ свежего воздуха. При этом ни разу за 5 суток пребывания не водили на прогулки. Камера №18  ЦИП угловая и весь день находится на солнце, не проветривается, душный и спёртый воздух. За пять суток пребывания ни в ИВС, ни в ЦИП не водили на прогулки. Не было питьевой воды (вода из умывальника, который был в камере, не пригодна для питья). В течении 5 суток нахождения ни разу не водили в душ».

Арестованный В. «За 5 суток меня помещали в три разных камеры, на мою просьбу предоставить возможность помыться, сотрудники отвечали, что эта камера уже мылась и поэтому мне не положено. Жара и духота в камерах аргументом для более частого принятия душа для персонала ИВС и ЦИП не является». При поступлении дали мизерное количество хозяйственного мыла и кусочек туалетной бумаги длиной примерно 10 см. Такого количества было абсолютно не достаточно. При этом просьбы взять средства гигиены из личных вещей, изъятых при задержании, либо отклонялись, либо игнорировались. Таким образом, более суток не было средств гигиены. Они появились только на вторые сутки нахождения в ИВС, когда поступили первые передачи (т. е. днем 8-го июля, тогда как нас привезли в ИВС в ночь с 6-го на 7-е июля). Передачи до суда и в день суда были запрещены. Нас не ознакомили с правами и обязанностями задержанных, а впоследствии арестованных.В первые сутки пребывания кормили только завтраком. Не было ни обеда, ни ужина. Т. е. за 40 часов с момента задержания был только один прием пищи. Во все остальные дни перерыв между дневным и вечерним приемом пищи был всего 2-3 часа (обед давали примерно между 15-17 часами, ужин между 18-19 часами).

Несколько человек, содержавшихся в ЦИП и ИВС, направили жалобы н условия содержания и обращение персонала в прокуратуру. Прокуратура устранилась от оценки условий содержания и переадресовала жалобы в Главное управление внутренних дел Мингорисполкома. ГУВД Мингорисполкома не отрицало наличия существенных нарушений прав арестованных, но со ссылкой на объективные обстоятельства, не позволяющие произвести своевременную реконструкцию Центра изоляции правонарушителей, положения не исправляло. Жалобы на нарушения со стороны администрации и персонала вообще остались без внимания.


Изолятор временного содержания

Изоляторы временного содержания используются  в основном для содержания задержанных подозреваемых в совершении преступления. В небольших районных городах, где отсутствуют следственные изоляторы, изоляторы временного содержания используются также для содержания следственно-арестованных, этапированых для производства следственных действий или участия в судебном заседании.

В соответствии с  уголовно-процессуальным законом, задержание не может длиться свыше 72 часов с момента фактического задержания; задержание лица, подозреваемого в совершении некоторых особо тяжких преступлений не может длиться свыше десяти суток с момента фактического задержания. В случае применения в отношении задержанного меры пресечения обвинение ему должно быть предъявлено не позднее десяти суток с момента фактического задержания, а в отношении лиц, указанных в части четвертой настоящей статьи, – не позднее двадцати суток с момента фактического задержания. Задержание может быть произведено без санкции прокурора или суда.

В настоящее время изоляторы временного содержания не подчинены Департаменту исполнения наказаний, а контролируются напрямую милицией общественной безопасности, что открывает доступ к заключенному сотрудникам милиции без соблюдения гарантий прав задержанного.


Следственный изолятор

В соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом, меры пресечения могут применяться органом, ведущим уголовный процесс, лишь в том случае, когда собранные по уголовному делу доказательства дают достаточные основания полагать, что подозреваемый или обвиняемый могут скрыться от органа уголовного преследования и суда; воспрепятствовать предварительному расследованию уголовного дела или рассмотрению его судом, в том числе путем оказания незаконного воздействия на лиц, участвующих в уголовном процессе, сокрытия или фальсификации материалов, имеющих значение для дела, неявки без уважительных причин по вызовам органа, ведущего уголовный процесс; совершить предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние; противодействовать исполнению приговора. При решении вопроса о необходимости применения меры пресечения к подозреваемому или обвиняемому должны учитываться характер подозрения или обвинения, личность подозреваемого или обвиняемого, их возраст и состояние здоровья, род занятий, семейное и имущественное положение, наличие постоянного места жительства и другие обстоятельства. Заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется лишь в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет. К лицам, подозреваемым или обвиняемым в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, мера пресечения в виде заключения под стражу может быть применена по мотивам одной лишь тяжести преступления.

По общему правилу на стадии предварительного расследования мера пресечения в виде заключения под стражу может применяться прокурором или его заместителем либо Председателем Следственного комитета Республики Беларусь, Председателем Комитета государственной безопасности Республики Беларусь или лицами, исполняющими их обязанности, либо органом дознания или следователем с санкции прокурора или его заместителя, а на стадии судебного разбирательства – судом.

Мера пресечения в виде заключения под стражу при предварительном расследовании уголовного дела не может превышать двух месяцев.

Срок содержания обвиняемого под стражей свыше двух месяцев во время предварительного расследования может быть продлен до шести месяцев, а в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких или особо тяжких преступлений, а также лиц, совершивших преступления на территории Республики Беларусь и не имеющих постоянного места жительства в Республике Беларусь, при наличии оснований полагать, что они могут скрыться от следствия и суда за пределы Республики Беларусь, а также в отношении лиц, содержащихся под стражей в иностранном государстве в связи с выдачей их Республике Беларусь для осуществления уголовного преследования – на срок до восемнадцати месяцев.

Срок содержания под стражей лица, выдаваемого Республике Беларусь для осуществления уголовного преследования, свыше восемнадцати месяцев может быть продлен на время, необходимое для выдачи лица Республике Беларусь или для окончания предварительного расследования по уголовному делу после выдачи лица Республике Беларусь, но не более чем на шесть месяцев.

В случае, когда ознакомление обвиняемого и его защитника с уголовным делом до истечения предельного срока содержания под стражей невозможно, судьей Верховного Суда Республики Беларусь срок содержания может быть продлен на срок не свыше шести месяцев.

Таким образом, лицо может содержаться до суда в следственном изоляторе до двух лет.

По направленному прокурором в суд уголовному делу продление срока содержания обвиняемого под стражей осуществляется судом, в производстве которого находится дело.  Обвиняемый не может содержаться под стражей по уголовному делу, находящемуся в производстве любого суда, более шести месяцев со дня поступления уголовного дела в суд и до постановления приговора, а по делам в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, – более двенадцати месяцев. Срок содержания обвиняемого под стражей со дня постановления приговора и до его вступления в законную силу не может превышать трех месяцев, а по делам в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, – шести месяцев.

По уголовному делу в отношении лица, обвиняемого в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, когда рассмотрение уголовного дела судом до истечения срока содержания обвиняемого под стражей, невозможно, а по обстоятельствам уголовного дела мера пресечения не может быть изменена, Председатель Верховного Суда Республики Беларусь может продлить срок содержания обвиняемого под стражей на срок не свыше шести месяцев;

Таким образом, время содержания в заключении во время суда может длиться до двух лет. Всего до вступления приговора в законную силу обвиняемый может провести в следственном изоляторе до четырех лет.

Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ в Отчете по Мониторингу судебных процессов в Республике Беларусь (март – июль 2011 г.) отмечает, что Беларусь нарушает положения статьи 9(3) Международного Пакта о гражданских и политических правах. «МПГПП ясно указывает, что  решения о помещении под стражу надлежит принимать  «судье  или  другому  должностному  лицу,  которому принадлежит  по  закону  право  осуществлять  судебную  власть». 

«Право  на  свободу  личности  относится  к  основным  правам  человека  и зависит от соблюдения права на справедливое судебное разбирательство,  которое  служит  гарантией  от  его  незаконного  и  произвольного ограничения.  В  высшей  степени  важно,  чтобы  лицо,  принимающее решение  о  заключении  под  стражу,    с  одной  стороны,  не  зависело  от органов  уголовного  преследования  или  расследования,  а  с  другой    от вмешательства  исполнительной  власти.  Суд  обязан  принимать  во внимание  всю  фактическую  информацию  о  данном  конкретном обвиняемом.  Заключение  под  стражу  ни  при  каких  обстоятельствах  не следует  рассматривать  в  качестве  стандартной  меры,  применяемой  к лицу,  подозреваемому  в  совершении  уголовного  преступления:    к  нему следует  прибегать  лишь  в  случае  наличия  реальной  угрозы,  что обвиняемый может скрыться от правосудия,  уничтожить доказательства или повторно нарушить закон».

БДИПЧ ОБСЕ рекомендовало властям Беларуси внести  поправки  в  УПК  с  тем,  чтобы  выдача  санкций  на  заключение  под стражу была прерогативой судей, а не прокуроров; внести  поправки  в  положения  УПК,  которые  бы  обеспечивали,  чтобы решения  о  заключении  под  стражу  базировались  на  обоснованном  подозрении  в  том,  что  данное  лицо  совершило  преступление  и  на индивидуальной оценке возможности того, что данный задержанный может скрыться  от  правосудия,  уничтожить  доказательства,  повлиять  на свидетелей  или  повторно  нарушить  закон.  Следует,  чтобы  решение  о заключении  того  или  иного  лица  под  стражу  содержало  конкретное разъяснение оснований для таких выводов; исключить из УПК положения, которые допускают заключение под стражу исключительно на основании тяжести обвинения.

Применение альтернативных заключению мер пресечения – залога, поручительства, домашнего ареста, подписки о невыезде и надлежащем поведении позволит привести условия содержания в изоляторах к приемлемому качественному уровню.

Заключенный L.: «всего в камере [СИЗО-1г.Минска, в которой содержался до суда]10 мест, а находилось 22-25 человек, спали по очереди. Сам я некурящий, а все кругом курили 24 часа без перерыва, я лежал распластавшись на втором ярусе, не мог встать, проход был забит людьми, только ночью мог сходить на открытый унитаз туалета и так 6 месяцев, в глазах темнело, глаза болели – свет тусклый, сильные головные спазмы головы от резких ударов дверей. Что происходило не мог понять, умирал распластавшись десятки раз, уши воспалились от специфического резонанса от разговора в камере, где-то примерно 10-11 кв.метров, начались галлюцинации. Наверное, спасло меня то, что вырос в детском доме-интернате…»

Заключенные следственных изоляторов обязаны соблюдать установленный режим заведения; нарушения могут повлечь помещение в карцер. Сама по себе эта форма поддержания порядка среди заключенных до суда является весьма спорной, поскольку в следственных изоляторах содержатся лица, чья вина, как правило, не установлена судом. В соответствии  с Правилами внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы Министерства внутренних дел Республики Беларусь (ПВР СИЗО), п.143, заключенным запрещено брать в карцер имеющиеся у них продукты питания и личные вещи, за исключением полотенца и туалетных принадлежностей. Таким образом, под запрет попадают и документы, позволяющие готовиться к судебному рассмотрению дела, и письменные принадлежности.

Заключенный М., содержавшийся до суда в Тюрьме-9 г. Жодино, был наказан в дисциплинарном порядке за отказ производить уборку в камере помещением в карцер на 10 суток. В течение 10 суток из-за отсутствия письменных принадлежностей и записей по уголовному делу указанное лицо не имело возможности как готовиться к судебному заседанию, так и обжаловать наложенное взыскание. Последующие жалобы в органы, надзирающие за соблюдением прав заключенных, оказались безрезультатными.

В Беларуси следственный изолятор не исполняет функции барьера между органом преследования и заключенным. Пенитенциарное учреждение находится в подчинении того же ведомства, что и криминальная милиция – министерства внутренних дел. Это положение не ограждает заключенного от возможности воздействия на него в интересах органа уголовного преследования.

В СИЗО Комитета государственной безопасности в отношении арестованных по обвинению в массовых беспорядках лидеров оппозиции и активных участников митинга против фальсификаций итогов выборов было использовано совокупно физическое и психологическое воздействие органа расследования, оперативных сотрудников ведомства, администрации и персонала изолятора и сотрудников специального антитеррористического подразделения.

Провести полноценное расследование нарушений в таких условиях затруднительно даже при наличии на то воли уполномоченного органа в силу специфического положения, когда персонал учреждения принадлежит к тому же ведомству, что и инициаторы допущенного беззакония.

Этого можно избежать лишь в условиях передачи пенитенциарного учреждения в другое ведомство.

Как уже отмечалось, контроль ОНК над изоляторами осуществляется формально. В размещенном на сайте Министерства юстиции Республики Беларусь (www.minjust.by) отчете «О работе общественных наблюдательных  комиссий в 2012 году» указано: «В ноябре 2012 года  члены комиссии посетили следственный изолятор №1 в г. Минске, в котором изучили условия содержания лиц, находящихся под следствием, посетили комнаты для свиданий, а также кабинеты, временно оборудованные под больничные палаты.  По результатам посещений установлено, что условия размещения, питания и  лечения отвечают требованиям, установленным для данных учреждений».


Исправительная колония

Осужденные к лишению свободы в исправительных колониях для лиц, впервые отбывающих наказание в виде лишения свободы, и исправительных колониях для лиц, ранее отбывавших наказание в виде лишения свободы, содержатся в обычных жилых помещениях и в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений могут передвигаться в пределах колонии. Жилые помещения в колониях, как правило, предусмотрены для содержания большого количества людей. Нет ни одной колонии, где была бы реализована возможность проживания в обычном жилом помещении одного либо 2-3 заключенных.

Перевод заключенных на изолированное содержание является экстраординарной мерой и применяется администрацией по мотивированному обращению осужденного.

Осужденные к лишению свободы ежемесячно могут приобретать продукты питания и предметы первой необходимости по безналичному расчету за счет денежных средств, имеющихся на их лицевых счетах, в размерах, которые установлены в зависимости от режима содержания (от 3 до 6 базовых величин в месяц (300 – 600 тысяч рублей)). В порядке поощрения эти суммы могут быть увеличены. Осужденные, обязанные возмещать расходы на содержание детей, находящихся на государственном обеспечении, а также осужденные, не возместившие ущерб, причиненный преступлением, ежемесячно могут приобретать продукты питания на сумму до одной базовой величины и предметы первой необходимости на сумму до одной базовой величины. Осужденным, признанным злостно нарушающими установленный порядок отбывания наказания, разрешается ежемесячно расходовать деньги в сумме до одной базовой величины на приобретение продуктов питания и предметов первой необходимости.

Осужденным к лишению свободы разрешается получение посылок, передач, бандеролей и мелких пакетов в количестве, установленном в зависимости от режима содержания.

Из заработной платы и приравненных к ней доходов (в том числе пенсий) у осужденных к лишению свободы, производятся удержания для возмещения стоимости питания, одежды и обуви, коммунально-бытовых услуг (статья 102 Уголовно-исполнительного кодекса Республики Беларусь). Стоимость питания и коммунально-бытовых услуг, не удержанная в отчетном месяце у лиц, содержащихся в исправительных учреждениях, в случае недостаточности их заработной платы и приравненных к ней доходов задолженности не образует и в последующие месяцы не удерживается. Возмещение осужденными расходов по их содержанию производится после удержания подоходного налога, обязательных страховых взносов в Фонд социальной защиты населения Министерства труда и социальной защиты Республики Беларусь.

Практически все опрошенные заключенные колоний, работавшие на производстве, утверждают, что после удержания расходов на содержание им к выплате причитается незначительная сумма.

Такая форма содержания заключенных, когда им оплачивается собственное содержание, в том числе, проживание и питание, может иметь место, когда заключенные за свой труд получают адекватное вознаграждение, сравнимое с заработками на воле.

Несмотря на частичное возмещение заключенными расходов по своему содержанию, государство не принимает достаточных мер к тому, чтобы качество предоставляемой пищи и коммунально-бытовые условия были приемлемыми и не доставляли заключенным дополнительных страданий.

Все опрошенные заключенные и бывшие заключенные отмечают низкое качество, недостаточное количество пищи; низкое качество выдаваемой одежды, которая быстро теряет вид, не защищает от влаги и холода. Использование одежды, отличной от установленного образца, администрацией не допускается.

Помещения исправительных колоний, в частности, жилые, ремонтируются, однако этот ремонт не всегда является заслугой администрации колонии, а производится за счет заключенных либо их родных. Такие «добровольные» взносы являются непременным условием условно-досрочного освобождения.

  

 

Последние новости

слухаць Радыё рацыя Міжнародная федэрацыя правоў чалавека Беларуская Інтэрнэт-Бібліятэка КАМУНІКАТ Грамадзкі вэб-архіў ВЫТОКІ Антидискриминационный центр АДЦ 'Мемориал' Prava-BY.info Беларускі Праўны Партал Межрегиональная правозащитная группа - Воронеж/Черноземье
Московская Хельсинкская группа
Молодежное Правозащитное Движение
amnesty international