"Сейчас такие времена, когда нет неправильных решений, есть поступки". Как политзаключённые протестуют в неволе
На этой неделе стало известно, что из-за жестокого обращения с заключёнными в ИК № 14 в Новосадах, 26 марта выбросился из окна со второго этажа один из заключённых — Владимир Ипатов. Известно, что мужчину судили по политической статье. Сейчас он находится в госпитале Борисова.
В условиях заключения у людей часто не остаётся других механизмов, кроме радикальных, чтобы повлиять на ситуацию или хотя бы привлечь внимание общественности к ней. Жёсткое давление, пытки, невыносимые условия жизни и работы всё чаще вынуждают политзаключённых выражать протест жесткими методами. Голодания, резание вен и даже красная помада — сегодня вспоминаем методы протеста в беларусских СИЗО и колониях, а также объясняем, насколько это законно и может ли влиять на ситуацию.
Голодание
Политзаключённые часто прибегают к голодовке как попытке защитить свои права. Так, известный политзаключённый философ Владимир Мацкевич таким образом пытался изменить меру пресечения на подписку о невыезде, завершить следственные действия и назначить дату судебного разбирательства. Он объявил голодовку третьего февраля 2022 года, а с 15 февраля держал “сухую голодовку” — то есть, не употреблял ни воды, ни пищи. 16 февраля он завершил голодовку: по его словам, которые передал адвокат, “дело сдвинулось с мертвой точки”. Суд над Владимиром Мацкевичем начался только спустя почти четыре месяца.
Бывшая жена политзаключённого, методологиня и независимая экспертка в области образования Светлана Мацкевич объясняла, какие смыслы видит в голодовке мужчины:
"Владимир своей голодовкой даёт сигнал и призыв, что пора менять ситуацию, пора перестать их [политзаключённых] жалеть и страдать. Надо идти в сопротивление. Нужно начинать пробивать стенку. В сущности, Владимир своей голодовкой даёт нам повод и словно раскручивает в обратную сторону ситуацию политического зависания и депрессии.
На политическом поле мы занимаемся многими вещами, но победа всё отдаляется. Активный протест, каким он был в 2020 году, мы уже вряд ли сможем продемонстрировать. Значит, нужно искать другие методы, не особенно рассчитывая на иностранную помощь, "экономическое чудо" и т.д. Мы в ситуации зависания. И Владимир своей голодовкой как будто обращается к обществу: "Пользуйтесь моментом, начинайте с меня!"
![]()
"Владимир своей голодовкой даёт сигнал"
Политзаключённая Виктория Кульша объявила голодовку в знак протеста после помещения в ПКТ. Женщина держала его 11 дней: девять дней без еды и ещё два — без воды. Она сказала, что будет вынуждена довести себя до обезвоживания и отказаться от медицинской помощи, чтобы её поместили в больницу, где она получит "человеческие условия". За это её поставили на профучёт как "склонную к суициду". Сначала ей назначали только два месяца в ПКТ, но после выхода администрация решила прибавить ещё три месяца.
Громким примером голодовки стал поступок Игоря Лосика. Администратор телеграм-канала "Беларусь головного мозга" объявил бессрочную голодовку в декабре 2020 года в знак протеста по поводу новых обвинений, которые ему предъявили. Тогда в солидарность с ним к голодовке присоединилась его жена Дарья Лосик, которая почти через два года также стала политзаключённой. Игорь держал голодовку 42 дня, своё решение прекратить его он объяснил просьбами тысяч беларусов дождаться победы здоровым и волной солидарности. В конце голодовки состояние его здоровья ухудшилось: начались проблемы с артериальным давлением, шум в голове.
Игорь Лосик так объяснял свой поступок:
"У меня никогда не было желания как-то выделяться, я не хотел публичности. Я хотел просто спокойно жить и растить свою дочь. Но меня вынудили пойти на эту крайнюю меру. Меня арестовали задолго до выборов, и я не представлял, не осознавал тех кардинальных изменений, которые произошли за последние полгода. Из тюрьмы это не так видно. Я понял, что могу на вас рассчитывать, потому что у вас всё получится. Сейчас я в этом абсолютно уверен. Вам не чужды сострадание и солидарность, а им плевать на страдания сотен семей, детей, на человеческие жизни. Вы не подведёте. Сейчас такие времена, когда нет неправильных решений, есть поступки. Надеюсь, что с прекращением моей голодовки тема политических заключённых не уйдет из общественной повестки дня".
Всего блогер голодал во время заключения трижды, также он дважды резал себе вены в колонии.
Умышленное причинение себе вреда
Умышленное причинение себе вреда также может быть крайней формой протеста. Часто это называют попытками самоубийства, однако нельзя утверждать, что в каждом таком случае человек руководствуется целью именно лишить себя жизни. Это также может быть протестом против жестокого обращения, попытка попасть в медчасть, чтобы хотя бы ненадолго улучшить себе условия содержания и дать передышку, попытка привлечь внимание к проблеме.
Так, политзаключенный Степан Латыпов на судебном процессе заявил о так называемой "пресс-хате", в которую его вбросила администрация тюрьмы, чтобы добиться признательных показаний. После этого он воткнул себе в горло ручку во время заседания, сидя в клетке. Суд был прерван, мужчину забрали в больницу, где его прооперировали: повреждений жизненно важных органов обнаружено не было. И уже в ночь сразу после операции силовики забрали Степана из больницы и поместили в СИЗО-1 на Володарского. Уже в колонии политзаключённый в знак протеста против действий администрации исправительной колонии № 22 глотал лезвие и резал вену на руке. Так он протестовал против блокировки переписки и помещения политзаключённых в ШИЗО. Степана помещали в Ивацевичскую больницу после того, как он проглотил лезвие, а после пореза накладывали швы на руку. Проблемы с администрацией после этого не решились.
![]()
"Он обеими руками держит белую ручку в горле и смотрит на отца"
Очевидец рассказывает про поступок Степана Латыпова в зале суда.
На суде также в знак протеста резал себе живот политзаключённый Алесь Пушкин. Заключённый, который видел в тюрьме издевательства над Алесем Пушкиным, рассказал "Новому Времени", что художник с помощью лезвия от одноразового станка вырезал на своем теле большой крест. Дежурные увидели это на мониторе и побили Пушкина резиновыми дубинками, причем "били хлёстко", но так, чтобы до суда на теле ничего не осталось.
За это его на 13 суток поместили в карцер. Политзаключённый Сергей Петрухин резал себе вены в знак протеста против ужасной антисанитарии в камере, куда его перевели, а также из-за невозможности пребывания с присутствующим там контингентом.
Правовые формы протеста
Во время заключения люди пытаются писать жалобы на меру пресечения, условия содержания, недохождение корреспонденции или ходатайствуют к суду во время рассмотрения дела. Политзаключённый правозащитник Алесь Беляцкий в начале суда заявил, что прокурор Александр Король также должен использовать в суде беларусский язык.
"Обвиняемым было предъявлено обвинение на русском языке. Вы можете использовать любой из двух государственных языков, суд вас поймёт", – так обосновала судья Запасник отказ вести судебный процесс на беларусском языке.
Тогда Беляцкий заявил еще одно ходатайство — дать переводчика с русского на беларусский, мотивировав это тем, что в недостаточной степени владеет русским языком. На это обвиняемому ответили, что он знакомился с материалами уголовного дела на русском языке и вопросов о понимании у него не возникло. Суд это ходатайство не удовлетворил.
"Я расцениваю это как презрение к беларусскому языку со стороны суда и прокуратуры. Вы нарушаете мои права как беларусскоязычного гражданина Республики Беларусь. Вы принципиально не хотите разговаривать на беларусском языке. Вы как чиновники должны говорить и по-беларусски, и по-русски в зависимости от того, на каком языке с вами говорят люди. Я с вами разговариваю по-беларусски — вы со мной разговаривайте по-беларусски. Устроили здесь двуязычие!"
В августе 2022 года Николай Автухович пожаловался на условия заключения. Результат рассмотрения жалобы к администрации тюрьмы №1 Гродно неизвестен. Также политзаключённые постоянно пишут апелляционные жалобы на приговоры — как правило, их оставляют без основательных изменений.
Красная помада
Иногда администрация исправительных учреждений расценивает как протест даже символические действия. Так, в Гомельской колонии женщин прессингуют даже за помаду красного цвета, принимая её за символ протеста в знак солидарности с политзаключённой Марией Колесниковой. Политзаключённая Ольга Класковская рассказывает:
"У меня на губах была красная помада, и много сотрудников колонии очень подозрительно на меня смотрели. И спросили: "Что это значит?" В смысле "что"? Весна.
"Так надо губы зелёной помадой покрасить под цвет нашей формы камуфляжной", — таков был ответ.
А другие оперативники и один из руководителей колонии мне открыто сказали, что им это не нравится, и зачем это я делаю. То ли я копирую Колесникову, то ли я такую акцию протеста решила устроить, чтобы позлить людей в погонах. Мол, в знак солидарности с Колесниковой. И администрация на самом деле рассматривала мой макияж с красной помадой как определённый сговор".
Ольга отмечает, что из-за этого звучали замечания и в адрес других заключённых.
Что рассказывали политзаключённые?
Политзаключённый Николай Автухович рассказывал "Радио Свобода", что во время своих отсидок в различных беларусских тюрьмах и колониях не раз наблюдал протесты заключённых, а несколько раз в связи с самоуправством тюремщиков протестовал и сам — проводил длительные голодовки, "вскрывал" себе вены и живот.
"Бывают даже случаи, когда "вскрывают" шею, что очень опасно. Ведь если задеть сонную артерию, то никакая "скорая" не поможет. Но рискуют и делают это. Самый же сильный протест — это когда режут себя по кадыку. Я знал такого человека. Он протестовал не в колонии, а в судебном зале резал себе. И только потому, что "скорая" была недалеко, его спасли. Но это было отчаяние человека, которого самоуправно судили. Он был уже судим не раз, но на него хотели "повесить" сильное преступление. И получил срок, но не такой, как ему "вешали" по той уголовной статье.
А что касается колонии, то там наиболее распространены голодовки. На это идут люди, которые первый раз попали за решётку, чтобы их услышали. Им кажется, что если на них обратят внимание через голодовку, может, они чего-то добьются, что-то изменится. Если они убедятся, что голодовка не помогает, то могут решиться на что-то более радикальное".
Также в прошлом находились сведения об акциях протеста за решёткой. Политзаключённый Игорь Олиневич рассказывал, что такие акции случались редко, и обычно это бывает как бы "взрыв отчаяния". Но бывает, что они устраивались "сознательно и организованно", хотя за такие действия формально грозит статья 410 — это "дезорганизация порядка отбывания наказания".
"При всём при этом люди знали, на что идут. Они знали, что суд всё равно примет решение не в пользу заключённого, который пытался оспорить решение администрации. Но они на это пошли ради принципа. Этот поступок пользовался большим уважением, хотя и не принёс никакого результата... В некоторых случаях важна моральная составляющая, воздействие, которое поступок оказал на остальных заключённых. Ведь, как писал Солженицын, «главное не результат, а каким способом он достигнут». Главное — само намерение, потому что мы не можем всё знать заранее — получится у нас или нет. Но если мы будем стараться правильно, по чести это сделать, то этого уже достаточно".
Комментарий юриста "Вясны" Павла Сапелко:
|