Заявление правозащитников Беларуси о признании восьми политических заключенных

2022 2022-04-20T14:57:05+0300 2022-04-21T12:20:16+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/kajdanki-kraty.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Заявление правозащитного сообщества Беларуси

20 апреля 2022 г.

Мы, представители правозащитного сообщества Беларуси, вновь отмечаем, что привлечение к уголовной ответственности за разжигание иной социальной вражды или розни (ст. 130 УК) следствием и судами селективно и дискриминационно применяется исключительно для защиты институтов власти, причем выделение представителей власти, сотрудников органов внутренних дел, военнослужащих и т.п. в качестве социальных групп, подпадающих под защиту в этом контексте, нам представляется необоснованным.

Мы настаиваем на недопустимости применения закона, защищающего представителей власти, сотрудников органов правопорядка и судей от угроз в связи с правомерным исполнением ими своих должностных обязанностей, для наказания тех граждан, которые высказались в связи с явным нарушением представителями государственных институтов Конституции и закона, вовлеченностью представителей власти, прокуроров и судей в процесс пыток и в создание атмосферы безнаказанности за пытки и другие нарушения прав человека.

В этой связи нам известно об осуждении:

  • Евгения Климова по ч. 1 ст. 361-1 УК в руководстве экстремистским формированием и по ч. 1 ст. 130 УК в разжигании социальной вражды в отношении представителей власти, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 5 лет в исправительной колонии;
  • Сергея Санюты по ч.1 ст.130 УК за публикации в социальных сетях с призывом оказывать сопротивление сотрудникам ОВД к трем годам лишения свободы в исправительной колонии;
  • Святослава Шубича по ч.1 ст.130 за публикации в социальных сетях, ст. 368 за оскорбление А. Лукашенко, ч.1 ст. 328 УК за хранение незначительного количества наркотических средств без цели сбыта (наказание поглощено наиболее тяжким по ст. 130) к 5 годам лишения свободы в исправительной колонии.

Указанные лица не призывали к насильственным действиям по национальному, этническому, расовому, религиозному признакам. Их действия не повлекли и не могли повлечь тяжких последствий для потерпевших.

Ряд судебных решений принят по политическим мотивам в нарушение основополагающих принципов справедливого правосудия. Так:

  • Олег Ничипорко осужден по  ч.1 и 2 ст. 218 УК за различные протестные надписи и действия, повлекшие повреждения фасадов зданий и видеокамер, по ч. 1 ст. 205 УК за похищение имущества, по ст. 341 УК за протестные надписи в общественных местах, по ст. 370 УК – за надругательство над государственными символами к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии. В ходе судебного заседания обвиняемый заявил о том, что доказательства его вины получены под пытками и поэтому отрицал большую часть обвинения, что не осталось неопроврегнутым, так как суд не организовал проверку его заявлений;
  • Алексей Хралович осужден в закрытом судебном заседании по ч. 2 ст. 356 УК за измену государству – передачу телеграм-каналу сведений, имевшихся у него в связи с занимаемой должностью, к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии и штрафу в размере 500 базовых величин.

В связи с последним делом мы также напоминаем свою позицию, высказанную в заявлении правозащитного сообщества, о том, что  нарушением п. 3 ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах будет ссылка на законы о государственной измене и аналогичные акты, касающихся национальной безопасности, служебной тайны, борьбы с подрывной деятельностью, с тем, чтобы удержать или утаить от широкой общественности информацию, представляющую законный общественный интерес и не угрожающую национальной безопасности, а также, чтобы преследовать журналистов, исследователей, защитников окружающей среды, правозащитников или других лиц за распространение такой информации.

Также в отношении оппонентов власти необоснованно применяется содержание под стражей в отсутствие достаточных оснований для применения меры пресечения, ограничивающей личную свободу: как отмечает Комитет по правам человека ООН, «содержание под стражей в виде меры пресечения должно быть разумным и необходимым в любых обстоятельствах». «Содержание под стражей лиц, ожидающих суда, должно быть исключением, а не правилом… освобождение от такого содержания под стражей может ставиться в зависимость от представления гарантий явки на суд, явки на судебное разбирательство в любой другой его стадии и (в случае необходимости) явки для исполнения приговора. Это предложение касается лиц, ожидающих судебного разбирательства по уголовному обвинению, то есть после предъявления обвинения, но аналогичное требование, охватывающее период до предъявления обвинения, вытекает из запрета произвольного ареста… Применение досудебного содержания под стражей к подозреваемым и обвиняемым не должно быть общей практикой. Заключение под стражу должно быть основано на принимаемом в каждом конкретном случае решении о том, что оно обосновано и необходимо с учетом всех обстоятельств для таких целей, как предупреждение побега, вмешательства в процесс собирания доказательств или рецидива преступления… Соответствующие факторы должны быть прописаны в законе и не должны содержать расплывчатых и широких стандартов, таких как "общественная опасность"… досудебное содержание под стражей должно применяться не на основе возможного приговора за вменяемое преступное деяние, а на основе определения необходимости в этой мере пресечения». Кроме того, заключение под стражу граждан, страдающих тяжкими хроническими заболеваниями, является еще одной мерой по оказанию на них давления и причинению страданий по политическим мотивам.

В частности, нам известно о заключении под стражу:

  • Владимира Гундаря, человека с инвалидностью, который обвиняется по ч. 1 ст. 285 (создание преступной организации), ч. 2 ст. 357 УК (покушение на захват государственной власти неконституционным путем) и содержится в СИЗО более года практически в отсутствие процессуальных действий по уголовному делу, что очевидно несовместимо с целями досудебного содержания под стражей; до этого В. Гундарь осужден по ст. 366 УК к трем годам лишения свободы за брошенный на пол и разбитый при обыске собственный телефон, что квалифицировано судом как  угроза должностному лицу, и это давало основание требовать пересмотра его приговора как вынесенного по политическим мотивам и признания его политзаключенным;
  • Павла Кучинского, страдающего онкологическим заболеванием, обвиняемого по ст.ст. 369 (оскорбление представителя власти), 389 (угроза в отношении судьи), 391 (оскорбление судьи), 364 (угроза применения насилия в отношении сотрудника ОВД), дело которого уже расследовано;
  • Александра Федуты, страдающего тяжелыми хроническими заболеваниями, обвиняемого  в заговоре с целью захвата власти неконституционным путем (часть 1 статьи 357 УК), содержащегося под стражей более года, в отношении которого практически не поводятся следственных действий, в связи с чем его заключение под стражей до судебного разбирательства является излишним с точки зрения обеспечения интересов расследования и явки в суд и может быть заменено на другие меры, обеспечивающие правомерные интересы.

В очередной раз подчеркиваем, что в ряде перечисленных случаев характер деяний обвиняемых был следствием систематических широко распространенных нарушений прав человека, отсутствия возможности свободного выражения мнения, был вызваны отсутствием расследования преступлений в отношении мирных протестующих и других жертв жестокого обращения и пыток, разочарованием в способности властей использовать силу закона для защиты нарушенных прав граждан, отсутствием справедливого суда и условий для демократической и конституционной смены власти на подлинных выборах.

Оценивая все эти случаи уголовного преследования, мы приходим к выводу о существовании в каждом из них политического мотива преследования обвиняемых.

В соответствии с Руководством по определению понятия «политический заключенный»,  политическим заключенным является лицо, лишенное свободы, если при наличии политических мотивов его преследования имеет место хотя бы один из следующих факторов:

  • a) лишение свободы было применено в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Пактом или Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод;
  • d) лицо лишено свободы избирательно по сравнению с другими лицами.

Мы, представители белорусского правозащитного сообщества, заявляем, что дальнейшее лишение свободы Евгения Климова, Сергея Санюты, Святослава Шубича, Олега Ничипорко, Алексея Храловича, Владимира Гундаря, Павла Кучинского, Александра Федуты является политически мотивированным, а они сами – политическими заключенными. В связи с этим, мы требуем от властей Беларуси:

  • пересмотреть вынесенные в отношении указанных политзаключенных меры пресечения и приговоры при соблюдении права на справедливое разбирательство и устранении факторов, повлиявших на квалификацию деяний, вид и размер наказания;
  • освободить указанных политзаключенных, применив иные меры для обеспечения их явки в суд;
  • немедленно освободить всех политических заключенных и прекратить политические репрессии против граждан страны.

Правозащитный центр "Весна";

Правовая инициатива;

Белорусская ассоциация журналистов;

Белорусский дом прав человека имени Бориса Звозскова;

Белорусский ПЕН.

Последние новости

Партнёрство

Членство