«Я сотрудник сам понимаешь какого подразделения». В письменных материалах по делу антифашистов оперативные опросы, прослушка

2021 2021-06-03T15:13:41+0300 2021-06-17T18:38:11+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/serabranka_23.09.2020.png Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
События в Серебрянке. Скриншот с видео

События в Серебрянке. Скриншот с видео

Судебные заседания 2 и 3 июня над антифашистами Тимуром и Тамазом Пипия, Денисом Болтутем и Виталием Шишловым продолжились допросом свидетелей и ознакомлением с письменными материалами дела.

Напомним, политзаключенных обвиняют по ряду статей:

  • Тимура ПипиюВиталия Шишлова и Дениса Болтутя – по ч. 2 ст. 293, ч. 1 ст. 342 и ст. 364 Уголовного кодекса;
  • Тимура Пипию еще и по ст. 419 УК;
  • а Тамаза Пипию только по ч. 2 ст. 293 УК.

Дело ведет судья Светлана Бондаренко. Сторону гособвинения представляет прокурор Роман Бизюк. Потерпевшими по делу признаны сотрудники милиции Зеленевский и Карабанов, но на судебное заседание они не явились.

Никто из обвиняемых не причислял себя к «радикалам» или «фашистам»: В суде по делу антифашистов допросили свидетелей

На заседаниях, которые прошли 28 мая и 1 июня, суд допросил свидетелей и ознакомился с первым томом письменных материалов дела.

О чем говорили свидетели? 

Так, свидетель Александр Протько рассказал, что все обвиняемые ему знакомы: с Тамазом и Тимуром – друзья, с Денисом и Виталием – приятели.

Знает, что прозвище «Болт» принадлежит Денису Болтутю, а «Суслик» – Виталию Шишлову. Все обвиняемые являлись футбольными фанатами «МТЗ-РИПО». Из интернета узнал, что обвиняемые задержаны; с парнями об участии в массовых мероприятиях не говорил, они не предлагали ему присоединиться. На допросе у следователя свидетелю предоставляли также запись телефонных разговоров, на которой он узнал голоса братьев Пипия. Александр помнит только то, что в разговоре Тамаз и Тимур обсуждали, что нужно позвонить ему, чтобы он на работе передал знакомому, что нужно связаться еще с кем-то. Но свидетелю так никто и не звонил.

Свидетель Кирилл Войтович знаком с Тимуром и Тамазом Пипия, Денисом Болтутем, а с Виталием Шишловым – не знаком. Вопросы, связанные с протестами, с обвиняемыми не обсуждали, свое отношение к сотрудникам МВД они не высказывали. С приятелем подвозили Тамаза Пипия к магазину «Соседи» около ст. м. Спортивная вечером 10 или 11 августа.

Видел видеоролик в соцсетях с признательными показаниями о распылении газового баллончика, человека на видео – не узнал, но видел, что он упоминал «Болта» и Тимура. Потом узнал, что задержали ребят, и мог предположить, что речь шла о Тимуре Пипия.

В ходе допроса у следователя Кириллу Войтовичу показывали его переписку с Тамазом в телеграмме в период с 23 по 24 сентября. Свидетель говорит, что в те дни была инаугурация президента, он ехал на машине и видел, что стояло много людей – написал об этом обвиняемому.

В связи с противоречиями, в суде зачитали показания, которые свидетель давал во время предварительного следствия. Из протокола допроса следует, что Кирилл Войтович знаком с Андреем Дмитруком; с Тамазом Пипия – общались, переписывались и созванивались, характеризовал его с положительной стороны; также был знаком с Тимуром Пипия – с ним общался на совместных встречах. В августе Дмитрук и Тамаз были в гостях у Войтовича, они выпивали, общались, про политику не говорили. В сентябре узнал, что братьев Пипия задержали по подозрению в участии в массовых беспорядках, которые проходили в Минске. С Денисом Болтутем также знаком: проживали в одном микрорайоне, отдыхали в детском лагере, но отношений не поддерживали. Свидетель знал, что у Болтутя было прозвище «болт», но ничего другого о его жизни не знает. Примерно в конце сентября – начале октября в сети увидел видеоролик, где мужчина признался, что вместе со своими знакомыми «болтом» и Тимуром принимали участие в массовых беспорядках, и сам мужчина распылил газовый баллончик в сотрудников милиции. Посмотрев видеоролик, Кирилл Войтович предположил, что речь в нем шла о брате Тамаза – Тимуре, а так как упоминалось прозвище «болт», он подумал, что это мог быть Денис Болтуть. Но про события, описанные в видео, свидетелю ничего не было известно, с обвиняемыми никуда не ходил, участия ни в чем не принимал, об участии обвиняемых в массовых беспорядках также ничего не знает. Следователь предоставил на обозрение Кириллу переписку в телеграмме.

Переписка за 23 сентября:

Войткевич Кирилл: Думаешь сегодня будет движуха?

Пипия Тамаз: Конечно

В.К.: Сча подъедем-глянем, что там, куда они все <нецензурно> по ходу на пушкарях все.

П.Т.: Никого нет в Серебрянке?

В.К.: Людей много, а так тихо. Пятку заметил, митинговал на дороге. Интересно, приедут на Серебрянку, а то там ребята заряжанные были, по ходу все наготове приехали на Серебрянку <…>

24 сентября переписка следующего содержания:

П.Т.: Они вчера тихарей наказали в Серебрянке

В.К.: Красота! Ты никаких новостей больше не слышал в Серебрянке?

П.Т.: Нет, наши там вчера нормально угорели         

Войткевич подтвердил следователю, что переписывался с Тамазом Пипия, пояснил, что 23 сентября катался с друзьями на автомобиле, решили подъехать на Серебрянку и посмотреть, что там происходит. В соцсетях он читал много призывов выходить на улицу и высказывать свое недовольство, т.к. инаугурация прошла тайно. Сам не собирался принимать участие в массовых беспорядках или блокировках дороги, просто было интересно. Подъехали около 20 часов, там были люди с флагами, но на проезжую часть никто не выходил. Видел знакомого Квятковского, который находился на тротуаре, на дорогу он не выходил. Сам Войтович и его друзья из машины не выходили, участия не принимали, покатались и уехали.

В качестве свидетеля в суде был допрошен водитель троллейбуса маршрута №20. Он обвиняемых не знает, 23 сентября работал во вторую смену – с 15 часов дня до 1.30 ночи.

Около 20-21 часа ехал с вокзала в сторону Серебрянки. На пр. Рокоссовского остановился на красный сигнал светофора, в этот момент люди вышли на дорогу и перекрыли движение минут на 10. У троллейбуса сняли правый токоприемник, водитель «тихонечко» вышел и поставил его обратно. Свидетель отмечает, что ему пришло сообщение из диспетчерской: никаких мер не принимать, сидеть в кабине, не вступать в контакт с протестующими.

Он потихоньку начался трогаться, токоприемник снова сняли, водитель вернул его на место. После троллейбус пропустили – люди немного расступились, и он проехал. Кто именно снимал «штанги» не видел, люди ходили вокруг. Кто-то из людей говорил, что транспорт нужно пропустить, кто-то – что пусть стоит. Также свидетель говорит, что люди выкрикивали лозунги, хлопали в ладоши, некоторые были с флагами, никаких пиротехнических изделий не видел.

Угрозы здоровью водитель не ощущал, но было неприятно. В салоне было много людей, «бабки ругались» из-за задержки движения.

Свидетель Сиротин в судебное заседание не явился, предоставил заявление, в котором указал причиной неявки – сорванную спину и вызов врача. Адвокаты настаивали, что свидетеля нужно допросить в ходе судебного заседания, т.к. нет медицинских документов, подтверждающих его состояние здоровья. Суд постановил вызвать данного свидетеля повторно.

Также в суд не явился свидетель Борисевич.

«Я не следователь, я сотрудник сам понимаешь какого подразделения». Что есть в письменных материалах по делу? 

Для экономии процессуального времени суд продолжил знакомство с письменными материалами дела. В них оперативный опрос братьев Пипия, прослушка телефонных разговоров Тамаза и Тимура, Дениса Болтутя с друзьями.

Так, Тамаз на оперативном опросе рассказывал сотруднику, что 9 августа созвонился с Виталием Шишловым («суслик»), «болтом», договорились встретиться и пойти на протесты. Все они бывшие болельщики «Партизана». Ближе к вечеру встретились на «Короне», пошли на Немигу через Макдональдс, вышли на дорогу, дошли до Купаловской, по пути видели группы людей, похожих на анархистов: все в черном, «всякие штуки в руках». Сотрудник уточнил, были ли коктейли «молотова» у них, на что Тамаз ответил, что видел бутылку в руках, но не может точно сказать. Кто руководил толпой не знает, т.к. одни люди хотели идти в одну сторону, другие – в другую. Подтверждает, что перекрывал движение – от ТЦ «Корона» до Немиги плотно шли, выходили на проезжую часть раза три, машины останавливались. Когда приехали автозаки, стали убегать во двор за Макдональдс, посидели там чуть-чуть, поднялись на ст.м. Фрунзенскую, оттуда на машине их забрали знакомые.

По словам обвиняемого, 10 августа также принимали участие в протестах: «приехали на Пушкинскую с «Болтом» и Лехой – вышли на дорогу постояли на перекрестке минут 10, тоже перекрывали движение, потом там началась операция правоохранителей, побежали на горку – в тачку сели и уехали».

Также Тамаз рассказал сотруднику, что фанаты различных клубов, которые ранее конфликтовали, «заключили перемирие на время политической кампании для противодействия ментам».

Дальше в суде зачитали стенограмму телефонных разговоров Тамаза с его девушкой, которую частично озвучивали во время допроса Бабаевой в суде в качестве свидетеля.

Был озвучен и оперативный опрос Тимура Пипия сотрудником, который хотел, чтобы обвиняемый сказал, что Роман Чернов кидал петарду в сотрудников милиции. Тимур говорил, что не может утверждать с уверенность, что именно Чернов бросал петарду, т.к. людей было много. Отмечал, что адвокат просил не давать показания следователю, а также что хочет, чтобы остальные обвиняемые получили минимальный срок.

Сотрудник: Ну ты ж тогда рассказывал, я запомнил те встречи… Когда я приезжал к тебе на Жодино и сюда приходил, что да, он замахивался, что одна чуть-чуть не долетела до боевых рядов, взорвалась петарда. Ну также было? Мы ж ничего с тобой не придумали. Я ж не пришел для того, чтобы ты кого-то здесь оговорил и сказал то, чего не было на самом деле. Давай вспоминай, чтобы мы точно определились. <…>  Я пришел к тебе с одной просьбой – рассказать, как и что было, <…> и все-таки тебя направить, чтобы к тебе приехал следователь.

Пипия Тимур: Я сказал, с Черновым я не буду говорить 100%, что он кидал. Это окончательно.

С.: А кто мог кидать?

П.Т.: Кто угодно мог кидать, людей было сотни.

С.: Это не протокол, это ничего, это просто напечатанный текст, образно говоря, смотри, я вот так делаю – и он абсолютно никуда не идет.

П.Т.: Печатайте снова <…>, а то потом в зале суда Тимур стоит как гнида, который сдал весь район, грубо говоря. Мне тоже это не улыбается <…>

С.: Тимур, я тебя спрашиваю, что тебя смущает? Ты мне тогда все это рассказывал, я для себя это пометил, напечатал, чтобы ориентироваться. Я еще здесь не касался, кто свидетель <…>

Тимур смеется

С.: Или ты хочешь быть таким героем, что «я не я – и хата не моя»?

П.Т.: Я вам рассказал очень много <…>

С.: Ну я сомневаюсь, что много ты понарассказывал, во-первых, это все было с большего известно, во-вторых, видишь сейчас начинаются расхождения. Сейчас ты говоришь так, потом так, а на суде вообще скажешь, что дома спал в этот день.

П.Т.: Такое не скажу.

С.: Так все-таки, что именно?

П.Т.: Я говорю, что 100% не могу дать.

<…>

С.: Я вот не понимаю, я вот приезжаю к тебе, и ты мне все рассказываешь, приезжает следователь – чем он там тебе не понравился?

П.Т.: Меня адвокат попросил не давать показания. Я сказал следователю, что дам показания перед судом, сейчас меня попросили не давать.

С.: Я-то что, у меня свои вопросы к тебе, пообщаться по этим, я пришел-ушел, я не следователь, я сотрудник сам понимаешь какого подразделения. Поэтому давай все-таки придем к общему мнению по вопросам, уже не капризничай, не безобразничай <…> Ты можешь вообще на суде молчать, ничего не говорить, но это будет минус, тем более ты ж нормально все рассказываешь. Повторяю, тебя никто не просит кого-то оговаривать, говорить того, чего не было, скажи, все как есть. <…>

Тимур смеется. <…>

П.Т.: То, что я объективно знаю, я могу сказать, то я рассказываю – вот моя позиция. Если у меня есть хоть минимальное сомнение – я просто не буду рассказывать.

Также были озвучены стенограммы телефонных разговоров между Денисом Болтутем и Петровским, где парни обсуждали, как «малые засекли в тачке тихарей», рассказали об этом, потом они, в том числе обвиняемые, подошли к машине, окружили ее, а Шишлов залил газом через форточку силовиков.

В телефонном разговоре между Тимуром и Тамазом Пипия обсуждались события 23 сентября в Серебрянке: кто зажигал фаера, видео выложенное в сети. Тамаз утверждал, что на видео узнал всех остальных обвиняемых. Также говорили про эпизод с сотрудниками в машине: как искали тихарей и нашли, подошли к машине, Тимур постучал в окно и сказал: «Ваши документы», а «суслик» залил их жесточайше – просто целиком баллон вылил».

3 июня в суде продолжили знакомиться с материалами дела и допросили еще нескольких свидетелей.

Правозащитный центр "Весна" с помощью волонтеров отслеживает данный судебный процесс

Поддержать письмами и открытками обвиняемых Тимура Пипия, Тамаза Пипия, Дениса Болтутя и Виталия Шишлова можно по адресу:

СИЗО-1, 220030, г. Минск, ул. Володарского, 2.

Последние новости

Партнёрство

Членство