Угроза изнасилования и "коллективная ответственность". Свидетельствуют потерпевшие Аудио

2020 2020-08-25T21:33:08+0300 2020-08-25T22:20:51+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/aleh_harytonchyk.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Правозащитный центр "Весна" и Всемирная организация против пыток (OMСT) продолжают документировать случаи пыток, жестокого, бесчеловечного и унижающего обращения в отношении участников (а также случайных прохожих) протестных выступлений, которые состоялись в Минске с 9 по 13 августа. Некоторые свидетельства людей, переживших пытки и насилие, будут публиковаться на нашем сайте как доказательства преступных действий со стороны силовиков.

Минчанин Олег Харитончик прогуливался 11 августа возле реки Свислочь в районе Немиги. Из стоявшего рядом обычного фургона вдруг вышли омоновцы и потребовали у Олега мобильный телефон. Далее – рассказ от первого лица.

Олег Харитончик
Олег Харитончик

Угрожали изнасиловать палкой

Когда в телефоне обнаружили приложения Psiphon и Telegram, в котором я подписан на каналы NEXTA и Белсат, тут же начались допросы: «Куда идешь? Зачем ты здесь?», «Идешь строить баррикады и камни кидать?». Один из омоновцев открыл на моем телефоне сайт PORN HUB и наглядно мне его продемонстрировал.

Я отвечал, что иду с места работы, поскольку все ближайшие станции метро перекрыты. Мои ответы не убедили их, они повторили свои вопросы, используя при этом мат и угрозы. К этому времени мой телефон уже автоматически заблокировался. Они потребовали сказать пароль, но я отказался это сделать. После этого меня закинули в машину со словами: «Это наш клиент, жестче его!». Уложили подбородком в пол, начали бить в область печени, по голове и затылку, после берцами придавили ноги. Заново потребовали пароль от телефона, я снова отказался. Далее последовали угрозы изнасиловать палкой, начали стягивать джинсы –  я ухватился за них и негромко сказал: «Не надо мне ничего делать». Надо мной «сжалились» только потому, что старший из них сказал: «Я сегодня добрый».

Примерно через 10 минут подъехал другой автозак, меня жестко выкинули и посадили туда с другими людьми, лицом в стену, руки за спину. В клетке было около 10 человек. Среди них была девушка – ее задержали из-за бинтов и ваты, которые обнаружили среди ее вещей.  На нее оказывали психологическое давление и ругались матом.

Олег Харитончик показывает побои на своем теле
Олег Харитончик показывает побои на своем теле

«Больше НЕ студент, больше НЕ строитель, больше НЕ маляр…»

После нас привезли в РУВД (позже я узнал, что это Ленинское РУВД), опять жестко выкинули из машины, приказали сложить руки за голову, согнуться и, смотря вниз, бежать к стене. Там уже ожидали 2 шеренги омоновцев, которые сильно били каждого из задержанных по ногам, рукам, спине и головам, пока мы бежали.  Далее нас выстроили вдоль стенки и приказали прижаться лбом, глаза вниз, руки за спину. Начали связывать руки пластиковыми стяжками. Меня сильно ударили по спине, через какое-то время сознание помутнело, закружилась голова, я потерял равновесие и упал на асфальт, расцарапав пальцы. Сразу же услышал крик: «Еще раз упадешь, с*ка, больше не встанешь!».

Далее последовал опрос каждого из задержанных. Спрашивали ФИО, дату рождения, место проживания, где и кем он работает. Опрос проводили две женщины с капитанскими нашивками, в конце каждому они говорили: «Больше НЕ студент, больше НЕ строитель, больше НЕ маляр…» (в зависимости от того, кем являлся человек).

Некоторых уводили на видеофиксацию, других – на изъятие личных вещей. Там была полная неразбериха и хаос, все вещи сброшены в одну кучу. У всех задержанных изъяли абсолютно все маски и респираторы, при том, что все сотрудники «правоохранительных» органов сами были в масках. После изъятия вещей людей завели в помещение, головой в стену, глаза вниз. На стенах были видны разводы крови. У многих задержанных кровь была и на одежде, и искалечены они были по-разному: фингалы, кровоподтеки, следы от дубинок на руках и ногах, царапины на лицах… У одного пометили краской волосы и лоб, у другого срезали часть волос, некоторые даже не могли нормально стоять. Снаружи приехала бригада скорой. Уставшие и измотанные, эти женщины-медики осматривали наиболее искалеченных, при этом на них ОМОН орал матом и требовал их фамилии и номер бригады.

«Чтобы вы все сдохли от жажды»

Так в одном помещении за несколько часов набралось около 35-40 человек, среди них – три молодые девушки.  Примерно через 4 часа милиционер нам дал бутыль с водой. Некоторые, включая меня, с опаской к этому отнеслись, т.к. предположили, что вода может быть отравлена, но большинство стали пить. По прошествии нескольких часов все стали уставать, некоторые стали садиться на пол. Сначала говорили шепотом, потом чуть громче — это заметил ОМОНовец. Он приказал опять всем выстроиться в стену и стал избивать некоторых дубинкой. Через некоторое время люди снова начали разговаривать — вновь зашел человек, но уже в форме милиции, и вновь начались избиения.

Так все простояли до утра, в ожидании автозака. Никто не сообщал нам, который сейчас час, никто не позволил позвонить родственникам. Приблизительно в 8-10 часов утра (мы ориентировались по свету) подъехал автозак с ОМОНом. Двое из омоновцев имели нашивки с надписью «722» зеленого цвета, и были вооружены пистолетами в кобурах. Старший по званию зашел в помещение и потребовал бутыль с водой обратно, бросив фразу: «Чтобы вы все сдохли от жажды».

Примерно через два часа нас стали загружать в автозак. Сразу же провели инструктаж: «Кто будет разговаривать или смотреть не в пол или стенку – опустим и унизим». Когда мы наконец выехали, было очень много остановок через каждые 5-7 минут, непонятные и хаотичные повороты. В клетке становилось все душнее и душнее. Было слышно, как на улице женщины скандируют вдогонку автозаку: «Позор!».

«[Надоело] вас [бить] целый день»

Нас привезли в ИВС (позже я узнал, что это на Окрестина), опять жестко выкинули из автозака, приказали сложить руки за голову, согнуться и, смотря вниз, бежать вдоль стены, стать на колени и упереться лбом в забор. Через минут 15 с рук сняли пластиковые стяжки. Далее под крики «Ганьба!» и «Позор!» нас заставили бежать к зданию между двумя шеренгами омоновцев, которые избивали нас дубинами, кулаками и ногами по всем частям тела.

В помещение с решеткой наверху (располагается под открытым небом) согнали около 70 человек. В углу стояли переполненные бутылки с мочой. Позже все слышали, как под такие же крики «Ганьба!» и «Позор!» начинают сгонять по клеткам новые группы людей. Также было слышно, как омоновцы уже «за*бались нас всех пи*дить целый день». В итоге в помещении примерно 5х5 собралось 120 человек, была давка, едва хватало места стоять. Над клеткой вверху патрулировал охранник в маске с оружием АК74.

Я заметил, что у некоторых людей есть серьезные побои: не видит глаз, прострелена нога, один человек едва мог стоять на ногах из-за удара по голове. Ни воды, ни еды, ни возможности сходить в туалет у нас не было около 12 часов. Поскольку сверху была лишь решетка и на небе стягивались тучи, мы опасались, что если начнется дождь, вся моча в углу разнесется по всему полу. Некоторым покалеченным становилось хуже, на многочисленные призывы, стуки в дверь, а потом и мольбы врачей не пускали, все наши попытки нагло и намеренно игнорировались. За дверью были слышны шаги, разговоры и езда тележек, иногда нам отзывались и говорили, что «все скоро будет, все организуем». Человека, которого ударили по голове, провели в угол ближе к двери, его мутило, потом вырвало, ему с каждой минутой становилось тяжелее стоять, позже он уже обвисал на локтях двух сокамерников. В итоге первую за все время медицинскую помощь людям оказали примерно через 4 часа.

Многие выбивались из сил, так как не спали уже более 2 суток. Нами обсуждались и предпринимались попытки поспать в таких условиях: сидя; прижимаясь друг к другу, «как шпроты»; «стоя штабелями». Попытки не имели особого успеха: получалось усадить/уложить максимум 2-3 ряда, а оставшимся приходилось стоять чуть ли не на одной ноге из-за давки, поэтому приходилось отдыхать по очереди. Некоторые говорили: «Я уже на все готов ради кружки воды и кровати».

Центр изоляции правонарушителей и Изолятор временного содержания на Окрестино
Центр изоляции правонарушителей и Изолятор временного содержания на Окрестино

Суды длились по пять минут. Несколько человек называли по списку, выводили из камеры и вели на «суд», через 30-45 минут их возвращали назад: давали на 15 суток, а тем, кто «признал» все – по 10 суток.

Многие уже стали сходиться во мнении: «дайте мне уже этот штраф, я не хочу тут сидеть еще 15 суток».

Ближе к полуночи нам наконец начали давать «послабления»: пятилитровую бутыль с водой. Мы рассчитали по 3 глотка на каждого, но все равно хватило не всем. Позже начали выпускать в туалет, сначала по одному человеку, позже – группами.  Они забирали бутыль, наполняли и приносили с собой, чтобы дать возможность попить другим. Даже дали немного еды: хлеб и ведро с котлетами.

Однажды за дверью, после очередного избиения кого-то из задержанных, мы услышали: «Ты идиот, у него же сахарный [диабет]!». Судьбу этого человека мы так и не узнали.

В одной из групп омоновец орал на задержанную молодую девушку (в том числе и матом): «Че ты здесь делаешь, революционерка, тебе детей рожать, что тебе в стране не нравится?!»

«Без обидняков, не все менты сволочи, все по чесноку»

Позже, ближе к полуночи, начали называть людей по списку. Творилась неразбериха: надзиратель зачитывал список у одной камеры, некоторые кричат свои ФИО из камеры напротив, надзиратель прерывается, перебегает туда и уточняет, возвращается назад – и все заново. 

Когда очередь дошла до меня, группу из десяти человек вывели из камеры, выставили лицом к стене, руки за спину. В коридоре мы простояли минут 15 — и нас вывели во двор.

На улице всех выставили лицом к стене рядом со столом, где были приготовлены липовые протоколы. Пока мы стояли, периодически сзади подходили и спрашивали:

«Где и кем работаешь, сколько тебе лет?»,

«За что здесь оказался, по чесноку?»,

«За кого голосовал?»

Все честно отвечали:

«Там-то и тем-то, столько-то»,

«Меня задержали когда сидел в такси»,

«Когда я вел машину»,

«Я ехал на велосипеде»,

«Я держал плакат «Жыве Беларусь» у министерства»,

«Я отказался назвать пароль от своего телефона»,

«Я вышел покурить во двор»,

«за Тихановскую».

Их реакция:

«Так чего тебе в жизни не хватает, страна для жизни!»,

«Мы тебя запомнили»,

«И где твоя Тихановская теперь, а знаешь, сколько ей за это заплатили?!».

Далее подписывали протоколы,  а тех кто сомневался в их корректности, настойчиво переубеждали и показывали пальцем на ближайший автозак:

«Через 7 дней пойдешь в суд, все подпишешь, все подтвердишь»,

«Без обидняков, не все менты сволочи, все по чесноку».

Дубинками провожали на свободу

Далее нас погнали через ворота, потом вдоль забора/стены, руки за голову, глаза вниз, остановили. Слышалось: «группами по 6 человек к стенке» — и вот уже мы слышим дикие вопли.... Далее все передвигаются вдоль стены и лбом в стену. Минимум дважды слышал: «Задрать майки, снять штаны до колен…НОЖ! В автозак их!» ["Нож" – предположительно кличка или позывной одного из сотрудников ОМОНа – прим.]. Вот так случайно/периодически выбирали группы, которые останутся еще на столько-то суток. Конкретно моей группе «весьма повезло», нас посчитали достаточно зашуганными.

Также был озвучено: «Теперь вы несете коллективную ответственность: один вякнет/дернется/повернет голову – 5 слева от вас и 5 справа в автозак». Вдоль стены мы так шли около 30 минут, нам периодически напоминали о коллективной ответственности. Далее нас подвели к воротам и сказали: «Свои вещи вы получите через 7 дней после суда».

Кто-то пробовал просить, но их просьбы не удовлетворялись:

 «У меня в Минске никого нет из знакомых, без ключей я не смогу попасть в квартиру»,

«Вызови мастера, заплати 60 рублей, ты ж сам все знаешь, нет проблем».

 «У меня в паспорте осталось направление на запланированную операцию, без него никак…»

 «Ну запланирована, она есть…»

И под конец опять провожали дубинками на свободу.

Олег Харитончик показывает побои на своем теле
Олег Харитончик показывает побои на своем теле

Когда мы выбежали из ворот, мы не знали вообще, где находимся…  спустились с горки, там нас уже встречали волонтеры, они раздавали деньги на проезд, воду и еду, показали, куда идти, некоторые предлагали подвезти. Вдруг человек, с которым я был в одной камере все эти дни, закричал, поднял руки и начал трястись, а потом упал. У него случился эпилептический приступ из-за раны на голове, полученной, когда нас били в последний раз. Я лично видел, как из этой гематомы чуть ли не фонтаном била кровь и текла по асфальту. Ему помогли, каким-то чудом мужчине полегчало, появилось какое-то подобие сознания, он начал немного говорить… Волонтеры предупреждали, чтобы уходили быстрее иначе подойдет ОМОН, а сами стояли на шухере. Три парня из нашей группы остались с этим человеком, им было уже все равно.

Олега освободили 13 августа примерно в шесть часов утра.

Другие истории потерпевших от пыток со стороны белорусских силовиков:

"Ты за Тихановскую?" — и били в плечи, в ноги. Свидетельствуют пострадавшие

48-летний Василий Гуща был задержан вечером 10 августа возле кинотеатра "Москва" на Немиге. На свободу вышел утром 14 августа. Василий рассказал "Весне" о пытках на Окрестина, как его перевозили в жодинскую тюрьму и в каких условиях он там содержался.

Свидетельствуют потерпевшие: “При задержании сотрудники ГАИ сломали мне руку”

Алексей Прохоренко работает таксистом в Минске. 11 августа он вез клиента, когда его остановили, а затем и задержали сотрудники ГАИ (в форме ДПС). При задержании они сломали руку Алексею, из-за чего на Окрестино он провел около получаса. Но за это время ему пришлось увидеть многое.

Свидетельствуют потерпевшие: «Меня стали снова избивать, сказали: «Это тебе добавка!»

26-летний минчанин Александр Лукьянский вечером 11 августа возвращался домой с работы. Он знал, что в городе люди собираются на мирные протесты, поэтому решил вызвать такси.

https://spring96.org/files/images/stas_dziadou.jpg

Стаса Дедова задержали 11 августа в Минске, возле парка Дружбы народов. Силовики вылили на него белую краску, тем самым «пометив его». Стас рассказал «Весне» о том, как все это происходило и что ему довелось пережить.

Последние новости

Партнёрство

Членство