Наталья Мацкевич: «Адвокат обязан использовать все законные средства защиты прав своих клиентов»

2020 2020-03-23T11:36:16+0300 2020-03-23T11:36:16+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/matskevich-natallia_mgka.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Наталья Мацкевич. Фото humanrightshouse.org

Наталья Мацкевич. Фото humanrightshouse.org

6 и 7 марта 2020 года в Москве прошел семинар «Механизмы ООН по правам человека: от теории к практике эффективной защиты индивидуальных прав», который проводил Институт права и публичной политики. Его участниками стали адвокаты и сотрудники неправительственных организаций из разных регионов России; для участия нужно было пройти конкурсный отбор. Экспертами семинара были приглашены профессор Европейского гуманитарного университета Александр Вашкевич и белорусский адвокат Наталья Мацкевич.

Белорусский дом прав человека попросил Наталью Мацкевич рассказать о содержании семинара, о том, какая информация была востребована участниками, и почему организаторы остановили выбор на экспертах из Беларуси:

– Александр Евгеньевич Вашкевич – профессор ЕГУ, специалист по международному праву,  эксперт ОБСЕ и Совета Европы – также известен своими исследованиями и публикациями по ООНовской системе. Он, как коллега (я тоже преподаю в ЕГУ, дистанционный курс) пригласил меня стать вторым экспертом семинара, чтобы внести в него элементы опыта практической работы. Почему именно белорусские эксперты? Дело в том, что Беларусь не является членом Совета Европы, и его механизмы – прежде всего, жалобы в Европейский суд по правам человека – не могут применяться в отношении Беларуси; поэтому здесь для защиты прав на международном уровне доступны только ООНовские механизмы. Соответственно, аналитика и практика по системе ООН более активно развивается именно белорусскими юристами, особенно работающими в НПО, чем можно заслуженно гордиться. 

– А как вы приобрели компетенции и опыт работы с международным правом?

– Работа адвокатом – очень динамичная, и нужно постоянно развиваться в профессии. Белорусский государственный университет я закончила аж в 1993 году, но, как сторонник концепции обучения в течение всей жизни, стараюсь пользоваться возможностями участия в программах неформального образования, а в какой-то момент, уже во взрослом возрасте, почуствовала необходимость “подтянуть” свои знания в европейском вузе и окончила магистратуру ЕГУ по международному и европейскому праву. В эту магистерскую программу включены предметы как международного частного и корпоративного права, права ЕС, так и международного права прав человека. Поскольку я, как адвокат, по большей мере, работаю с гражданами, то, естественно, основные усилия прилагала к изучению международных стандартов и систем мониторинга и защиты прав человека. Эти компетенции я стала применять в адвокатской деятельности, где использую подход, основанный на правах человека, концепцию прав человека и международные стандарты – как в национальной практике, так и помогая клиентам прибегать к обращениям в международные органы, когда исчерпаны внутренние средства правовой защиты. 

– Россия является членом Совета Европы, и ее юристам доступны европейские механизмы защиты прав человека, которые большинством рассматриваются как более эффективные, поскольку позволяют получить денежную компенсацию для жертвы. Почему механизмы защиты прав человека ООН вызвали такой интерес у российских адвокатов и правозащитников?

– Да, интерес был проявлен большой. В семинаре участвовали опытные практики: те, кто уже работает с европейскими механизмами, подает сообщения в Европейский суд по правам человека и знает стандарты европейской системы. Но стандарты системы ООН, к которым они сейчас обратились, не были им раньше известны. Юристы из России, да и других стран – например, Украины, Азербайджана, Молдовы – в последнее время все больше обращают свой взгляд на ООНовские механизмы как на дополнительный инструмент защиты прав своих клиентов и, что немаловажно, совершенствования правовой системы своих стран. Но, если по европейской системе защиты прав человека есть много образовательных программ, и даже сам Совет Европы проводит обучение, то в возможностях изучения системы ООН имеется дефицит, особенно в очных форматах. Поэтому участники этого семинара открыли для себя новые возможности. И я была поражена, насколько большую заинтересованность в этих инструментах они проявляют. Было очевидно, что они начнут их применять в своей работе сразу же. Конечно, за два дня семинара, при всем желании, можно дать только общий обзор темы, но интерес участников таков, что вполне возможно продолжение обучения: помимо теории дать и практические навыки.

–  Наталья, вы, зная европейскую систему и будучи специалистом в системе ООН, могли бы привести их принципиальные отличия?

– Система ООН, как универсальная система, шире смотрит на некоторые вопросы, и условия обращения ее механизмам – менее строгие. Например, сейчас в ЕСПЧ можно подать жалобу в течение шести месяцев после исчерпания внутренних средств правовой защиты на национальном уровне, и этот срок скоро сократится до трех месяцев. Что касается ООНовских механизмов, то к спецпроцедурам Совета по правам человека можно обращаться безотлагательно, без исчерпания внутренних средств, а в договорные органы – в течение как минимум пяти лет после того, как пройдены национальные инстанции. И тогда как в европейской системе уже сложилась четкая и устоявшаяся практика, что фактически исключает формирование отличных от нее правовых позиций, то система ООН открывает больше возможностей для нестандартных подходов и создания новых прецедентов. Кроме того, в системе ООН существует несколько договорных органов, куда можно направлять индивидуальные сообщения, а также некоторые права по международным договорам защищены в более широком смысле.  

– Вы давно работаете адвокатом; исходя из вашего профессионального опыта, можно ли сказать, что и белорусские адвокаты проявляют интерес к международным стандартам прав человека, к международным механизмам защиты?

–  Не могу говорить за всех, но я знаю адвокатов в Беларуси, которые используют в работе подход, основанный на правах человека: и концепцию прав человека, и международные стандарты; имеют компетенцию обращения к международным органам. Возможно, не все из них специально обучались правам человека, но работают в парадигме прав человека в силу высокой правовой культуры и честного отношения к профессии. По большому счету, этот подход отражен в принципах и нормах Конституции Беларуси, которые позволяют работать со стандартами прав человека как на национальном, так и на международном уровнях. 

– Отслеживая национальную практику, кажется, что белорусские юристы, в частности, адвокаты, не обладают специальными знаниями в сфере международного права прав человека. Очень редко в публикациях и правовых позициях встречается отсылка к международным стандартам. Как вы думаете, почему? Включает ли белорусское академическое юридическое образование изучение этой отрасли?

– Когда я училась в БГУ,  международное право прав человека у нас не преподавали ни отдельным, ни факультативным курсом; мы изучали публичное международное право как действующее исключительно между государствами. После окончания университета я специально не отслеживала ситуацию. Насколько я знаю, сейчас только на кафедре международного права факультета международных отношений БГУ есть курс прав человека со сдачей экзамена. Получается, что не так-то и много возможностей у юриста, особенно в системе формального образования, получить компетенции в сфере прав человека.

– А нужно ли это? Может быть, юристу-практику, адвокату хватит пространства национального законодательства?

– Не думаю. По моему мнению, применение международного права, в частности международных стандартов прав человека в национальной практике, становится неизбежным трендом в связи с глобализацией всех мировых процессов, в том числе – правовых. Развиваются горизонтальные связи между юристами разных стран: например, я знаю, что Республиканская коллегия адвокатов взяла курс на развитие международных связей между адвокатами. В этих коммуникациях язык международного права становится общим. Соответственно, и адвокатам нужно находить возможности им овладеть. Например, в этом году Коллегия планирует семинар, или даже ряд семинаров, совместно с Германским фондом международного правового сотрудничества по вопросам защиты прав человека в правоприменительной практике. Кроме того, международное право в той или иной степени входит в практику судебных органов. Конституционный суд Беларуси с самого своего основания работает со стандартами прав человека и международными документами; Верховный суд в одном из постановлений Пленума («Об обеспечении права на судебную защиту и о культуре судебной деятельности», 2016) обратил внимание на то, что судьи должны следить за изменениями в международном праве, включая международные договоры и другие документы, которые устанавливают нормы, действующие в отношении прав человека.

– Верховный суд высказался совершенно четко; но ведь он обратился к судьям, а не адвокатам?

– Да, но это означает, что адвокаты должны быть на шаг впереди, ведь именно они  должны приносить в суды такие правовые позиции и ставить эти вопросы перед судьями. Кроме этого, есть статья 61 Конституции, которая говорит о том, что каждый может обратиться в международные органы, если исчерпаны внутригосударственные средства правовой защиты. А адвокат по закону «Об адвокатуре и адвокатской деятельности» обязан использовать все законные средства защиты прав своих клиентов.

– Но вряд ли отдельные семинары и рекомендации Верховного Суда помогут освоить целую отрасль права, ведь образование должно быть системным… Белорусский дом прав человека уже больше 12 лет реализует образовательную программу “Международное право для защиты общественных интересов”, которая как раз предлагает системный, глубокий курс для адвокатов и юристов по имплементации международных стандартов в национальную правовую систему. Как вы думаете, стоит ли адвокатам воспользоваться этой возможностью приобретения компетенций в международном праве?

– Совершенно согласна с вами насчет того, что системные знания работают намного лучше. Я сама много лет назад начинала свое обучение правам человека именно в этой программе. С тех пор она серьезно развилась, и уверена, что дает хорошие возможности для изучения и приобретения навыков применения международного права в работе.

– Наталья, по публикациям в СМИ видно, что вы сами активно ссылаетесь на международное право прав человека, и в довольно громких делах – например, в небезызвестном деле, где вы защищали  Геннадия Федынича (т.н. Дело профсоюза РЭП – прим. авт.); ваша профессиональная позиция с использованием международных стандартов была опубликована. Не пугает ли вас роль, в некотором смысле, первопроходца? Не вредит ли вашей адвокатской деятельности такая открытая позиция?

 – Скажу, что, по хорошему, это не должно “пугать” и “вредить”, иначе как адвокат может быть эффективным? Конечно, адвокат как профессиональный участник правосудия действует в строгих рамках: и процессуального закона, и этических стандартов. А когда адвокат участвует в деле, которое привлекает широкое внимание – общества, журналистов, коллег – то это накладывает на него  дополнительную ответственность: поведение в процессе должно быть корректным, а правовая позиция – максимально грамотной. При этом обязанность и обычная работа адвоката – использовать все возможные правовые средства для защиты клиента, в том числе возможности, предоставляемые международным правом. А эти возможности, кстати, создает государство, становясь участником того или иного международного договора. То есть в такой работе нет ничего, что ставило бы адвоката в неловкое или уязвимое положение.  Я думаю, что публикация в СМИ правовых позиций адвокатов может быть полезной для понимания и оценки обществом и профессиональными сообществами разных сторон того или иного дела; чтобы общественное мнение о “громком процессе” было основано не только на впечатлениях и эмоциях, а на грамотно переданных профессиональных позициях. 

Последние новости

Партнёрство

Членство