«Я тону в долговой яме перед государством и с каждым днём отдаляюсь от самого дорогого, что осталось в жизни – моей дочери»

2019 2019-07-29T15:43:09+0300 2019-07-29T17:05:05+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/turma-list-2.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

В Правозащитный центр «Весна» обратился осужденный Максим Бюханчик, который в данный момент отбывает наказание в исправительной колонии открытого типа №46 г. Круглое и является «обязанным лицом» по Декрету №18.

В своем письме он пишет, что его родителей лишили родительских прав, а растила его тетя, которая после смерти дедушки и бабушки Максима стала злоупотреблять спиртным.

«Тогда не было ни 18 декрета, ни СОП, и улица сделала свое дело. Попал на скамью подсудимых, потом второй раз. Освободился в 1999 г. И государству было все равно на меня: ни работы, ни денег на документы и питание… Опять тюрьма.

Освободился в 2004 году, кое-как стал на ноги и открыл ИП по пошиву и прокату свадебных и вечерних нарядов. Познакомился с будущей женой», - пишет Максим Бюханчик о своей жизни.  

Позже жена Максима попала в места лишения свободы, там они оформили брак и там же родилась их дочь. Когда дочке исполнилось 2,6 года Максим забрал ее, т.к. в ИУ ребенок может находиться только до трех лет.

«И опять государству все равно: никто не спрашивал, как я и что; растил, работал и к жене с дочкой на свидания ездил. Выкарабкались и из этой ситуации, хотя и было много презрения в глазах госслужащих – работников поликлиники, яслей», - отмечает осужденный.

Позже пара развелась, а через некоторое время уже бывшая супруга умерла. После этого к Максиму пришли с вопросом, где будет жить дочь.

«После похорон, на стройке я получил обширный ожог ног, лежал в больнице. Приехала теща, и чтобы не было вопросов, я написал, что не против, чтобы брат жены в связи с моим заболеванием оформил на себя опеку», - уточняет Максим Бюханчик.

По словам мужчины, все было нормально, он ездил к дочери, собирал в школу на 1 сентября, никто не задавал вопросов, а для него было главное, чтобы у девочки все было хорошо.

Но в июле 2018 года Максима снова приговорили к двум годам ограничения свободы в исправительной колонии открытого типа. И тут на осужденного «обрушилась вся “недостающая” опека государства»: мужчина не смог предоставить трудовую книжку, и был оформлен как подсобный рабочий, а в октябре 2018 года его ознакомили с предписанием, согласно которому к Максиму был применен декрет №18.

«До этого дочке начисляли пособие по утрате кормильца, а тут видно посчитали: зачем нам платить, если есть папа, который в тюрьме, и можно с него высчитывать.

Тут началось самое интересное: из-за того, что в предписании указали неправильные данные – адрес места отбывания моего наказания, оно пришло в колонию с опозданием, по итогу в момент ознакомления за мной уже числилась задолженность за два месяца – 550 рублей», - описывает сложившуюся ситуацию осужденный.

Он начал писать жалобы и обращения в ДИН, Прокуратуру, Администрацию президента, чтобы его перевели на другое место работы и даже в другую колонию, где он смог бы получить более высокооплачиваемую работу, согласно его специализации – плотник третьего разряда. ИУОТ №46 посещает помощник прокурора, Максим разговаривает с ним о своей непростой ситуации, но после этого все возвращается на круги своя – администрация колонии отмахивается, на работе перевод не оформляют.

«Как мне объяснить дочери, что деньги, которые ей начисляют, плачу я, и почему у меня нет возможности просто оплатить ей телефон, как делал это раньше? Как сделать, чтобы она не обозлилась на меня и на весь мир? Ведь в предписании указано высчитывать 70% до погашения задолженности, что составляет 273 рублей ежемесячно. Из чего исходили власти, принимая этот декрет?

Моя заработная плата 330 рублей в месяц. На руки остается от 80 до 110 рублей, из которых надо платить за комендатуру, чтобы не получить нарушение и замену режима на более строгое. На жизнь остаётся 50-60 рублей. И как выжить? Именно выжить?» –задается вопросами Максим.

Долг по Декрету №18 растёт ежемесячно, и сейчас, по подсчетам мужчины, составляет 1300 рублей. В связи с задолженностью, Максим не может рассчитывать ни на замену режима с устройством на более высокооплачиваемую работу, ни на амнистию.

Кроме того, осужденный описывает и условия труда, в которых находится: отношение работодателей «как к скотине», ему как подсобному рабочему не выдают ни обувь, ни зимнюю спецодежду, зарплата 80 копеек в час, а остальное - доплата до минимальной зарплаты.

«Я потерял стаж работы плотника, хотя уже мог бы подавать на повышение разряда. Долг по окончанию срока составит 2000 рублей, а то и больше.

За год в ИУОТ я похудел на 16 кг. Со здоровьем проблемы, в поликлинику обращаться нет толка, ведь на назначенные лекарства денег нет. Кто мне подскажет, где соблюдение прав человека?  

На данный момент в душе только разочарование, обида, злость, негодование за нашу страну. Мои жалобы и обращения только «футболят» из одной инстанции в другую. А мне хоть в петлю лезь.

Я тону в долговой яме перед государством и с каждым днём отдаляюсь от самого дорогого и бесценного, что у меня осталось в жизни - моей дочери», - подчеркивает Максим.

Юрист Правозащитного центра «Весна» Павел Сапелко отмечает, что минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций в отношении обращения с заключенными (Правила Нельсона Манделы) предписывают уделять внимание поддержанию социальные связей и опекать заключенных после освобождения:

Особое внимание следует уделять поддержанию и укреплению связей между заключенным и его семьей, которые представляются желательными и служат интересам обеих сторон… С самого начала отбывания срока заключения следует думать о будущем заключенного, которое ждет его после освобождения. К этому его следует поощрять, а также помогать ему поддерживать и укреплять связи с лицами или учреждениями, находящимися за стенами тюрьмы, которые способны содействовать его включению в жизнь общества и защитить наилучшие интересы его семьи.

«Государственным органам правила предписывают заботиться о том, чтобы освобожденные заключенные находили подходящее жилье и работу, имели подходящую и достаточную для данного климата и времени года одежду и располагали средствами, достаточными для проезда на место их назначения и для жизни в течение периода, непосредственно следующего за их освобождением.

Вопреки этим стандартам, уже сегодня автор письма с ужасом смотрит в будущее: он выйдет на свободу с огромным долгом, который затруднит и без того проблематичную ресоциализацию, а вместо помощи получит перспективу работать за треть заработка до погашения долгов. Именно в те дни и месяцы, когда ему необходима помощь и поддержка.

И конечно, отдельно стоит отметить описанные условия оплаты труда заключенных ИУОТ: по сути, это – несколько тысяч подневольных, вынужденных работать за мизерные зарплаты, не имея возможности сменить работу или работать по совместительству, которые позволяют Департаменту исполнения наказания и местным органам власти рапортовать об экономических достижениях», - считает правозащитник.


Если вам стали известны случаи пыток ваших близких в отделении милиции, ИВС, СИЗО, тюрьме или им не оказывается должная медицинская помощь в заключении, обращайтесь за помощью к юристам ПЦ «Весна» через почту или по телефонам - +375 17 394 63 11, +375 29 841 39 81

Последние новости

Партнёрство

Членство