Лю Сяобо: Человек, говорящий властям правду
"Как вы думаете, сейчас китайские власти его выпустят?" Этот вопрос звучал снова и снова в пронзительном холоде ночи в декабре 2010 года в Осло. Я только что вернулся с церемонии, на которой Лю Сяобо, заключенный правозащитник, литературовед и бельмо в глазу китайских властей, был награжден Нобелевской премией мира.
Трогательная церемония, которую китайские власти яростно осудили как «фарс», отдала должное одной простой истине: слово не является преступлением. Свобода выражения мнения, как Лю Сяобо сам говорил суду годом ранее, является "основой прав человека, источником гуманности и матерью правды". Суд приговорил его к одиннадцати годам за решеткой.
"В течение всей своей жизни Лю Сяобо демонстрировал непоколебимую решимость говорить властям правду, с полным пониманием личной цены, которую, ему, возможно, придется заплатить", - сказал генеральный секретарь Amnesty International Салил Шэтти.
Вдохновленный мировым почитанием его мужества, я однако знал, что настоящая битва только начинается: сумеет ли международное сообщество оказать достаточное давление на китайские власти, чтобы склонить к освобождению Лю Сяобо?
Или, может быть, по крайней мере, перевести его из мрачной тюрьмы на северо-востоке Китая, где он отбывал наказание, на ту или иную форму домашнего ареста? Там он мог бы быть со своей женой Лю Си и лечиться у доктора, которого бы он сам мог выбрать.
На протяжении всей своей жизни Лю Сяобо демонстрировал непоколебимую решимость говорить властям правду, с полным пониманием личной цены, которую, ему, возможно, придется заплатить. Для этого он будет оставаться источником вдохновения для миллионов людей во всем мире, которые борются за права человека, с тем чтобы они и другие могли пользоваться фундаментальной свободой: правом говорить, обсуждать, критиковать, обличать несправедливость и привлекать к ответу тех, кто находится у власти.
Год 1989 стал поворотным в политической активности Лю Сяобо. Он вернулся из США в Пекин, чтобы сыграть важную роль в движении за демократию. За это он на два года попал в тюрьму. Как он позже сказал: "Просто за публикацию отличающихся политических взглядов и участие в мирном движении за демократию преподаватель потерял свою кафедру, писатель потерял право печататься, а интеллектуал - возможность выступать публично". Он снова оказался в заключении, на этот раз в рабоче-воспитательном лагере, с 1996 по 1999 год. После этого он был помещен под постоянный контроль полиции в своем доме в Пекине.
Не испугавшись, он продолжал регулярно писать едкие и провокационные статьи и очерки, которые остро критиковали политическую систему Китая и ситуацию с правами человека в стране, отказываясь выезжать за границу из-за страха, что власти не позволят ему вернуться.
В конце 2008 года к Лю Сяобо обратились его друзья с просьбой помочь в создании манифеста, известного как "Хартия 08", который призвал к политическим изменениям в Китае. Обстоятельный список подписантов, в том числе выдающиеся интеллектуалы и отставные чиновники, встревожил власти. Успешно проведя Олимпийские игры в начале года, перед которыми власти обязались добиться прогресса в области прав человека, правительство решило, что может сделать дело Лю показательным, не вызвав чрезмерной международной критики.
Первоначально он был задержан в декабре 2008 года, провел год до суда под стражей и был приговорен к 11 годам лишения свободы по обвинению в "подстрекательстве к свержению государственной власти". Приговор стал самым суровым на то время наказанием по этой статье.
- Пустое кресло с дипломом и медалью, которые должны быть присуждены лауреату Нобелевской премии мира Лю Сяобо, стоит в мэрии Осло. Фото 2010 г. © AFP
Теперь мы знаем ответ на вопрос о том, подтолкнула ли бы Нобелевская премия мира китайское правительство к исправлению ужасающей несправедливости, которую оно совершило. Вместо того, чтобы воспользоваться возможностью, чтобы продемонстрировать свою четкую приверженность к верховенству закона, власти, смущенные и озадаченные, решили сделать все возможное, чтобы устроить информационную блокаду по его делу.
Они поместили его жену, поэтессу и активистку Лю Си, под домашний арест, запретили адвокатам Лю Сяобо предпринимать любые шаги по его освобождению, отклонили все просьбы посетить его в тюрьме от дипломатов и международных наблюдателей и удалили все ссылки на него из той отцензурированной части интернета, к которой могут получить доступ китайские граждане.
Но только после того, как он был переведен в больницу с раком печени поздней стадии, власти действительно показали свою жестокость и мстительность, фактически ускоряя его смерть, отказав ему в желании лечиться за рубежом. Они проигнорировали призывы двух иностранных специалистов, которым на короткое время разрешили посетить его в начале июля, о том, что Лю Сяобо можно и должно быть разрешено выехать за границу.
И, если сейчас весь мир не сплотится с требованием, чтобы китайские власти прекратили преследование его жены Лю Си, чтобы ей позволили свободно перемещаться, то она, вероятно, проведет остаток своей жизни под домашним арестом в почти полной изоляции.
Хотя история не будет к Пекину ласковым судьей, ведь, в конце концов, единственным лауреатом Нобелевской премии мира, который умер в тюрьме, был Карл фон Асецкий в 1938 году в нацистской Германии, иностранные правительства также несут свою долю ответственности. Их изменчивость в защите прав человека при наличии экономических интересов, несомненно, помогла упрямству Пекина.
В конце концов, мы все разделяем некоторую ответственность за трагическую судьбу Лю Сяобо. Он также является суровым уроком, который мы должны помнить, оплакивая сейчас потерю этого волота прав человека.