Сон на полу и расстёгнутая пуговица: как политзаключённых преследуют за "злостное неповиновение" в заключении
Возбуждение нового уголовного дела — один из главных страхов политзаключенных, отбывающих сроки в исправительных учреждениях. В Беларуси существует статья 411 Уголовного кодекса (злостное неповиновение требованиям администрации исправительного учреждения), согласно которой, по инициативе администрации колоний и тюрем, заключенным могут бесконечно прибавлять срок. Часто это делается по надуманным причинам с целью дополнительного давления на заключенного. Правозащитники много лет настаивают на его декриминализации. По данным "Вясны", за последние три года против как минимум 33-х политзаключенных возбудили уголовные дела по этой статье, а против некоторых из них — дважды. "Вясна" проанализировала судебные постановления по ст. 411 УК и рассказывает, за какие абсурдные и надуманные нарушения политзаключенным выписывают взыскания, на основании которых позже судят и добавляют новые сроки.
Какие существуют основания для возбуждения нового уголовного дела?
В последнее время в исправительных учреждениях против заключенных все чаще возбуждают уголовные дела по ст. 411 УК за дисциплинарные нарушения, за которые те уже понесли наказания. Это противоречит пункту 7 статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которому, никто не должен быть повторно осужден за одно и то же правонарушение.
Но большинство администраций исправительных учреждений по всей Беларуси вопреки этому активно продолжает произвольно преследовать узников по надуманным причинам. При этом минимум шесть политзаключенных были осуждены за "злостное неповиновение администрации учреждения" аж дважды подряд.
![]()
Белорусы на "крытой": как политзаключенных продолжают преследовать в колониях
Как это работает на практике? По прибытии в колонию узников сразу помещают на "карантин", где в течение примерно двух недель их знакомят с правилами внутреннего распорядка и объясняют ответственность за их нарушение. После этого их переводят в отряды и отправляют на работу. Известно, что на многих политзаключенных давление начинают оказывать сразу по прибытии в учреждение — во время "карантина" или уже после перевода в отряд.
Чтобы усложнить жизнь политзаключенным, администрация действует согласно "разработанному" плану: нарушение — рапорт — взыскание — новое уголовное дело.
Почти всех политических в колониях изначально признают "злостными нарушителями режима". Для этого администрация составляет против них несколько рапортов и выносит различные взыскания. При этом, чтобы стать "злостником", достаточно получить только четыре выговора или получить сутки в ШИЗО. Этот статус налагает на заключенных дополнительные ограничения, а также приближает их к новому уголовному делу по ст. 411 УК или к переводу на "тюремный режим".
Чаще всего узников сначала лишают свиданий, передач и звонков. После этого их "забрасывают" в штрафной изолятор или карцер, где некоторых удержівают по несколько месяцев подряд. При этом никаких личных вещей туда брать с собой нельзя, только туалетную бумагу, мыло, маленькое полотенце, зубную пасту и щетку.
В изоляторе узников могут удерживать не более 10 суток, но это не мешает администрации составлять новые рапорты по истечении предыдущего срока. Следующее по тяжести взыскание — помещение камерного типа (ПКТ). Там условия чуть лучше ШИЗО и есть право на переписку. Узников забрасывают туда сроком до шести месяцев за "системные нарушения".
После этого, согласно Уголовному кодексу, к ответственности по статье 411 УК привлекаются те заключенные, которым в течение года за нарушение режима отбывания наказания назначали дисциплинарное взыскание в виде перевода в ПКТ, одиночную камеру или на тюремный режим. По этой статье заключенных могут приговорить к лишению свободы сроком до одного года, а за особо опасный рецидив — до двух лет.
Какие действия политзаключенных администрация считает "нарушениями"?
Основания для взысканий различаются в зависимости от колонии. Правозащитники "Вясны" проанализировали некоторые судебные постановления по ст. 411 Уголовного кодекса в отношении политзаключенных.
Так, например, в гомельской женской колонии № 4 рапорты против женщин составляют за то, что "совершила доклад не по установленной форме, сравнивала условия содержания с "геноцидом";" спала, сидя на полу, положив голову на тумбу для сидения"; "была невежлива с сотрудниками исправительного учреждения", "вступила в коммуникацию с другими лицами";" выполняла физические упражнения лежа на полу в запрещенное время, сняв одежду"; "расстегнула пиджак"; "уничтожила письмо, написанное дочери"; "вышла в туалет, не предупредив"; "при открытии двери камеры не встала, не поздоровалась, не представилась", "отказалась убрать вещи с батареи".
А в женской колонии № 24 в Заречье могут выписать взыскание за "отказ выйти на работу".
В мужских колониях "нарушениями" являются "отказ убирать камеру, туалет или локальный участок отряда", "отказ выходить на прогулку в 5:30 утра", "сон на полу в ШИЗО возле батареи", "пребывание возле стадиона без куртки и в кроссовках"; "разговор с другими осужденными", "отказ занять назначенное ему место в жилой секции".
Обычно рапорты против одного человека составляют по разным причинам. Но известны случаи, когда причина всегда одна. Так, одному из политзаключенных, который отбывал срок в могилевской тюрьме № 4, выносили взыскания исключительно за "отказ убирать дворик для прогулки", а политзаключенному горецкой колонии № 9 — только за "отказ выходить на работу".
Отметим, что дисциплинарные взыскания в отношении политзаключенных почти всегда являются произвольным и политически мотивированным преследованием. Это один из способов давления, который позволяет бесконечно удерживать заключенного в заключении.
Почему нужно исключить эту статью из Уголовного кодекса?
Правозащитники много лет требуют исключения статьи 411 из Уголовного кодекса. Они обращают внимание, что по этой статье наказываются судом на основании решений, принятых в тюрьмах и исправительных колониях сотрудниками органов внутренних дел. Это провоцирует практику произвольного и зачастую несоразмерного судебного преследования в отношении тяжести правонарушения; эти недостатки не могут быть устранены даже с применением обжалования взысканий.
Кроме этого, почти все суды над политзаключенными за "злостное неповиновение" проходят в выездном порядке — их судят прямо в местах заключения. Из-за этого на судебное заседание почти невозможно попасть иногда даже родственникам. О новом судебном заседании некоторые близкие узнают только по расписанию на сайте Верховного суда. А чтобы попасть на суд в колонию или тюрьму, родным нужно через заявление получить разрешение от начальника исправительного учреждения. Но часто в этом отказывают. Отметим, невозможность попасть общественности на судебное заседание нарушает гарантии обвиняемого на справедливое судебное разбирательство, в том числе на публичный суд.
На судах в качестве доказательств вины обвиняемых используются показания свидетелей — сотрудников исправительных учреждений. Но известно, что к материалам дела Полины Шарендо-Панасюк добавили и видео с камер наблюдения в ШИЗО, на которых якобы видны "нарушения".
В августе 2023 года юристы ПЦ "Вясна" обратились к специальному докладчику по вопросу о положении в области прав человека в Беларуси по поводу преследования заключенных по ст. 411 УК. Юристы еще раз обратили внимание, что эту статью нужно исключить из кодекса, так как привлечение к ответственности по статье 411 УК нарушает право человека на личную свободу и право не быть судимым или наказанным дважды.
![]()
Усиливает давление на политзаключенных. Юристы ПЦ "Вясна" предлагают исключить статью 411 из УК