Политзаключенному Егору Кузьмину присудили три года "химии"

2021 2021-11-17T12:40:11+0300 2021-11-17T12:40:12+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/sudovaja_zala13.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Судебный зал. Иллюстрационное фото spring96.org

Судебный зал. Иллюстрационное фото spring96.org

17 ноября в Заводском суде Минска вынесен приговор политзаключенному Егору Кузьмину. Его признали виновным по ч.1 ст. 342 Уголовного кодекса и приговорили к трем годам ограничения свободы с направлением в ИУОТ — “химии”. Иск “Минсктранса” выделен в отдельное гражданское производство. Политзаключенного освободили в зале суда.

Дело рассмотрел судья Капцевич, сторону гособвинения поддержал прокурор Савицкий.

В чем признали виновным политзаключенного?

Согласно обвинению, Егор Кузьмин с 12.13 до 20.09 20 сентября 2020 года нарушил общественное спокойствие на улице Козлова. А именно — вел деструктивную деятельность, препятствовал движению транспорта и пешеходов с целью выражения протеста, совершал хлопки с “полотнищем бело-красно-белого цвета”, блокировал и перегораживал путь.

Что говорил политзаключенный?

Егор полностью признал вину. Он рассказал, что 20 сентября до 15-16 часов был дома, затем шел по описанному маршруту, но не мог попасть домой, так как не было интернета. Он участвовал в мероприятиях и до этого, но не знал, что они несанкционированные. Хотел посмотреть, что происходит на улице: он проснулся из-за шума и направился в сторону большой толпы в тысяч десять людей — “необозримая колонна”. Это напомнило ему праздник, все кругом говорили про марши, поэтому он был о них наслышан. На вопрос о сути маршей, он ответил, что это был символ единства, прекращения насилия, о котором он слышал с августа по сентябрь. Он отметил, что считает себя пацифистом по натуре, поэтому насилие для него неприемлемо. Егор слышал о задержаниях на маршах, но думал, что люди действительно точечно нарушали общественный порядок.

Политзаключенный рассказал, что находился на мероприятии час-два, выходил на проезжую часть, стоял в сцепке. Транспорт на тот момент уже не двигался, дороги были перекрыты ГАИ. Он сказал, что посчитал, что дорога перекрыта заранее, чтобы люди могли пройти — ведь когда происходят парады, дорога также перекрывается.

Также он отметил, что не выкрикивал лозунгов и не совершал хлопков руками. Политзаключенный ответил, что марши оправдали свою цель — единения.

Сотрудники ГУБОПиК его задержали на работе, спросив: “Ну что, перемен хотел? Поехали!” — и отвезли сначала в СК, потом на Окрестина. Задержание стало для него неожиданностью, он раскаивается. На вопрос адвоката он ответил, что если бы осознавал, что участие является противоправным, не пошел бы.

Что было в материалах дела?

К делу были приобщены характеристика с места работы, справка о том, что престарелые родители нуждаются в медицинской помощи и уходе. На суде демонстрировали “покаяльное видео” Кузьмина. Он прокомментировал, что это не показания: сотрудники попросили его прочесть текст и сказали, что если он “даст показания, то поедет домой”.

Обвиняемый также сказал, что возражает против иска "Минсктранса", но не имеет возражений против его рассмотрения. Представительница "Минсктранса" сказала, что в результате несанкционированного мероприятия остановился транспорт и предприятие получило ущерб. Адвокатка заметила, что иск не может быть заявлен на одного человека.

"Каким образом лично я мог своими действиями влиять на "Минсктранс"? Мои действия были следствием, а не причиной", — спросил Кузьмин у представительницы предприятия.

Она ответила, что если его признают виновным, то ущерб должен взыскаться согласно законодательству “в солидарном порядке со всех лиц, которые признаны виновными”. Кузьмин отметил, что хотя признает вину, не согласен с требованиями иска, так как он не блокировал движения:

"Находясь пять минут на дороге, я не считаю, что мои действия повлекли ущерб на 47 тысяч рублей”.

Что было в прениях?

В ходе прений обвинитель запросил для политзаключенного три года ограничения свободы с направлением в ИУОТ — “химии”. Защитница настаивала, что Кузьмин не обладал информацией о маршах и их последствиях. Она подчеркнула: важно понять причинно-следственную связь перекрытия дорог: когда Кузьмин вышел на проезжую часть, транспорт уже не ходил. Также она обратила внимание, что фотография, приобщенная к делу, постановочная: ребятам предлагали сфотографироваться, они не двигались в сцепке. Адвокатка была уверена, что ее подзащитный оказался на месте случайно из любопытства, как и многие другие люди, и попросила заменить наказание на административную ответственность.

В последнем слове политзаключенный отметил:

“Я уже много раз говорил, я всегда был добропорядочным гражданином, никогда не нарушал законы и даже не имел таких мотивов. То, что я оказался в такой ситуации, — случайность. Я никогда не думал, что мои действия повлекут уголовную ответственность. Хочу обратить внимание на всю ситуацию, на мои характеристики: я всегда хорошо характеризовался на работе, учебе, в спорте. Хочу также обратить внимание, что в свободном доступе — даже в статье на Википедии — есть информация о перекрытии дороги сотрудниками.

Я признаю вину так, как описал свою точку зрения. Прошу рассмотреть возможность административной ответственности без лишения свободы”.

Судья согласился с обвинением и направил Кузьмина на три года “химии”. Иск "Минсктранса" передан в гражданское производство.

Последние новости

Партнёрство

Членство