Пять потерпевших по делу и два года «домашней химии»: вынесли приговор ветврачу за брошенное куриное яйцо на автомобиль ГАИ

2021 2021-10-05T13:55:18+0300 2021-10-05T15:32:39+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/chegodaev.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Григорий Чегодаев. Фото из социальных сетей

Григорий Чегодаев. Фото из социальных сетей

В суде Первомайского района г. Минска 4 октября вынесен приговор по уголовному делу против ветеринарного врача Григория Чегодаева, которого обвиняли в угрозе применения насилия в отношении сотрудников органов внутренних дел.

Дело рассматривала судья Анастасия Кулик, сторону гособвинения представляла Инна Зубко. Потерпевшими по делу были признаны пятеро сотрудников ГАИ: Александр Герасименок, Андрей Якубович, Сергей Батуркевич, Владислав Деменец, Виталий Послед.

Согласно обвинению, Григорий Чегодаев в период времени с 00.00 до 00.30 11 августа 2020 года находился на проезжей части на перекрестке по ул. Тимирязева и ул. Саперов в Минске, в целях воспрепятствования законной деятельности сотрудников органов внутренних дел и из мести за выполнение ими служебной деятельности по охране общественного порядка и пресечения противоправных действий участников незаконного массового мероприятия, испытывая озлобленность по отношению к милиционерам, в том числе сотрудникам ГАИ из Заводского района г. Минска, осознавая противоправность своих действий и имея умысел на их совершение, выражал угрозу применения насилия в отношении потерпевших, которые на основании постовых ведомостей расстановки нарядов ГАИ были задействованы на охрану общественного порядка и обеспечение общественной безопасности, безопасности дорожного движения, пресечение противоправной деятельности и доставление задержанных граждан в ОВД в период с 10 августа по 11 августа 2020 года. В частности, Григорий Чегодаев, находясь в указанном месте при указанных обстоятельств, приблизился к служебным транспортным средствам оперативного назначения и к сотрудникам ГАИ, которые находились вблизи и в салонах служебного транспорта и несли службу по охране правопорядка, после чего умышленно бросил неустановленные предметы, в том числе куриные яйца, по направлению к спецтранспорту и потерпевшим, попал в область капота автомобиля ГАИ Опель Астра, в салоне которого находился Герасименок, а вблизи – Батуркевич, Деменец, Послед, Якубович. Тем самым обвиняемый выразил угрозу применения насилия в отношении указанных сотрудников ГАИ и создавал угрозу их здоровью – совершил преступление, ответственность за которое предусмотрена ст. 364 Уголовного кодекса.

Григорий Чегодаев сказал, что признает себя виновным в совершенных действиях, а если они, согласно законодательству, образовали статью «насилия», то признает и свою вину.

Он пояснил суду, что вечером 10 августа встретились с друзьями, чтобы отметить бракосочетание одного из них, ездили по городу на его машине и искали место, где отпраздновать. Двигались в сторону центра города, пока перемещались по городу натыкались на перекрытые дороги то протестующими, то сотрудниками милиции. Достаточно долго простояли в пробке на пересечении улиц Сурганова и Беды, потом припарковались. В тот день в городе проходили протесты в связи с электоральной кампанией, заведения никакие не работали, обстановка накалялась, припаркованная машина оказалась заблокирована, отъехать не было возможности. После Чегодаев с нарушением ПДД через пешеходную часть выехал с парковки, поехал в торговый центр «Корона-Замок», где купил продукты, в том числе куриные яйца. У автомобиля обвиняемого была повреждена номерная рамка, поэтому он снял на парковке у ТЦ номерной знак, чтобы не потерять его, поставил под стекло. В связи со всеми увиденными событиями в центре города был на взводе, спонтанно возникло действие – бросить в автомобиль сотрудников ГАИ яйцом, в чем теперь раскаиваться и хотел бы извиниться перед пострадавшими. Говорил, что был возмущен и находился в состояние аффекта. Поэтому проезжая мимо стоящих машин ГАИ, остановился, приоткрыл окно и бросил одно куриное яйцо левой рукой на капот машины сотрудников, после чего продолжил движение. После этого не слышал требований об остановке, не видел, чтобы сотрудники преследовали его. Но в какой-то момент видел мигалки на заднем фоне, не мог достоверно считать, что это «по мою душу». Автомобили с мигалками увидел секунд через 40 после начала движения, не мог знать, что данные сигналы относятся к нему, сообщений об обстановке не слышал.

- Пытались ли скрыться от сотрудников ГАИ?

- С учетом того, что не следовало никаких сигналов об остановке, а был бросок конуса в лобовое стекло, удар дубинкой – я не воспринял эти методы остановки как законные, поэтому продолжил движение.

Обвиняемый посчитал, что человек в черной одежде, который бросил оранжевый конус в лобовое стекло автомобиля, действовал из хулиганских побуждений.

Спустя 20-30 минут от момента начала движения был задержан. Чегодаев говорил, что пытался оторваться от сотрудников ГАИ и высадить ребят, т.к. они были не при чем, в последующем собирался в любом случае остановиться, но так, чтобы друзья не стали «жертвой необдуманных действий». Осознавал, что могут применить силовое задержание.

Само задержание обвиняемого происходило на кольцевой автодороге: Григорий услышал выстрелы, стал беспокоиться за жизнь своих товарищей, поэтому останавливая машину, опустил окна, чтобы продемонстрировать, что никто не собирается оказывать никакого сопротивления.

«Но после один из моих товарищей отправился в реанимацию, несмотря на то, что окна были открыты и никакие более противоправные действия не совершались», - рассказал Григорий Чегодаев в суде.

В ходе обыска автомобиля были изъяты баллончик с краской, очки, паурбэнк, каски для вейборда, флаг бело-красно-белый, но никто не знал, откуда флаг взялся.

Свои действия в суде оценивал критически, сказал, что совершил необдуманный поступок. Не отрицал, что мог своими действиями причинить ущерб и моральный вред, но они не были направлены на причинение насилия сотрудникам милиции. Спонтанное действие – бросок яйца – было совершено скорее как исключающее насилие, «безопасный, давно известный метод выражения своего негодования».

«Я выбрал такой метод. Умысла на причинение насилия сотрудникам и их имущества я никакого не имел», - сказал Григорий Чегодаев.  

В суде из-за противоречий были зачитаны показаний, которые Григорий Чегодаев давал во время предварительного следствия. Тогда он отмечал, что на регистрационном знаке имелась наклейка «Психо 3%». Он решил выразить сотрудникам милиции свое недовольство сложившейся ситуацией, в связи с тем, что во многих местах в городе движение автомобилей было перекрыто.

«Я планировал бросить в служебный автомобиль куриное яйцо, и с целью, чтобы меня труднее было установить, находясь на парковке ТЦ «Замок» снял оба регистрационных знака.

Я надеялся на то, что по данному, незначительному на мой взгляд поводу никто преследовать не будет. После этого поехал по Тимирязева, видел, что сотрудники сели в свой автомобиль, включили проблесковые маячки красного и синего цветов, и направились за мной следом», - отмечалось в протоколе допроса.

Двигаясь по ул. Тимирязева обвиняемый увидел, что в его сторону слева спереди по ходу движения автомобиля бежит сотрудник милиции в бронежилете, в черной одежде. Данный сотрудник палкой черного цвета нанес удар по лобовому стеклу со стороны водителя. Повреждений не образовалось, поэтому обвиняемый поехал дальше. Требований и жестов об остановке от сотрудника не было.             

В суде были допрошены потерпевшие, некоторые из них запрашивали компенсацию возмещения морального вреда, которую предлагали направить в детский дом, но с трудом могли объяснить, в чем именно выразились их нравственные страдания. Так инспектор ОГАИ Заводского РУВД Александр Герасименок пояснил, что находился за рулем одного из служебных автомобилей и перекрывал движение транспорту, однако проблесковые маячки были выключены. Не видел автомобиля обвиняемого и самого броска, но услышал хлопок, поднял голову и увидел, что яйцо растекается по капоту, а коллеги начали кричал, что из Ленд Крузера кинули яйцо. Увидел, что машина обвиняемого уезжает по ул. Тимирязева. Передал на подстанцию, сам и потерпевший Послед остались на месте, Якубович развернулся и поехал за обвиняемым. Расценивает действия обвиняемого как хулиганские, не думает, что кидал яйцо, чтобы причинить телесные повреждения.

По его словам, угрозы жизни и здоровью указанный бросок не представлял, имущественный вред не был причинен, а моральный вред заключался в том, что у потерпевшего остался осадок от неуважительного отношения к сотрудникам милиции. Сразу не имел требований о возмещении морального ущерба, но послушав показания обвиняемого, решил заявить компенсацию в размере 700 рублей с дальнейшей передачей в благотворительную организацию.

Инспектор ДПС Виталий Послед находился на месте событий в связи с протестами и нес службу по охране правопорядка, стоял возле спецтранспорта ГАИ. Видел, как автомобиль обвиняемого остановился в крайней левой полосе, опустилось стекло, в направление служебного транспорта вылетел неизвестный предмет, после чего машина Чегодаева уехала. Считает, что обвиняемый вряд ли мог бросить яйцо непосредственно в сотрудников, т.к. траектория броска была в сторону капота. Но не исключает, что в него могло попасть яйцо, если бы у обвиняемого было намерение сделать такой бросок. Изначально думал, что его жизни и здоровью могло что-то угрожать, т.к. были непонятны обстоятельства и сразу не было видно, что за предмет брошен. Но после того, как Послед увидел, что это яйцо, понял, что угрозы его жизни и здоровью не было. Он передавал информацию о рации, сам участия в преследовании не принимал. Заявил исковые требования о возмещении морального вреда в 500 рублей, и сказал, что его нравственные страдания выразились в неприятности ситуации: было обидно, страшно за свою жизнь, пока не видел, что за предмет летел в сторону ГАИ.

Инспектор ДПС Сергей Батуркевич находился вместе с Виталием Последом возле служебного автомобиля Опель Астра. Также видел как обвиняемый подъехал, услышал хлопок, после чего машина уехала, а коллега стал передавать информацию о том, что в машину ГАИ бросили яйцо. Непосредственно броска не видел, но сказал:

“Наверное пусть человек выплатит в детские дома 300 рублей. Моральный вред выразился в том, что в тот момент не знал, что ударилось о капот, и было страшно, будут ли дальнейшие действия какие-то в адрес сотрудников ГАИ, а в связи с тем, какая обстановка была в Минске – можно было ожидать чего угодно. После этого было страшно находиться на маршрутах патрулирования, переживал”.

Старший инженер по организации дорожного движения ОГАИ Заводского района Андрей Якубович рассказал, что находился на улице, видел как подъехал автомобиль без регистрационных знаков, произошел бросок, не сразу понял, что брошенный предмет – куриное яйцо. Считает, что яйцо не могло попасть в кого-то из сотрудников и нанести какой-то вред, в том числе сидящему в машине Герасименку. Сказал, что от действий обвиняемого остался осадок, в том числе из-за неуважения к органам МВД, исковых требований не заявил.

Инспектор ДПС Владислав Деменец также нес службу на перекрестке ул. Тимирязева и ул. Саперов, находился от служебного автомобиля дальше всех и спиной к коллегам, услышал хлопок, обернулся и увидел автомобиль обвиняемого, который сначала стоял, а потом начал двигаться, и разбившееся куриное яйцо на капоте машины ГАИ. Вместе с Якубовичем начали осуществлять преследование, но потеряли машину обвиняемого из виду, Чегодаева не задерживали. Страха от действий обвиняемого не испытывал, вреда ему нанесено не было, исковых требований не заявлял. Также высказал мнение, что обвиняемый не раскаивается и извинения его не искренние.

После этого в суде допросили свидетелей, в том числе сотрудников ГАИ, которые получили радиосообщение и осуществляли преследование автомобиля Григория Чегодаева, утверждали, что неоднократно требовали, чтобы он остановился с помощью проблесковых маячков и громкоговорителей, были убеждены, что водитель слышал предупреждение, а позже – применяли табельное оружие для остановки машины. Опрошенные свидетели говорили, что не участвовали в непосредственном задержании обвиняемого и его друзей, не видели, кто его производил, а к моменту выхода свидетелей из служебных автомобилей – обвиняемый и пассажиры уже лежали на земле. Также допрошенные сотрудники ГАИ говорили, что в отношении Чегодаева были составлены административные протоколы за нарушение правил дорожного движения, которые позже были обжалованы, а дела – прекращены.

Адвокат просила приобщить к материалам дела ряд документов, среди которых благодарственные письма от детских домов, которым обвиняемый ранее оказывал помощь, в том числе финансовую, положительные характеристики и благодарственные письма, в которых Чегодаев характеризуется как уникальный ветеринарный врач и высококвалифицированный специалист, а также ходатайство с подписями зооволонтеров в поддержку Григория с просьбой назначить наиболее мягкое наказание. Она отметила, что сбор подписей под ходатайством был намеренно ограничен, а если бы собирали подписи у всех желающих выразить поддержку Чегодаеву – в материалах дела образовался бы четвертый том.

Во время прений сторон, прокурор Инна Зубко отметила, что действия обвиняемого дестабилизировали деятельность сотрудников ГАИ, они были вынуждены отвлечься от исполнения обязанностей и принять меры для обнаружения лица, совершившего противоправные действия. Обратила внимание, что Чегодаев скрывался от сотрудников ГАИ, в связи с чем было задействовано несколько экипажей сотрудников ГАИ с целью его преследования и задержания. Вместе с тем посчитала, что из обвинения необходимо исключить указание на совершения броска куриных яиц во множественном числе и иных неустановленных предметов, а также совершения преступления из мести за выполнение служебной деятельности сотрудниками ОВД по сколько данные факты не нашли своего подтверждения в ходе судебного следствия. Просила суд назначить для Григория Чегодаева наказание в виде ограничения свободы без направления в исправительное учреждение открытое типа сроком на два года.

Иски были возмещены обвиняемым в полном объеме до прений сторон.

Адвокат говорила, что из обвинения также следует исключить указание на то, что своими действиями Чегодаев совершал угрозу применения насилия в отношении сотрудников, создавая угрозу их здоровью, т.к. это обстоятельство не подтвердили потерпевшие. Просила применить ст. 170 УК и назначить наказание более мягкое, чем предусмотрено санкцией ст. 364 УК.

4 октября судья Анастасия Кулик постановила признать Григория Чегодаева виновным в совершении преступления по ст. 364 УК и назначить ему наказание в виде ограничения свободы без направления в исправительное учреждение («домашняя химия»).

Последние новости

Партнёрство

Членство