«Я всегда им гордилась и горжусь до сих пор». Что говорили свидетели в суде над волонтерами штаба Бабарико?

2021 2021-04-21T14:23:01+0300 2021-04-21T14:31:28+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/ermolov_v-sude.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Игорь Ермолов в суде Московского района. Фота spring96.org

Игорь Ермолов в суде Московского района. Фота spring96.org

20 апреля в суде по уголовному делу волонтеров штаба Бабарико, политзаключенных Игоря Ермолова, Николая Сасева, Владислава Корецкого и Дмитрия Конопелько начался допрос свидетелей. Напомним, мужчин обвиняют по ч. 1 ст. 13 и ч. 2 ст. 293 УК - подготовка к массовым беспорядкам и ч. 3 ст. 293 УК - обучение или иная подготовка лиц для участия в массовых беспорядках.

Дело рассматривает судья Светлана Бондаренко. Сторону государственного обвинения представляет прокурор Роман Бизюк.

"Выводы о результатах выборов сделал на основе статистических данных, личном опыте и здравом смысле". О чем в суде говорил Конопелько

19 апреля в процессе продолжили зачитывать протоколы допросов Владислава Корецкого из-за расхождений в показаниях обвиняемого во время предварительного следствия и в суде. После этого был допрошен четвертый фигурант по делу - Дмитрий Конопелько.

Светлана Ермолова: «Я всегда им гордилась и горжусь до сих пор»

Первой в суде в качестве свидетеля допросили мать Игоря Ермолова - Светлану. Она сказала, что с полной уверенностью может заявить о том, сын воспитан в достаточно серьезных рамках законов и норм, принятых в обществе.

«Мой сын, я это уверенно заявляю, информирован и никак не мог совершать никаких противоправных действий: ни поджогов, ни погромов, ни какого-то насилия над личностью, ничего противоправного. Он не собирался оказывать никакого вооруженного сопротивления органам милиции.

События тех дней перевернули мою лично жизнь на "до" и "после". Я помню сам факт разговора последнего нашего 12-го числа. О чем был разговор, досконально я не помню, но мне напомнила следователь Малаш, когда включила аудиозапись нашего с сыном разговора».

Мать обвиняемого пояснила, что Игорь не рассказывал ей про события 9-12 августа, не сообщал о своем участии в акциях протестов. Последний раз она разговаривала с сыном 12 августа – это был эмоциональный разговор по поводу того, что происходит в стране, о забастовке. Запись разговора находится в материалах дела.

«Забастовка – это одна из форм для населения после того, как случились эти выборы в нашей стране. Я сама была свидетелем, я ходила к школе, [видела], как разгоняли и угрожали люди без опознавательных знаков? и нас разогнали от этой школы».

Прокурор уточнил:

– Кто первый заговорил о забастовке?

– Такое впервые прозвучало от сына.  

– До указанного разговора вы по этому поводу еще когда-нибудь беседовали?

– Не могу сказать. У меня слишком много было эмоций, и из-за моего состояния я не могла понять, что творилось в стране – запредельное насилие и беспредел. У нас разговоры шли во всех кабинетах, в курилках, на кухнях.

– В ходе указанного разговора, сын обращался к вам с конкретными просьбами устроить забастовку?

– Это были просто разговоры. Эмоциональный разговор, когда ты просто не знаешь, как защитить себя, свой голос. Забастовка – это не бунт, это право, которое нам определено Конституцией Республики Беларусь, которое имеет юридическую высшую силу и определяется основным законом…

Судья перебила свидетеля и предложила прокурору опрашивать Светлану в рамках обвинения.

Игорь Ермолов передвигался в августе на машине свое матери, которую она дала ему в пользование: «Когда нужна машина, забираю я, когда нужна сыну – он берет». Машину Светлане Ермоловой до сих пор не вернули, хотя прокурором был дан ответ на жалобу об отмене постановления на арест машины.

«Я просто хочу сказать о том, что человек даже потенциально ничего не мог совершить. Потому что за все время его воспитания и проживания как со мной, так и сейчас, я не получила ни одного замечания, никакого взыскания за поведение моего сына. Это касалось школы, университета. Школу он закончил с серебряной медалью.

Я всегда им гордилась и горжусь до сих пор. Он никогда не был незаконопослушным гражданином. В университете БГУ учился на специальности прикладная математика и информатика. Он поступил на работу в IT-компанию, где достаточно хорошо зарабатывал. Он не просто там работал, он всегда развивался: пошел на курсы, получил сертификат, похвальный лист. 

Игорь всегда был творческим, много читал. Ему нравится театр, он увлекся танцами. У него очень много различных наград. Он участвовал в различных региональных и международных конкурсах. Имеет несчетное количество кубков и наград. То есть человек, который создал школу танцев, чтобы собрать вокруг себя людей, которые ведут здоровый образ жизни, культурно проводят свой досуг… Я просто не могу представить, что он что-то мог нарушить».

Мать Ермолова говорит, что он не мог оставаться в стороне от того, что происходило в стране, принял активное участие в кампании по подготовке к выборам президента – абсолютно законно вступил в штаб Бабарико и собирал подписи. Она также рассказала, что 12 августа не могла дозвониться до сына, с мужем приехала в Минск, искали Игоря на Окрестина, в списках задержанный, с помощью волонтеров нашли его в военном госпитале.

«Мы нашли его избитым, с сотрясением головного мозга, в гематомах. У него были сломаны ребра, пробито легкое (плачет). Те бандиты, которые ворвались к нему, они взломали дверь, они не представились, он не оказывал никакого сопротивления, а его просто жестоко били. Они били его в машине, когда возили, и потом, когда его в мешке черном водили по двору избитого. Это все говорит о том, что просто нечеловеческое насилие было совершено над моим сыном. Все заявления, все жалобы в прокуратуру и соответствующие органы до сих пор не нашли никакого движения».

Прокурор узрел противоречия в письменных и судебных показаниях Светланы и попросил зачитать протокол допроса у следователя.  

В письменных показаниях было сказано, что Светлана приобрела автомобиль Киа Рио красного цвета в 2012 году, а в 2018 году передала сыну авто в постоянное пользование.

Светлана Ермолова пояснила, что следователь сама предлагала ответы на вопросы, а она не понимала разницы в терминологии.

«Как меня спрашивали, так я и отвечала. Мне вообще казалось, что меня не выпустят оттуда и посадят в тюрьму, и моя мама умрет. Поэтому я отвечала так, как меня спрашивала [следователь]», - уточнила женщина.

Предлагали указкой светить в глаза водителям автозаков. О чем говорил Дмитрий Горбачев?

Следующим выступил Дмитрий Горбачев, который рассказал, что Игоря Ермолова знает со студенчества, один из лучших его друзей, Влада Корецкого – видел до событий августа в танцевальной школе, с Конопелько и Сасевым познакомился 10 августа.

11 августа Ермолов позвонил и сказал, что заедет за Горбачевым. Игорь приехал с остальными обвиняемыми, все хотели поехать на какую-либо акцию, стали обзванивать знакомых, чтобы узнать, где и что проходит. Узнали, что люди собираются в Серебрянке, приняли решение ехать туда. В машине Конопелько предложил Горбачеву взять указку, сказал, что ее можно будет использовать, например, для того, чтобы посветить водителю автозака в глаза. Свидетель отказался.

В Серебрянке Горбачев встретил нескольких знакомых и подошел к ним пообщаться. Когда услышал, что едет ОМОН, Дмитрий убежал во дворе, потом вернулся. Не знал, где находятся остальные ребята, созвонился с Игорем. По словам свидетеля, Ермолов указкой показал, где он находится. Горбачев не видел, чтобы кто-то раздавал указки гражданам, ему тоже никто не предлагал совершать такие действия.

Когда встретились - сели в машину и поехали в Уручье. Там Дмитрий Горбачев, пробыв какое-то время, пошел на остановку и поехал домой. Дорога занимала значительное время, транспорт ходил плохо, тогда Горбачев позвонил Ермолову и попросил его отвезти домой. Игорь забрал свидетеля на остановке, по дороге обвиняемый рассказал, что был возле ТЦ "Рига". Когда мужчины подъехали к дому Горбачева, Ермолов сказал, что переживает, что машину могут обыскать, и попросил Дмитрия взять два пакета с указками. Свидетель согласился. На следующий день пытался дозвониться до Ермолова, а спустя еще несколько дней, когда узнал, что друг задержан – выбросил указки.

Массовых беспорядков свидетель сам не наблюдал, на массовые мероприятия ездил, чтобы посмотреть, что происходит, участвовать в акция не собирался.

В суде были зачитаны показания, которые Дмитрий Горбачев давал ранее, так как были выявлены противоречия. В частности, свидетель утверждал, что обвиняемые были активными протестующими, на них были маски, кепки, но что они собирались делать – не знает. Сам свидетель был уставшим и хотел ехать домой. Противоречия Горбачев объяснил тем, что на допросе у следователя был в стрессе, мог что-то напутать, сейчас он лучше подготовлен и может вспомнить детали тех событий.

Передала внуку 3000 долларов на поездку в Москву

Бабушка Николая Сасева в суд в качестве свидетеля не пришла, потому что она пожилого возраста - 1939 года рождения, инвалид II группы. В процессе зачитали ее письменные показания.

Согласно протоколу допроса, бабушка Николая живет с внуком - братом обвиняемого, который является инвалидом. Политзаключенный проживает отдельно, в квартире, которая перешла ему в наследство, учился в БГУИР. Где работает и сколько зарабатывает бабушка обвиняемого не знает. Участвовал ли Николай в несанкционированных мероприятиях она не знает. По словам бабушки, 13 или 14 августа обвиняемый приезжал к ней и говорил, что хочет съездить в Москву, чтобы погулять и купить вещи. Женщина передала внуку около 3000 долларов США, так как близких родственников у него нет и никто его не поддерживает. Также у бабушки Николая есть сбережения, которая она накопила за 20 лет.

Свидетель Юрий Воскресенский в суд не явился из-за болезни, адвокаты выступили против зачитывания его письменных показаний. В суд его будут вызывать повторно. 

Свидетель Алексей Лихий также в суд не явился, но не предоставил уважительной причины своей неявки. Его явку в суд будут обеспечивать принудительно. 

Судебное заседание продолжится сегодня в 14.30 часов.

Правозащитный центр "Весна" с помощью волонтеров отслеживает этот судебный процесс

Игорь Ермолов, Николай Сасев, Владислав Корецкий и Дмитрий Конопелько были признаны политзаключенными. Поддержать их открытками и письмами можно по адресу: СИЗО-1, 220030, г. Минск, ул. Володарского, 2.

Последние новости

Партнёрство

Членство