В Бобруйске судят четверых мужчин за поджог "Табакерки", остановку товарного поезда и пробитые колеса у автомобиля

2021 2021-04-19T21:00:54+0300 2021-04-19T21:56:55+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/sud_bobruysk_podzhog_tabakerki_2.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Суд в Бобруйске. Фото TUT.BY

Суд в Бобруйске. Фото TUT.BY

19 апреля в суде Бобруйска и Бобруйского района прошло второе заседание по уголовному делу в отношении четверых жителей города, которые обвиняются сразу по шести статьям Уголовного кодекса: за поджог "Табакерки", разрисовывание рекламных конструкций, остановку товарного поезда и пробитые колеса у автомобиля. Об этом пишет "Вечерний Бобруйск". 

Дело рассматривает судья Дмитрий Кренжиевский, гособвинитель Наталья Лосева.

На скамье подсудимых – четверо мужчин в возрасте от 27 до 39 лет: Александр Назарович, Александр Марьясов, Александр Гаврилов, Виталий Василевич. Трое из них находятся под стражей с 10 октября, Александр Гаврилов был отпущен из ИВС после 18 суток ареста. 

В чем обвиняют бобруйчан?

Первое судебное заседание состоялось 12 апреля. Как пишет TUT.BY, cогласно материалам дела, в ночь с 30 сентября на 1 октября трое бобруйчан — Александр Назарович, Александр Марьясов и Виталий Василевич — на железнодорожном перегоне возле станции Ясень Осиповичского района облили бензином и подожгли ветошь, что привело к остановке товарного состава. Мужчинам предъявили обвинения в совершении преступления по ч. 1 ст. 342 УК — организация групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок и сопряженных с явным неповиновением законным требованиям представителей власти или повлекших нарушение работы транспорта, предприятий, учреждений или организаций. Максимальный срок наказания по этой статье — до трех лет лишения свободы.

В ночь с 4 на 5 октября Назарович, Марьясов, Василевич и Гаврилов возвращались на машине домой из гаража, где время от времени собирались и обсуждали политическую ситуацию в стране. Александр Гаврилов прихватил с собой из гаража, который принадлежит Назаровичу, баллончик с красной краской, которой впоследствии нанес поперечные полосы на трех белых лайтбоксах. Конструкции были расположены на остановках в районе улиц Крылова, Гоголя, Гагарина. Гаврилов просил несколько раз остановить машину и выходил, но зачем — своим попутчикам не сообщал. Сам обвиняемый пояснил: он сделал это, чтобы «получить бело-красно-белый флаг». Обвинение квалифицировало этот поступок по ст. 341 УК — осквернение сооружений и порча имущества (наказываются общественными работами, или штрафом, или арестом). Ущерб, по мнению гособвинителя Натальи Лосевой, составил 8 рублей 67 копеек.

В эту же ночь Гаврилов и Назарович подложили под колеса автомобиля Geely, принадлежащего милиционеру группы задержания Бобруйского отдела департамента охраны, два острых металлических шипа. Владелец машины Юрий Гордеев, выезжая утром со двора, пробил одно колесо, нашел шипы и вызвал милицию. Ущерб был оценен в 100 рублей, обвинение квалифицировало действия бобруйчан по ч. 3 ст. 339 — особо злостное хулиганство, совершенное группой лиц (максимальный срок наказания — до десяти лет лишения свободы).

В ночь с 9 на 10 октября Назарович, Марьясов и Василевич подожгли ларек «Табакерка» на улице Володарского, используя самодельное зажигательное устройство с часовым механизмом, которое, как утверждает следствие, несколько дней изготавливали в гараже. В результате товары и инвентарь, находящиеся внутри ларька, не пострадали, ущерб от наружных повреждений конструкции был оценен в 600 рублей. Действия бобруйчан квалифицированы по ч. 3 ст. 218 УК — умышленное повреждение или уничтожение имущества в особо крупных размерах (до 12 лет лишения свободы) и по ч. 1 ст. 14 УК — покушение на преступление.

Гособвинитель утверждает, что, если бы не действия сотрудников МЧС, ларек и его содержимое могли сгореть, тогда сумма ущерба составила бы около 50 тысяч рублей. Александр Гаврилов в поджоге не участвовал, но, предполагает следствие, знал о том, что замышляют его знакомые. Поэтому он проходит в деле как обвиняемый по ч. 2 ст. 406 — недонесение о достоверно известном готовящемся тяжком или особо тяжком преступлении (до двух лет лишения свободы).

Также трем мужчинам — Назаровичу, Марьясову и Василевичу — предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 295−3 по поводу действий с предметами на основе использования горючих веществ (до пяти лет лишения свободы). Это единственная статья, с обвинениями по которой подозреваемые полностью согласны.

Что говорят обвиняемые?

Помощник прокурора Наталья Лосева заявила, что вина четырех бобруйчан полностью доказана, однако подсудимые с такой трактовкой не согласны. Во время допроса они пояснили свои действия по каждому эпизоду.

Так, Гаврилов заявил, что лишь предполагал возможность поджога «Табакерки», но не знал времени и места совершения преступления. Назарович подчеркнул, что в остановке товарного состава не было злого умысла и желания навредить людям, просто таким образом мужчины выражали свое несогласие с задержанием участников мирных протестов.

— Специально выбрали участок подальше от деревни, дождались товарного состава, а не пассажирского поезда, подожгли ветошь на железнодорожном полотне. Состав шел на повороте медленно, машинист его остановил, затушил огонь и поехал дальше. Не было никакого экстренного торможения, остановка заняла 5−8 минут.

Также Назарович подчеркнул, что при поджоге киоска не было умысла уничтожить товар, поэтому специально выбиралась «Табакерка» с пологой крышей и антивандальной защитой.

— Рассчитывали, что горючая смесь полыхнет и прольется на землю. Специально выбирали такой район, чтобы поблизости не было жилых домов.

Рассказывая об идее подложить острые шипы под колеса сотрудника отдела департамента охраны, подсудимые заявили, что их действия стали ответом на массовые задержания людей в ходе мирной акции протеста 4 октября. В Бобруйске, напомним, в этот день были задержаны более 30 человек, четверо из которых — журналисты.

Назарович пояснил, что личные данные мужчины узнал в одном из телеграмм-каналов. Мол, речь шла об омоновце, который участвовал в избиениях и задержаниях участников акции.

К слову, потерпевший Гордеев заявил, что никого не задерживал, у него «совсем другие задачи и обязанности». К подсудимым, которые полностью возместили материальный ущерб, у него претензий нет.

— Большое спасибо, пацаны, что хоть не сожгли машину, — заявил потерпевший, добавив, что «ребята просто заигрались в партизаны».

Все четверо подсудимых говорят, что раскаиваются в том, что совершили, и сейчас бы вряд ли это повторили. Также они рассказали, что после задержания и доставки в УВД ночью 10 октября их избивали несколько часов, заставляя сделать признания на видеокамеру. Результаты медицинского освидетельствования одного из подсудимых были приобщены к материалам дела.

О чем говорили свидетели на втором заседании? 

В судебном заседании 19 апреля по видеосвязи допросили свидетелей, находящихся в Гомеле – машиниста того самого состава, и его помощника. Они рассказали, что ночью 3 сентября ехали по маршруту Гомель-Осиповичи, и на перегоне Мирадино-Татарка, недалеко от станции Ясень увидели на путях что-то светящееся. Сначала машинист Василий Грабцевич подумал, что свет впереди – это прожекторы встречного поезда, но по мере приближения стало понятно, что на путях что-то горит. Пришлось прибегнуть к служебному торможению, но не экстренному, отмечают свидетели. Экстренно тормозить не пришлось, так как огонь заметили заранее.

Огонь потушил помощник машиниста, это заняло, по его словам, около двух минут. После этого сгоревшую ветошь убрали с путей, и поезд продолжил движение. Остановка, по словам машиниста, составила около 10 минут. В пути следования поезд нагнал свой график и прибыл в Осиповичи без опозданий. Однако свидетель Грабцевич отмечает, что состав мог бы получить повреждения, если бы не успел затормозить и проехался по горящей ветоши.

В суде выступил свидетель Олег Дмитрук, заместитель начальника отдела уголовного розыска. По словам свидетеля, четверо обвиняемым попали в поле зрения уголовного розыска, так как планировали ряд преступлений «с целью дестабилизации обстановки в городе и устрашения сотрудников милиции». Свидетель заявил, что среди прочего обвиняемые планировали отравить колодцы с водой, повредить камеру «BelToll» и обстрелять из самодельного оборудования окна здания милиции.

Дмитрук участвовал в задержании Марьясова, Назаровича, Василевича ночью после поджога киоска, когда обвиняемые выезжали из ГСК на машине Александра Марьясова. Гаврилова задержали отдельно, утром следующего дня. Обвиняемых задерживали с привлечением сотрудников ОМОНа и применением спецсредств, но без применения физической силы, пояснил свидетель.

Адвокат Александра Назаровича спросил, откуда под глазами у подзащитного на видеозаписи, сделанной после задержания, кровоподтеки. Дмитрук сказал, что ему об этом ничего не известно.

Кроме того, свидетель определил Назаровича как главу преступной группировки. Он мотивировал это тем, что тот имел больше остальных навыков и знаний для того, чтобы изготовить самовоспламеняющееся устройство с часовым механизмом.

– Он давал кому-то задания, распределял каким-то образом роли? – уточнил адвокат обвиняемого.

Свидетель пояснил, что Назарович руководил процессом изготовления устройства, пояснял остальным что и как делать.

В суде приступили к изучению письменных материалов дела. Из них следует, что у обвиняемых прошли обыски, изъята атрибутика, листовки, другая печатная продукция и техника. В гараже у Назаровича – спичечная сера, которую использовали для изготовления устройства, деревянный приклад, прицелы и запчасти от винтовки.

На вопрос судьи, зачем мужчине прицелы, приклад и запчасти, Назарович пояснил:

– Увлекаюсь стрельбой из пневматической винтовки, это не запрещено. А запчасти – от заводской винтовки, которую приняли за самодельную. А она заводская.

В суде объявлен перерыв, следующее заседание назначено на 10.00 20 апреля.

Последние новости

Партнёрство

Членство