“Это рабство”. Доступ к правосудию и работа в тюрьме — рассказ освобожденного. Часть 1 Аудио

2021 2021-01-16T15:23:48+0300 2021-02-02T13:24:39+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/glybokae-kalonia.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Беларус Юрий Линго провел в местах лишения свободы девять лет и освободился в октябре 2020 года. Он рассказал «Весне» о том, с какими нарушениями прав сталкиваются осужденные. Первая часть его рассказа посвящена тому, действительно ли каждый гражданин может обратиться к правосудию, а также как и в каких условиях осужденные работают и сколько зарабатывают.

Исправительная колония особого режима № 13 в городе Глубокое. Фото ПЦ
Исправительная колония особого режима № 13 в городе Глубокое. Фото ПЦ "Вясна".

Согласно Конституции РБ, каждый гражданин имеет право беспрепятственно обращаться к правосудию — с этих слов начинает свой рассказ Юрий Линго. Однако для этого нужно заплатить государственную пошлину размером в одну базовую величину (в 2020 году ее размер составлял 27 беларуских рублей — Прим.), а при повторном обращении — две базовые. 

«А доступ к правосудию — это право каждого беларуса, а не услуга государства. Необходимость оплаты в одну базовую — это изъян в законе. Иногда читаешь приговоры осужденных — они липовые… А человек не может обратиться [к государству, чтобы обжаловать его в порядке надзора — Прим.] — у него нет 27 рублей. То есть человек за ошибки судьи должен платить деньги. Почему?», — сокрушается Юрий.

Кроме того, осужденные имеют право обжаловать вынесенное им «нарушение режима» Правил внутреннего распорядка (ПВР). Часто, как отмечает Юрий, такие нарушения выносятся за что-то незначительное – например, неубранную пыль в комнате. Наказание за это посадка в ШИЗО (штрафной изолятор). А условия пребывания там ужасны, подчеркивает Юрий:

«Люди спят на досках. А садят их туда в одних трусах и робе. Он поспит на этих досках — потом куча болезней: почки болят, позвоночник скривлен, судороги от холода в межсезонье. Что это за закон такой? В Конституции написано про гуманное и человеческое обращение».

У Юрия за девять лет его пребывания в тюрьмах насобиралось 136 нарушений режима. По каждому из них он отсидел в ШИЗО — то есть «практически девять лет прожил в изоляторах» (чаще всего в ШИЗО помещают на 15 суток). Но, чтобы обжаловать каждое из 136-ти нарушений, нужно уплатить госпошлину.

Сам Юрий писал и в Верховный суд, и в Генеральную прокуратуру с просьбой освободить его от необходимости уплаты госпошлины. К письмам он прилагал копию своего удостоверения инвалида — но ему везде отказали.

turma_grodna.jpg
Гродненская тюрьма. Фото: spring96.org

Как осужденные могут доставать деньги в тюрьме? Они работают — и получают зарплату. Однако даже для работающего человека здесь виден своеобразный тупик — осужденные зарабатывают крайне мало. Сколько?

«Есть определенный процент осужденных, кто работает, например, завхозом на ставке. Те еще могут заработать себе, — объясняет Юрий. — Но перед ними опять же стоит выбор — либо купить себе предметы личной гигиены (зубную щетку, пасту) или что-то поесть, либо – потратиться на одну базовую».

Когда Юрий работал, то его самая большая заработная плата за месяц равнялась 2 рублям и 30 копейкам.

В чем специфика работы?

«Там разбирают отработанные кабеля — по 100, 200 килограмм, их надо рубить: это моторы от тракторов, коробки передач со всей Беларуси… Там цех очень грязный, плохой свет. Тебе дают в руки 10-килограммовый молоток, зубило — и ты должен это все ломать и крошить. А по документам у них это проходит как легкий физический труд, не вредный для здоровья осужденного! И оплачивают это как легкий физический труд! Но так его нельзя назвать — это очень и очень тяжелый труд. Потому что тягать по 100 и 50 кг тяжести — и получать за это два черпака каши и миску супа как собакам?!», — сокрушается Юрий Лонга.

На такую работу отправляют и людей с инвалидностью, и с онкологическими заболеваниями — то есть тех, кому позволителен только легкий физический труд. Но такая работа — это совсем не легкий труд:

«Через час после работы я выбегаю на улицу — у меня ртуть во рту… Там такие испарения гудрона! У меня всю одежду покрывало пылью металла. И после работы я чистил зубы, чтобы окись сошла изо рта».

Но самое страшное, отмечает Юрий, что пенсионный стаж за такую работу практически не начисляется:

«Мы подняли этот вопрос, к нам пришли из райисполкома и говорят: вы два года отработали — вот вам два месяца трудового стажа. Почему?!  А нам говорят — вы не зарабатываете больше 385 рублей (минимальная заработная плата на тот момент — Прим.), поэтому мы исчисляем вам так стаж».

Юрий непреклонен в своих оценках такой ситуации:

«На мой взгляд, то, что они делают — это рабство. Это преступление перед народом!»

Юрий вспоминает одного осужденного с фамилией Тамко — у него был «рак всех органов» (возможно, здесь имеется ввиду первично-множественный рак — Прим.). И Юрий не уверен, жив ли он сейчас. Но даже человека в таком тяжелом состоянии в 2016 году «выгоняли» на работу. Неимоверными усилиями Юрий помог ему получить освобождение от работы — составил жалобу и в тайне от администрации передал ее через мать Тамко, а та ее отправила по назначению. Себе же Юрий добивался легкого физического труда — и с большими усилиями добился пониженной нормы: сдавал по 3-5 килограмм в день. Но для него это все равно остается тяжелым физическим трудом, за который он получал зарплату как инвалид (то есть пониженную). Юрий зачитывает свой расчетник за последние месяцы перед освобождением:

  • Июнь — 76 копеек
  • Август —1 рубль и 13 копеек
  • Сентябрь — 2 рубля и 38 копеек
  • Октябрь — 2 рубля и 34 копейки

Кроме того, техника безопасности не соблюдается.  Юрий вспоминает о своем соседе — Евсеенко В.В.:

«Когда он при работе бил молотком, то какая-то капелька металла попала в глаз — и глаз вытек. Это было в сентябре 2017 года», — отмечает Юрий и добавляет, что в то время работающим не предоставляли специальных защитных очков и других средств самозащиты.

Когда же Евсеенко вернулся из санчасти, где ему удалили глаз, пришел зампорор Брехун и предложил: «Напиши, что ты сам виноват. Ты больше на работу ходить не будешь, получишь третью группу инвалидности — но напиши, что ты сам не исполнял технику безопасности».

«А ведь осужденный должен ее исполнять, согласно ПВР, — отмечает Юрий. — И Евсеенко подписывает то, что говорит ему зампорор — тем самым себя лишая нормальной пенсии, которую должно выплачивать это предприятие цвет-мет№3, которое не обеспечило ему средства защиты».

Viasna96 · Юрий Лонга - народом дарованная власть и рабство

Последние новости

Партнёрство

Членство