Заявление правозащитников Беларуси о признании пяти политических заключенных

2022 2022-06-03T16:09:37+0300 2022-06-03T16:09:37+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/milicia_illustr_photo.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Заявление правозащитного сообщества Беларуси

3 июня 2022 г.

Мы, представители правозащитного сообщества Беларуси, отмечая высокое количество следственных и судебных решений, принятых по политически мотивированным уголовным делам с нарушением основных процессуальных прав обвиняемых, которые в отсутствие независимого, непредвзятого, объективного судебного разбирательства придают расследованию и осуждению черты произвольного. Меры пресечения и назначенные уголовные наказания по этим делам выходят за рамки обычно применяющихся в отсутствие политического мотива и являются чрезмерно строгими, не соответствующими степени общественной опасности содеянному и личности осужденных.

Так, Сергей Адерихо признан виновным в превышении служебных полномочий за передачу Телеграм-каналу сведений о рабочем графике А.Лукашенко и других высокопоставленных должностных лиц Беларуси и по ч. 2 ст. 426 Уголовного кодекса ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на пять лет в колонии в условиях общего режима со штрафом.

Напоминаем, что Комитет по правам человека подчеркивает необходимость открыть широкий доступ к правительственной информации, имеющей общественный интерес с целью эффективного осуществления права на доступ к информации, допуская лишь две узкие области ограничения этого права, которые могут относится либо к уважению прав или репутации других лиц, либо к охране государственной безопасности, общественного порядка или здоровья и нравственности населения. Ограничения должны строго отвечать требованию необходимости и соразмерности. Нарушением п. 3 ст. 19 Пакта будет ссылка на законы о государственной измене и аналогичные акты, касающихся национальной безопасности, служебной тайны, борьбы с подрывной деятельностью, с тем, чтобы удержать или утаить от широкой общественности информацию, представляющую законный общественный интерес и не угрожающую национальной безопасности, а также, чтобы преследовать журналистов, исследователей, защитников окружающей среды, правозащитников или других лиц за распространение такой информации.

Алеся Буневич заключена под стражу по обвинению в "совершении акта терроризма группой лиц по предварительному сговору" по ч. 2 ст. 289 УК. Исходя из озвученной государственными пропагандистскими источниками информации, суть действий, которые вменяются обвиняемой – оказание помощи в незаконном пересечении государственной границы гражданам Республики Беларусь, что не является преступлением по белорусскому законодательству; остальная часть обвинений является надуманной и произвольной, а соответствующее расследование может быть произведено без лишения обвиняемой свободы.

Александр Зайцев осужден по  ч. 1 ст. 14 и ч. 2 ст. 289 УК (покушение на акт терроризма, совершенное группой лиц по предварительному сговору) в закрытом судебном заседании за покушение на поджог дачи председателя Верховного суда Валентина Сукало к 10 годами лишения свободы в исправительной колонии.

Вячеслав Малейчук осужден по ч. 1 ст. 14 и ч. 1 ст. 289, ч. 1 ст. 13 ч. 3 ст. 289 (подготовка и покушение на акт терроризма), ч. 3 и ч. 4 ст. 295 (незаконные действия в отношении взрывчатых веществ), ч. 1 ст. 295-3 УК (незаконные действия в отношении предметов, поражающее действие которых основано на использовании горючих веществ) к наказанию в виде 22 лет лишения свободы в исправительной колонии за организацию 25 марта 2021 «актов терроризма в городах Борисов и Минск".

В соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах, каждый имеет право при рассмотрении любого предъявляемого ему уголовного обвинения на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом. Суды имеют право не допускать всю публику или часть ее по соображениям морали, общественного порядка или государственной безопасности в демократическом обществе или когда того требуют интересы частной жизни сторон, или - в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, - при особых обстоятельствах, когда публичность нарушала бы интересы правосудия. В случае отсутствия таких исключительных обстоятельств разбирательство должно быть открытым для широкой публики, включая представителей средств массовой информации, и не должно, например, ограничиваться определенной категорией лиц. Даже в тех случаях, когда публика лишена доступа на судебное разбирательство, судебное постановление, включая основные выводы, доказательства и правовую аргументацию, должно быть предано гласности. Эти требования не выполнены судом в деле указанных лиц, что само по себе могло бы определить отношение правозащитников к результатам его рассмотрения.

Действия обвиняемого Зайцева квалифицированы избыточно тяжким составом преступления – “Акт терроризма”, под которым понимается “совершение взрыва, поджога, затопления, иных деяний общеопасным способом либо создающих опасность гибели людей, причинения им телесных повреждений или наступления иных тяжких последствий” в конкретных целях: оказания воздействия на принятие решений органами власти, либо воспрепятствования политической или иной общественной деятельности, либо устрашения населения, либо дестабилизации общественного порядка. Поэтому только публичное объективное установление цели действий обвиняемого, продемонстрированные общественности достоверные доказательства того, что действия Зайцева имели целью воспрепятствовать  именно правомерной и законной деятельности органов власти и демократическом общественном порядке, а не стали продуктом практики насилия и репрессий, характерной для периода после августа 2020 года, могли бы исключить сомнения в правильности квалификации. В ином случае действия обвиняемого могли расцениваться только как неоконченное преступление в отношении имущества и соответственно квалифицироваться - с учетом процессуальной нормы о запрете провокации преступления.

Дело Малейчука, как оно было освещено государственным пропагандистским информационными ресурсами, имело все признаки спровоцированного, сфальсифицированного и направленного на создание формальных процессуальных условий для обвинения иных лиц, открыто расследующих преступления должностных лиц до, во время и после выборов президента в августе 2020 года, выступающих с критикой режима и не скрывающих цели его свержения. Сам Малейчук после задержания выглядел избитым; принцип презумпции невиновности в его отношении был грубо нарушен государственными СМИ и должностными лицами.

Уголовная ответственность за разжигание иной социальной вражды или розни (ст.130 УК) следствием и судом селективно и дискриминационно применяется исключительно для защиты институтов власти, причем выделение представителей власти, сотрудников органов внутренних дел, военнослужащих и т.п. в качестве социальных групп, подпадающих под защиту в этом контексте, нам представляется необоснованным. Уголовное законодательство существенно ужесточено и дополнено новыми составами преступлений, которые используются властями исключительно в целях политических репрессий. Во внесудебном порядке МВД и КГБ произвольно признают экстремистскими группы граждан, объединенных общественными или политическими интересами, критикующих действия властей и требующих изменений в государстве и проводимой им политике. Это в свою очередь открывает путь к произвольному привлечению к уголовной ответственности и лишению свободы их участников в качестве непропорциональной меры ограничения права на ассоциацию и свободы выражения мнений. Многие дела проходят с нарушением принципа гласности в закрытом заседании. В частности:

Анатолий Мацулевич осужден по ч. 1 ст. 361-1 (создание экстремистского формирования), ч. 3 ст. 130 (разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни), ч. 3 ст. 293 УК (обучение или иная подготовка лиц для участия в массовых беспорядках) к 7 годам и 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии за создание и администрирование протестного Телеграм-канала. Дело А.Мацулевича было рассмотрено в закрытом судебном заседании

В очередной раз подчеркиваем, что в ряде перечисленных случаев противоправность и сомнительный характер деяний обвиняемых были следствием отсутствия возможности свободного выражения мнения, были вызваны отсутствием расследования преступлений в отношении мирных протестующих и других жертв жестокого обращения и пыток, разочарованием в способности властей прекратить беззаконие.

Оценивая все эти случаи уголовного преследования, мы приходим к выводу о существовании в каждом из них политического мотива преследования обвиняемых.

Применение внутреннего законодательства в перечисленных делах, оценка фактов и доказательств в той или иной степени носили произвольный характер и составили очевидные ошибки, чем суд нарушил свое обязательство в отношении независимости и беспристрастности, а назначение демонстративно суровых наказаний существенно ухудшило положение обвиняемых  по сравнению с другими осужденными в сходной ситуации без политического мотива.

В соответствии с Руководством по определению понятия «политический заключенный»,  политическим заключенным является лицо, лишенное свободы, если при наличии политических мотивов его преследования имеет место хотя бы один из следующих факторов: …

  1. a) лишение свободы было применено в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Пактом или Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод;
  2. b) лишение свободы было основано на фальсификации доказательств вменяемого правонарушения либо при отсутствии события или состава правонарушения либо его совершении иным лицом;
  3. c) продолжительность или условия лишения свободы явно непропорциональны   (неадекватны)   правонарушению,   в   котором   лицо подозревается, обвиняется либо было признано виновным;
  4. d) лицо лишено свободы избирательно по сравнению с другими лицами.

Мы, представители белорусского правозащитного сообщества, заявляем, что преследование Сергея Адерихо, Алеси Буневич, Александра Зайцева, Вячеслава Малейчука, Анатолия Мацулевича является политически мотивированным, а они сами – политическими заключенными. В связи с этим, мы представители белорусских правозащитных организаций, требуем от властей Беларуси:

  • пересмотреть принятые в их отношении меры и судебные решения при соблюдении права на справедливое судебное разбирательство и устранении факторов, повлиявших на приговор;
  • немедленно освободить всех политических заключенных и прекратить политические репрессии против граждан страны.

Правозащитный центр "Весна";

Lawtrend;

Белорусская ассоциация журналистов;

Белорусский ПЕН;

Правовая инициатива;

Белорусский дом прав человека имени Б. Звозскова.

Последние новости

Партнёрство

Членство