Избиения, тараканы и ночлег на улице в грязи: условия содержания на Окрестина в июле и августе

2021 2021-08-17T19:39:49+0300 2021-08-17T20:33:03+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/okrestina_90.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Правозащитникам "Весны" продолжает поступать информация о нечеловеческих и ужасных условиях содержания на Окрестина. Ни медицинской помощи, ни прогулки, ни передач "Политические" не получают. Сотрудники Ципа продолжают избивать задержанных, забирать у них деньги, на жалобы о тараканах в камерах не реагировать, а заболевших COVID-19 не лечить и не изолировать от здоровых людей. "Вясна назірае" пообщалась с четырьмя людьми, которые в разное время находились в камерах на Окрестина с июля по август. Собеседники и собеседницы рассказали о местной "медицинской помощи", ночлег во дворике ЦИПа, местный обмен валют и избиение мужчин.

Иллюстрационное фото spring96.org
Иллюстрационное фото spring96.org

От металлических реек на "шконках" остаются синяки

При поступлении в ЦИП у всех задержанных забирают личные вещи, сверяя по описи наличие банковских карт и ключей, но при этом наличные деньги пересчитывают не всегда. Медик сразу записывает хронические заболевания и забирает те лекарства, которые потом необходимо выдавать по утрам. Из личных вещей задержанным практически ничего не отдают — всё зависит от настроения сотрудника. Дальше всех раздевают до гола или до нижнего белья, осматривают на наличие повреждений и после этого отправляют в камеру.  В день «поступления» задержанных не кормят, независимо от того, в какое время привели.

Камеры на Окрестина до сих пор переполнены: в двухместных камерах — по 9-15 человек, в четырёхместных — по 18-20 человек. Из-за этого задержанным приходится спать на холодном полу, но и место на полу очень ограничено, поэтому не всем даже удаётся выпрямить ноги. Двухъярусная кровать («шконка») состоит из металлических реек, расположенных вдоль и поперек, которые образуют прямоугольные дыры размером 10*25 см приблизительно. Поэтому ни сидеть, ни лежать на них невозможно, а на теле от металлических реек остаются синяки.

Второй ярус находится на уровне 1.5 метра от пола, залезть на который можно только с посторонней помощью, при том, что накануне годовщины протестов в Беларуси были задержаны несколько пенсионеров, для которых это становится отдельным испытанием. В камерах вот уже несколько месяцев для «политических» нет ни матрасов, ни подушек, ни постельного белья. Свет в камере горит круглосуточно, а вместо будильников задержанных будят «рэпом или попсой». В июле, во время сильной жары в камерах, иногда включали вентиляцию и открывали кормушки, благодаря чему появлялся свежий воздух. Но иногда сотрудники не разрешали и это:

«При мне была адская жара, не спасала даже включенная вентиляция и открытая кормушка. Причем вентиляцию включали не всегда. Через неделю мои джинсы прокисли в поясе от постоянной влаги. Несколько раз в июле по вечерам шел дождь, тогда ночью в камере становилось холодно. На просьбы выключить вентиляцию некоторые сотрудники отвечали, что «здесь нам не санаторий». Так мы и лежали на полу, а по нам гулял сквозняк. Со слов вышедших на днях девочек, сейчас в камере даже днем бывает холодно, не говоря уже про ночи».

Мусор во время «шмона» сотрудники выкидывают на личные вещи, а наличие тараканов игнорируют

«Шмон» сотрудники Окрестила проводят у «политических» как и раньше 4-5 раз в день: два или три раза днём и дважды ночью. Одна из собеседниц вспоминает, что сотрудники могли даже выбросить все из тумбочки, а однажды вывернули мусор из ведра на вещи арестованных. В некоторых камерах бегают тараканы, но эту проблему сотрудники просто игнорируют.

Задержанных с симптомами, но без высокой температуры, не изолируют в отдельные камеры

Хуже всего на Окрестина обстоят с медицинской помощью. Несмотря на то, что в судах действуют ограничения из-за  COVID-19, в камерах на Окрестина задержанных с симптомами, но без высокой температуры, даже не изолируют в отдельные камеры. Температуру медики меряют только по просьбам, но градусники всегда показывают не выше 36.6 °C. Кроме этого, медперсонал часто забывает про некоторых задержанных с хроническими заболеваниями, поэтому не отдают им необходимы таблетки. На тех, кто жалуется симптомы ковида, никто не обращает внимание:

«Где-то на третий день моего пребывания у двоих девочек пропало обоняние, они сказали об этом медичке – она даже ухом не повела. От горла предлагался парацетамол или аспирин, от кашля – амброксол, обезболивающие выдавались без вопросов. Когда у меня начался страшный кашель, я сказала, что у меня в передаче есть свитер, и медик даже обратилась к дежурному, чтобы мне выдали свитер. На что был получен ответ: «У нас таблеток много». Людей с высокой температурой изолируют в карцер. Одна девочка провела в карцере 4 дня, и ей даже не отстегнули кровать от стены. Одна женщина, например, должна была выйти 30 июля, но ее встретили на выходе и перевели в ИВС. 2 августа ей дали еще 15 суток. Еще на первом сроке она была очень слаба, ничего не ела, была очень бледная. В какой-то момент она стала терять сознание в туалете, успела ухватиться за дверь, дверь открылась и она упала наружу. Благо, что везде на полу сидели люди, поэтому она упала не на пол, а на девочек. Стали звать медика, которая в это время раздавала завтрак на нашем этаже (заменяла отсутствующую раздатчицу), и получили ответ: «Можете жаловаться куда хотите, что я выполняю не свою работу». И не подошла. У меня и еще одной девочки после выхода тест был положительный, у одной отрицательный, двое болели раньше. И сейчас этот вирус повезли в Барановичи», — вспоминает собеседница.

На то, что медработница на Окрестина работает параллельно «раздатчицей» еды обратил внимание и парень, который почти месяц провел за решёткой в ЦИПе:

«Медицинская помощь отвратная. Таблетки выдавали, но далеко не все обыденные лекарства были в наличии. Медицинский сотрудник постоянно хамил. Один парень пожаловался, что не чувствует запахи, так медработница ему резко нашатыря дала понюхать. Он, естественно, одернулся, потому что нашатырь раздражает носовую полость. А "медработница" решила что он ее обманул и заорала. Она же периодически и еду разносила . В такие дни она была особенно злая. Один парень  хотел отказаться от приема пищи и пытался вернуть "похлёбку", на что она вылила ее на пол в камеру. Другой сокамерник чуть не терял сознание. Мы наивно думали, что его увезли в больницу, но нет, через неделю его вернули к нам. Оказывается, в это время он был в "карантинной камере", единственным отличием которой было то, что  там было три-четыре человека. Практически каждый из нас, вероятно, переболел ковидом».

Иллюстрационное фото spring96.org
Иллюстрационное фото spring96.org

Куски ваты вместо прокладок, у туалетная бумага — раз в три дня

Отдельной проблемой на Окрестила для девушек становилась менструация. У некоторых девушек от сильного стресса она могли начаться по второму кругу. При этом прокладки выдавали «по настроению»: иногда три штуки на день, а иногда и целую пачку. Однако прокладки могли вовсе закончится:

«Утром у меня начались месячные , я попросила прокладки , пришлось напоминать каждые полчаса , в итоге через часа 4 медсестра принесла куски ваты и сказала, что прокладок нету».

Помимо этого, арестованные с трудом получали туалетную бумагу — им приходилось её буквально выпрашивать несколько дней подряд. В камерах, когда температура на улице стала ниже, стало очень холодно, поэтому многие задержанные заболели из-за постоянного сквозняка и сна на полу. Передачи по-прежнему выдают только на выходе. При том, что в них часто не хватает вещей, которые передавали близкие задержанных. Многие задержанные на «сутках» отказываются от приёма пищи из-за низкого качества продуктов. А единственная доступная вода — из крана со вкусом хлора.

Задержанных заставляют писать заявление о согласии на обмен валюты и оплату за питание

Кроме этого, у задержанных продолжают забирать наличные деньги из личных вещей в счёт оплаты за питание. На этот раз нам рассказали, что те задержанные, у которых были с собой в момент задержания доллары, заставляли писать заявление о том, что они не против, чтобы сотрудники Окрестина поменяли валюту и забрали эти деньги в счёт питания. Одна из женщин рассказала, что при «оформлении» в ЦИП у неё забрали абсолютно все наличные деньги, на что она попросила оставить хотя бы на такси, чтобы добраться домой после освобождения. Сотрудник ЦИПа ответил, что «его не интересует как она доберётся домой, его интересует, чтобы было оплачено питание». Деньги у «политических», по словам задержанных, изымает Алексей Тишечкин.

Печальноизвестный сотрудник Окрестина Евгений Врублевский продолжает угрожать женщинам: «Грозился залить хлорку или оставить всех в прогулочном дворике до утра». Женщины вспоминают, что самым страшным для них была неизвестность о судьбе тех, кого выводили из камеры с вещами. Часто это означало, что их вернут в камеру уже с новым протоколом и очередными «сутками». Сотрудники милиции стали чаще такое практиковать  накануне 9 августа. Некоторых удерживали за решёткой даже три «срока» подряд. Также одна из наших собеседниц вспомнила, что в один из дней в их камере были слышны крики мужчин, которых избивали. 

«Заперли на вечер и ночь в прогулочном дворике, поэтому спать приходилось на бетоне, в грязи и холоде»

Для мужчин условия содержания на Окрестина ещё хуже. Парень, который провел в неволе около месяца, рассказал, что за время своего срока в одной камере он познакомился примерно с сотней сокамерниками. В камере с ним всегда было 16-20 человек. Во время сильной жары, по его словам, многим сокамерникам становилось плохо, а двоих даже пришлось вывести для оказания медицинской помощи. Деньги из личных вещей изымались только у тех, у кого было больше пяти рублей. В один из дней, вспоминает парень, «всю их камеру вывели и заперли на вечер и ночь в прогулочном дворике, поэтому спать приходилось на бетоне, в грязи и холоде».

За время пребывания в ЦИПе парню довелось посидеть с Денисом Урбановичем и Сяржуком Мацкойцем, которого избивали сотрудники ЦИПа:

«Мацкойць крутил в зубах кусочек от метлы. Им по камерам показалось, что он якобы курил. Нам сказали стать около стены, а сами они что-то высматривали и принюхивались. Мацкоица, в итоге, вывели и избили. Мы даже слышали его крики.  Потом они забрали из камеры ещё одного парня и тоже избили. Затем их увели и несколько часов  держали в том же прогулочном дворике. Мы долго не могли понять за что, а оказалось, что один якобы курил, а второй его прикрывал». 

Последние новости

Партнёрство

Членство