"Это был приказ сверху". Бывшего военного отправили на "химию" за комментарий про прокурора

2022 2022-01-27T18:15:04+0300 2022-01-27T19:11:47+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/voenyi_628.jpeg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Лидчанин Максим (имя изменено в целях безопасности) служил по контракту в воинских частях Лиды и Новогрудка три года – уволился в конце 2021 года. В октябре прошлого года против военнослужащего воинской части 19764 возбудили уголовное дело за оскорбление новогрудского прокурора Александра Шляжко. В телеграм-канале "Каратели Беларуси" тогда еще военный написал: "Этот урод приходил к нам в часть в Новогрудке". Шляжко во время выборов проводил идеологическую работу среди военнослужащих части 75158. За этот комментарий прокуратура просила суд отправить Максима в колонию на два года, но судья назначила ему два года "химии". Теперь он отбывает срок на "химии". Максим рассказал, что с ним произошло.

Иллюстративное фото
Иллюстративное фото

Идеологическая работа прокурора в воинской части

Как рассказывает Максим, прокурор Александр Шляжко приходил в воинскую часть 75158 в Новогрудке с идеологическими лекциями.

«Он манипулировал, чтобы мы шли помогали сотрудникам милиции во время протестов разгонять людей. Нам даже давали планы, где было прописано, поддерживаем ли режим Лукашенко. Большая часть написала, что нет. Я в числе их. Мне не надо войны».

По словам Максима, военнослужащие из Новогрудка не принимали участие в разгонах августовских акциях протеста – почти всех отправили в леса на учения.

«Если находился какой-то у нас «протестант», то начальство либо просто его предупреждало, либо сдавало милиции».

«Либо садят, либо все рассказываю и иду домой»

Днем 9 октября прошлого года, когда Максим был в отпуске, ему позвонил командир и сказал, что его ищет особый отдел.

«Командир мне говорит: вспоминай, где накосячил. Я не понимал ничего. Когда положил трубку, то подумал, что случилось

Через полчаса Максиму позвонили оперуполномоченные с Лидского РОВД и сказали явиться в отдел в качестве подозреваемого в избиении человека. Его попросили приехать на опознание. Однако, когда Максим приехал в РОВД, сотрудников интересовал телефон военного, который был на тот момент разряжен.

«Меня повели в кабинет, там допросы и т.д. Потом поставили телефон на зарядку и начали скачивать телеграм». 

В телеграме сотрудников интересовал ID Максима. Во время его проверки в РОВД у военного спрашивали, может он «писал что-то в телеграме». 

«Я говорил, что не знаю и не помню. А комментарий был написан год назад. Спросили, может я под мухой был (пьяный). Но не пью!»

Как стало известно позже, причиной заинтересованности Максима стал комментарий "Этот урод приходил к нам в часть в Новогрудке" в телеграм-канале "Каратели Беларуси" в адрес прокурора Новогрудка Александра Шляжко. Против военнослужащего возбудили уголовное дело по статье 369 Уголовного кодекса (оскорбление представителя власти).

В Лидский РОВД приехал следователь из Дятлово Максим Литавор с милиционером. Оперуполномоченные Лидского РОВД отдали ему телефон Максима. Военного обыскали, забрали все вещи и повезли в отдел Следственного комитета в Дятлово. В машине допрос продолжился, там же ему поставили ультиматум:

«Либо меня садят, либо я им всё рассказываю и ухожу домой».

Когда ехали в Дятлово, Максиму позвонила мама: 

«Я сказал, чтобы не ждала меня арестовали. Она говорила, чтобы я ничего не подписывал. В наш разговор влез следователь и начал говорить, что не надо мне ничего советовать. Тогда мама начала кричать, что они не правы. В итоге, следователь испугался и положил трубку. Мне начал говорить бог пойми что…Мама была на нервном срыве. Вся заплаканная».

В итоге, после долгих допросов Максим все же отпустили. Телефон изъяли. На тот момент военный уже увольнялся с воинской части, но за него «никто не заступился». По словам Максима, его хотели уволить задним числом, но боялись, что усугубят ситуацию.

9 октября в квартире Максима сотрудники также провели обыск: искали символику и технику.

«Всё перевернули. В ту ночь я был на полном нервном срыве. Не знал, что делать».

Вместо последнего слова – потеря сознания

Максим в скором времени уволился из воинской части. Тогда у него еще раз провели обыск, но ничего не нашли. Дело против Максима дошло до суда. Процесс над бывшим военнослужащим состоялся в первых числах декабря в Дятлове. Дело веда судья Наталья Лобан, гособвинение по делу поддерживала прокурорка Ирина Забелина. Предметом уголовного процесса стал комментарий отношении новогрудского прокурора Шляжко: "Этот урод приходил к нам в часть в Новогрудке".

«То есть меня посадили из-за одного слова».

По статье 369 Уголовного кодекса прокурорка просила суд наказать Максима двумя годами колонии. Когда судья вызвала его говорить последнее слово, то Максим потерял сознание:

«Меня вызвала судья, а я не знал, что сказать. Я боялся, что меня реально посадят. Мне стало плохо. Я потерял сознание. В суд вызвали скорую. Я еле пришел в чувства. Мама плакала».

В суд приехала скорая – врачи привели Максима в чувство. Ему диагностировали истощение. Врачи предлагали ему поехать с ними в больницу, но он отказался. Процесс перенесли на следующий день.

В тот же день после суда Максиму позвонил участковый и сказал приехать, «так как позвонили из больницы и сказали, что он на суде хотел совершить суицид».

«Оказалось, что это враньё. Звонили не из скорой. Участковому позвонили из суда и это сказали. Хотя этого не было! Я потом ни спать, ни есть не мог».

В итоге, Максима осудили к двум годам ограничения свободы с направлением в учреждение открытого типа.

«Когда я потерял сознание, у них никакой жалости не было. Прикрывались тем, что это «наша работа». А то, что я думал тогда, что сердце лопнет, то это никого не волновало.

Мне потом рассказали, что это [приговор] был приказ сверху. Мало того,  что меня довели, так еще и маму. На суде говорили, что это государственное преступление. Из меня делали чуть ли не террориста, хотя по обвинению оскорбил прокурора».

Последние новости

Партнёрство

Членство