“Я этого не делал”. Одному — колония, трем — химия. Как судили за три “Табакерки” и слезы милиционера? Фото

2021 2021-04-26T13:27:55+0300 2021-04-26T14:33:24+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/nikiciny_paslia-prysudu.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

В суде Фрунзенского района города Минска прошел уголовный процесс в отношении четырех человек 31-летнего Артема Никитина, его 23-летнего брата Даниила Никитина, 21-летнего Ильи Амельченя и 26-летнего Александра Шевченко. Все обвинялись в повреждении трех «Табакерок» в Минске (часть 2 статьи 339 УК РБ — злостное хулиганство, совершенное группой лиц). А Артема Никитин также обвинили и в насилии в отношении сотрудника органов внутренних дел (статья 364 УК РБ) — прапорщика милиции Прокоповича (он признан потерпевшим по делу).

Все четверо находились под стражей и в зал суда доставлялись под конвоем и в наручниках.

Судья – Наталья Бугук. Гособвинитель – Мазаник.

Судебный процесс проходил 15, 16 и 19 апреля. 20 апреля обвиняемые произнесли последнее слово. Приговор озвучили 23 апреля – всех признали виновными и дали домашнюю «химию», А Артему Никитину — колонию. Не все обвиняемые признали, что оставили надписи на всех трех «Табакерках» (а следствие, кроме этого, пыталось уличить их и в разрисовывании многих других «Табакерок» осенью 2020 года). Кроме того, Артем Никитин заявил, что это не он разбрызнул перцовый баллончик в глаза милиционеру Прокоповичу, а также – что подписал чистосердечное раскаяние под давлением силовиков. «Весна» следила за всем процессом, где были и «тихари», и сейчас вспоминает, как он проходил.

В середине - Александр Шевченко. Справа - Даниил Никитин.
В середине - Александр Шевченко. Справа - Даниил Никитин.

Цена «Табакерок» и обвинение

Согласно гособвинителю, четверо жителей Минска в ночь с 4 на 5 января 2021 года в предварительном сговоре в несколько этапов с использованием аэрозольного баллончика нанесли разные надписи и символы, тем самым повредили имущество:  три «Табакерки», расположенные по улицам Голубка,2, Голубка,10 и Матусевича 33. Ущерб по всем «Табакеркам» составил 408 белорусских рублей и 38 копеек, что на тот момент составляло 14,1 базовой величины. Кроме этого, Артем Никитин «активно противодействовал задержанию» подъехавшему к месту событий милиционеру Прокоповичу и «не менее одного раза» распылил газовый баллончик. В результате получил химический ожог роговицы глаза первой степени. А еще повредил палец.

На задней лавочке - Илья Амельченя. Спереди - Артем и Даниил Никитины.
На задней лавочке - Илья Амельченя. Спереди - Артем и Даниил Никитины.

Как испортились «Табакерки» и кто распылил баллончик? — версии обвиняемых

Братья Никитины и Илья Амельченя снимали вместе квартиру, а с Александром Шевченко познакомились в чате Каменной горки.

«Какая тематика чата? Что там обсуждалось?», — спросил гособвинитель у Артема Никитина, когда тот давал показания по делу 15 апреля.

«Жизнь, соседские отношения», — ответил тот.

«С какого периода времени вы начали ходить на улицы и заниматься порчей имущества?»

«Это не относится к обвинению».

Позже парни создали личный чат «Падпалены пузыр» (услышав  название, судья Бугук тут же спросила, означает ли это что-то). В ходе процесса судью также интересовало, не обсуждались ли там какие-то политические новости?

Никитины, Амельченя, Шевченко и еще один человек под ником «Актер» (он остается неустановленным лицом по делу и смог избежать задержания и уголовного преследования), списавшись в чате, решили прогуляться в ночь с 4 на 5 января. Попутно наносили надписи на «Табакерки», но — не на все.

  • Артем Никитин отметил, что нанес надпись «Жыве Беларусь» только на «Табакерку» на Голубка, 10. К остальным отношения не имеет (хоть ранее признался во всех – об этом ниже). Вину по статье за «злостное хулиганство» он признает частично:

«Я не согласен с [тем, что нанес надпись] с хулиганскими побуждениями. Я выражал свою гражданскую позицию по отношению к тем, кто пострадал, на кого были составлены административные протоколы и применена незаконная сила».

«А каким это образом им это поможет?», — спросила на это судья.

Судья Наталья Бугук
Судья Наталья Бугук

Артем раскаялся в деяниях, но отметил, что не повреждал имущество, так как нанесение надписи на киоск никак не влияет на его функционирование. Также Артем отметил, что не нарушал общественный порядок, ведь нанесение надписи не создавало никакого шума.

По статье за «насилие» Артем вины не признал. Это не он разбрызнул перцовый баллончик в Прокоповича. В тот момент, ночью 5 января он потерял приятелей из виду из-за тумана, а затем услышал крик мужчины о том, что «ему жгут глаза». Приблизившись, он увидел патрульную машину и сотрудника милиции. Тот сразу же стал указывать пальцем в сторону Артема.

При задержании у Артема нашли перцовый баллончик — однако тот пояснил, что носил его исключительно в целях самообороны, поскольку на его девушку недавно пытались напасть. Также у Артема нашли две рации — но тот «взял их с собой с целью поисследовать», ведь недавно их купил для страйкбола.  

  • Даниил Никитин отметил, что вместе с Александром Шевченко разрисовал только «Табакерку» на Матусевича, 33. Он изобразил перекрестье с четырьмя буквами: ОГСБ.

«Я точно не знаю, но это вроде [означает] “отряд гражданской самообороны”» — объяснил Даниил.

Также Даниил утверждал, что баллончик в милиционера распылил Шевченко.

Свою вину по статье 339 он признает частично:

«Я не согласен с тем, что руководствовался низменными побуждениями. Я таким способом выражал свою гражданскую позицию»

«Какую?» — вопросила судья.

«Поддержку людей».

«А как ваше вредительство может помочь людям?»

«Точно не могу сказать».

«А почему в качестве объекта вредительства вы выбрали именно “Табакерку»?

«Конкретно я не выбирал».

Даниил не отрицал в своих действиях «предварительный сговор», но отметил, что сговор у него был только с Шевченко.

  • Илья Амельченя отметил, что разрисовал только «Табакерку» на Голубка, 2. Там он написал слова «ОМОН» и «Саша» вперемешку с нецензурной лексикой.

«То есть вы писали негативные выражения в адрес действующей власти», — отметила судья.

Об инциденте с газовым баллончиком Илья отметил лишь то, что видел, как сотрудник милиции попросил показать у Шевченко и «Актера», что у них в карманах. Те отказались. Затем милиционер схватил Шевченко за руку. Илья начал убегать.

Вернувшись домой, Илья узнал, что братьев Никитиных задержали.

«А потом приехали за мной».

Свою вину Илья признал полностью.

Иллюстрационное фото
Иллюстрационное фото

  • Александр Шевченко признал, что написал на «Табакерке» на Голубка, 10 «Трибунал», а на «Табакерке» на Матусевича, 33 — «Трибунал» и «ОМОН, [нецензурное слово]».

«Я хотел высказать недовольство по поводу того, что людей необоснованно задерживали и наказывали, — объяснил свой мотив Александр. — И я такой способ выбрал».

Инцидент с газовым баллончиком Александр описал так:

«Подошедшие сотрудники милиции начали что-то спрашивать, и через секунды три все начали почему-то разбегаться».

Вернувшись домой, Шевченко скинул в чат сообщение, в котором сказал, что газ распылил Артем. Его прочитали Амельченя (на тот момент он еще не был задержан) и Павел Корнелюк (проживающий в той же съёмной квартире). Кроме того, Корнелюк выступил в качестве свидетеля на судебном заседании 16 апреля и отметил, что после этого инцидента с милиционером Шевченко зачем-то вернулся на то место в поисках своего газового баллончика.

Сам Шевченко отрицал, что распылил баллончик. На вопрос суда, почему Даниил Никитин и Илья Амельченя дали показания, что это сделал именно он, Шевченко предположил: «мы просто не были друзьями».

Вину по 339-й статье Александр Шевченко признал частично: с «действиями по предварительному сговору» согласен,  а «хулиганские побуждения» отрицает.

Чистосердечное признание и очная ставка

Артема Никитина задержали недалеко от места инцидента с баллончиком, 5 января. Силовики сразу предложили ему написать чистосердечное раскаяние. Это было в Следственном комитете:

«По их обещаниям, я могу помочь себе и другим, помогу не привлекать к уголовной ответственности своего брата, рассказал Артем на суде. Брат уже привлекался по статье 23.34 КоАП, а я слышал из новостей, что [после этого могут привлечь] и по 342-й (статья Уголовного кодекса РБ – Прим.) На тот момент я не знал, задержан ли мой брат»

Также силовики убеждали Артема, что своим согласием написать чистосердечное раскаяние он сможет смягчить свой приговор.

«Если бы я знал [на тот момент] все санкции статьи, я бы никогда не взял вину на себя», — отметил Артем.

Кроме того, с Артемом и потерпевшим Прокоповичем провели очную ставку. Тот опознал Артема.  Однако сам Никитин полагает, что до очной ставки Прокопович мог его видеть и, соответственно, мог его запомнить заранее.

«Кто-то указывал Прокоповичу на меня. Он слышал [как произносили] мою фамилию. Когда я повернулся в коридоре, то увидел, как данный милиционер стоял и рассматривал меня».

На судебном заседании 16 апреля защита Никитина уточнила у потерпевшего Прокоповича, как проходила очная ставка:

Защита: «Дверь в кабинет (где проходила очная ставка и где уже сидел Артем — Прим.) была закрыта?»

Прокопович: «Открыта».

Защита: «Вы непосредственно возле двери находились?»

Прокопович: «Да».

dziarhaunyja_zhurnalisty_na_sudzie.jpg
Во время всего процесса суд разрешил вести фото и видеосъемку лишь единожды - когда на заседание пришли государственные журналисты

Хотели «повесить» и разрисовку других «Табакерок» в другие месяцы

Допросы в ходе досудебного следствия показывают, что всех четырех обвиняемых по этому уголовному делу (за «Табакерки» на улицах Голубка и Матусевича 5 января)  хотели уличить и в разрисовывании других «Табакерок» на протяжении осени 2020 года.

Например, свидетеля Корнелюка допрашивали 5 января. Из показаний следует, что его соседи по квартире постоянно «стали выходить в темное время суток и разукрашивать «Табакерки»». Но эти показания в ходе судебного допроса 16 апреля Корнелюк не повторил, ограничившись фразами «не помню». Суд посчитал это «существенными противоречиями» в показаниях свидетеля.

Задержанного 5 января Даниила Никитина отвезли в Следственный комитет и там допрашивали двое суток без еды, воды и туалета. Парню предлагали взять вину на себя за разрисованные другие «Табакерки».

*«Весне» также стало известно, что девушку Артема Никитина Алёну, которая проживала вместе со всеми в съемной квартире, тоже задерживали — и отправили на 10 суток на Окрестина. Ее макбук и телефон конфисковали, а позже девушку депортировали в Российскую Федерацию, гражданкой которой она является.

Но, например, Илья Амельченя не мог принимать участия в разрисовывании «Табакерок» осенью. В то время он сверх обычной нагрузки работал в третьей минской больнице во время пандемии в инфекционном блоке в качестве медсестры, а также осуществлял выезд на дом. Этому свидетельствует даже статья в «Комсомольской правде», приложенная защитой к материалам дела, и его положительная характеристика из больницы.

«Если не я, то кто?», – процитировала слова о мотивации Ильи его мать, выступившая на судебном заседании 19 апреля.

Позже Илья и сам заболел COVID-19, имел двухстороннюю пневмонию и долго лечился, в том числе стационарно.

Илья Амельченя
Илья Амельченя

Специалист по «Табакеркам»: «Даю пояснения милиции каждый день»

На судебном заседании 16 апреля в качестве свидетеля допросили Андрея Асовского. Он занимается согласованием мест установки торговых объектов («Табакерок») в Минске, а также ежедневно проверяет, как выглядят уже стоящие «Табакерки» (то есть — нет ли на них надписей?)

«Я даю пояснение по «Табакеркам» милиции каждый день, — сказал свидетель, отвечая на вопрос о трех «Табакерках» в рамках этого уголовного дела, — поэтому мне сложно вспомнить, были ли надписи на этих «Табакерках» 4 января (то есть — накануне инцидента, вменяемого в вину Никитиным, Шевченко и Амельченя — Прим.)»

Также свидетель не смог вспомнить, что именно было написано на этих трех «Табакерках», так как вообще на «Табакерки» «слишком часто наносят надписи». Также он отметил, что стоимость конечной суммы ущерба «Табакеркам» насчитывает его коллега-юрист. У них ведется архив с фотографиями разрисованных «Табакерок» и  справками по «погашенным суммам ущерба».

В здании суда Фрунзенского района города Минска
В здании суда Фрунзенского района города Минска

Сколько стоят слёзы милиционера?

Милиционер Прокопович, признанный потерпевшим по делу, получил от распыленного баллончика химический ожог роговицы глаза первой степени, не повлекшего собой кратковременного расстройства здоровья, а также — кровоподтек левого среднего пальца правой кисти. На судебном заседании 16 апреля он заявил материальную компенсацию морального вреда в размере 3 000 белорусских рублей. Какие страдания он испытал?

«Долго восстанавливался, около двух суток не садился за руль. Был на больничном 26 дней», — рассказал Прокопович.

Однако его больничный лист был связан с травмой пальца. После распыления газового баллончика он промыл слезившиеся глаза чаем.

Почему Артем Никитин не распылял баллончик? Аргументы защиты и «тихари» на судебном процессе

В момент инцидента 5 января, когда Прокопович схватил двух человек за руки, один из них вырвался и начал убегать. Прокопович описал своему подоспевшему напарнику признаки, по которым стоит искать нападающего. Среди них – цвет глаз и брови, а также светлая обувь с каплями краски на ней (которая, как обратил внимание гособвинитель в прениях 20 апреля, совпадает с обувью Артема Никитина).

Однако защита обратила внимание, что в первоначальных объяснениях Прокопович не указывал цвет глаз нападавшего. Почему же сейчас, на судебном заседании 16 апреля, он говорит о них?

«Не помню в силу давности», — ответил Прокопович.

Во время судебных прений 20 апреля защита Никитина также обратила внимание, что такой важный момент «опознания» Артема, как краска на обуви, в досудебном следствии нигде не фигурировал.

«И только когда начался суд, вдруг появляется такое воспоминание, как капля краски на обуви. За четыре месяца, когда шло следствие, я не встречалась с этим, — отметила защита Никитина и задалась вопросом: — А почему? Единственный, у кого была капля краски на обуви — это Артем […] Видимо, Прокопович внимательно рассмотрел Артема, когда его привезли на опознание. Он видел его цвет одежды, обувь, появился цвет глаз, форма бровей”.

Сам Артем Никитин во время последнего слова 21 апреля заявил, что Прокопович проходил его опознание вместе с двумя другими людьми.

«И один из этих лиц находится здесь сейчас. В этом зале сидит на последнем ряду».

*«Весна» заметила, что один из милиционеров-участников процесса после своего выступления перед судом подошел к сидящему на задней скамье человеку. Тот предложил ему: «поехали ко мне, попьем чайку».

Один из родственников Никитина рассказал «Весне», что указанный Артемом человек посещал все судебные заседания. На подобное обратила внимание и защита Никитина:

«Потерпевший и свидетели [милиционеры] приходили на суд с какими-то лицами, которые сидели здесь и с которыми они общались. Кто эти лица? Остается догадываться».

Еще один аргумент защиты — разбор того, кто же был возле той «Табакерки» 5 января в момент распыления баллончика:

Потерпевший Прокопович везде говорил, что парней было четверо. Но кто же эти четверо? Прокопович схватил за руки двух парней, один из них был с салатовым рюкзаком. Установлено, что салатовый рюкзак был у скрывшегося «Актера». Это согласуется и с показаниями Даниила Никитина и Ильи Амельченя.

Потерпевший сказал, что в  момент инцидента возле «Табакерки» двое были с рюкзаками и двое — без. В ходе судебного следствия установлено, что Шевченко, «Актер» и Артем Никитин были с рюкзаками, остальные без. Но если бы Артем там находился, то с рюкзаками было бы трое человек, а не двое.

Защита Никитина полагает, что распылить газовый баллончик мог Александр Шевченко.

«Полагаю, что будучи напуганным, Шевченко попытался убедить, что это сделал Артем»,  — заявила защита.

Кроме того, ни один из свидетелей-милиционеров, бывших на месте инцидента с баллончиком и допрошенных также в зале судебного заседания (Никеев, Пронин, Малыш), не опознали в тот момент Артема как лицо, распылившее балллончик.  

Еще одним аргументом в пользу Артема, по мнению защиты, является несовпадение граммовки изъятого у него перцового баллончика. Так, в изъятом баллончике не достает 6 граммов от первоначальной граммовки. Однако если бы этот баллончик использовали бы для распыления, то должно было бы израсходоваться около 20-30 грамм. Где они?

«Понять, Высокий суд, все можно. Назад дороги нет, — заявила защита Артема Никитина в ходе судебных прений. — Но [может так случиться], что Артем понесет наказание за то, чего не совершал. А лицо, которое это совершило, не понесет уголовной ответственности».

Защита просила оправдать Артема Никитина. Но этого сделано не было.

Приговор

Даниила и Артема Никитиных, Илью Амельченя и Александра Шевченко признали виновными по части 2 статьи 339 (Хулиганство) — несмотря на то, что защита указывала о практике квалификации таких деяний по статье 341 УК РБ (Осквернение сооружений и порча имущества). Им присудили один год и шесть месяцев ограничения свободы без направления в исправительное учреждение открытого типа («домашняя химия»).

Артема признали виновным и во второй статье (однако ее переквалифицировали с изначальной 364-й (насилие в отношении милиционера) на 363-ю (сопротивление при задержании). В совокупности Артема приговорили к двум годам и шести месяцам колонии общего режима.  Его оставили под стражей. Также Артем должен выплатить Прокоповичу моральную компенсацию размером в 3 000 белорусских рублей.

Даниила, Илью и Александра после приговора, озвученного 23 апреля, освободили из-под стражи.

Илья Амельченя после приговора
Илья Амельченя после приговора
Александр Шевченко после приговора
Александр Шевченко после приговора

Кроме этого, суд постановил уничтожить вещественные доказательства — вещи, изъятые на квартире, где проживали Никитины и Амельченя. Среди них — наклейка и значок с изображением герба «Погоня», бело-красно-белый зонт, флаг Великобритании и США, бело-красно-белый флаг, раствор бриллиантовый зеленый, грунт для рассады, ватные палочки и самодельные маски.

«Обычные карнавальные маски. Даник их делал сам — он брал бумагу, складывал ее слоями, между ними клей ПВА, вымачивал и делал форму, а затем раскрашивал. А [расходные материалы] покупал Артем. Эти маски были украшением комнаты»,  — рассказала "Весне" мама братьев Никитиных после приговора.

Даниил Никитин (в центре) с родителями после приговора
Даниил Никитин (в центре) с родителями после приговора

Последние новости

Партнёрство

Членство