Для Виталия Щербича прокурор запросила 4 года колонии усиленного режима Дополнено

2021 2021-04-08T12:13:22+0300 2021-04-08T13:55:51+0300 ru https://spring96.org/files/images/sources/shcherbich_z_siamiej.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Виталий Щербич с семьей. Фото из личного архива

Виталий Щербич с семьей. Фото из личного архива

В суде Заводского района г. Минска 7 и 8 апреля продолжилось заседание по рассмотрению уголовного дела в отношении Виталия Щербича, которого обвиняют по ч. 1 ст. 13 и ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса.

Дело рассматривает судья Анжелика Костюкевич, сторону гособвинения вместо Кристины Кочановой теперь поддерживает прокурор Ольга Дендилевич.

В Минске начался суд над политзаключенным Виталием Щербичем

В суде Заводского района начался процесс по делу Виталия Щербича, сообщает TUT.BY. Дома у минчанина нашли дымовые шашки, петарды, страйкбольное оружие. Щербич говорит, что приобрел все это более пяти лет назад, использовал при игре в страйкбол, однако следствие трактует это как приготовление к массовым беспорядкам.

«Прозвала Виталия «плюшкин» либо «хомяк». О чем говорили свидетели защиты?

В суд в качестве свидетелей были вызваны мать обвиняемого и коллега по работе.

Валентина Щербич суду пояснила, что с Виталием в очень близких и хороших отношениях, он ее единственный ребенок. В 90ые годы ее муж покупал какое-то пневматический пистолет, он хранился долгое время в шкафу, после смерти мужа в 2017 году Валентина с сыном разбирала его вещи, и Виталий забрал этот пистолет себе на память об отце. О сыне рассказала, что он вырос в городе, увлекался военной тематикой, историей, участвовал в реконструкциях, занимался страйкболом. К вещам относился слишком бережно – «он плюшкин».

В ноябре 2020 года Валентина Щербич обсуждала с сыном гибель Романа Бондаренко по телефону: женщина была в шоке, возбужденном психо-эмоциональном состоянии, плакала, говорила, что ей страшно, никто ни от чего не застрахован, любого беда может настигнуть.  

«Вырвалось, что хоть ты пояс шахида носи, на эмоциях – что вырвалось, то вырвалось», - пояснила женщина. Запись данного разговора находится в материалах дела как доказательство вины Виталия.

Сын пытался успокаивать Валентину, женщина ему говорила: «враждебные люди, агрессивные, наделенные властью убили человека», на что он ответил – «раз враждебные – значит нужно относиться как к врагам».

Мать политзаключенного утверждала, что не имела ничего ввиду, была в возбужденном состоянии, боялась выйти на улицу. В несанкционированных массовых мероприятиях, по словам матери, Виталий Щербич не участвовал, у него двое маленьких детей, постоянно находились на связи – созванивались.

Следующей в суде выступила коллега политзаключенного Ирина Крылова, которая рассказала, что знает Виталия около двух лет, может охарактеризовать его с положительной стороны: не курит, не употребляет спиртные напитки, не опаздывает на работу, положительно относится к коллегам, не конфликтен, всегда придет на помощь.

«Когда я устроилась на работу, то прозвала Виталия «плюшкин» либо «хомяк». Я обратила внимание на его рабочий стол, он отличался от других столов: там было две чашки, пластиковый стаканчик, из которого он мог пить чай месяц, складывались отработанные бумаги в абсолютно никому ненужный архив», - пояснила в суде Ирина Крылова.

Женщина также рассказала, что на работе они читали новости, обсуждали мирные протесты, в один из дней Виталий достал из рюкзака металлическое изделие, показал «во что могут превратиться беспорядки», сказал, что нашел изделие, и говорил в третьем лице – «они там разбросали». Больше они эту тему не обсуждали, своего отношения к протестам обвиняемый не высказывал, радикальных призывов от Щербича не слышала.

«Пояс шахида надеть? – Если надо – да». Телефонный разговор с матерью как доказательство вины

После этого суд перешел к изучению письменных материалов дела, среди которых перечень технических средств, обнаруженных при обыске дома: самодельные пиротехнические изделия, молотки, пневматика, оборудование для страйкбола, ежи, патроны, дымовые шашки. Экспертиза не дала однозначного ответа, что обнаруженные предметы можно применять при массовых мероприятиях: указано, что их можно использовать при играх, в бытовых целях, для развлечения.

Также имеется информация о телефонных соединениях с мобильных номеров, зарегистрированных на Виталия Щербича, в период с 1 января по 24 декабря 2020 года. Следствием установлено, что вечером 10 и в ночь на 11 августа абонентский номер, оформленный на обвиняемого, находился в районе улиц Богдановича, Хоружей, Сурганова.

В суде были заслушана запись телефонного разговоров Виталия Щебрича с мамой:

– Ну что сделать? Мы ничего не можем изменить, ну убили парня.

– Можем сопротивляться, можно и нужно.

– Пояс шахида надеть?

– Если надо – да.

– Ой.

– А ты понимаешь, что с любым может быть?

– Конечно, я плачу. Я весь вечер плачу.

– Не плачь, мам, не надо плакать Я думаю, что на похороны придут все. И вот этим [нецензурно] сейчас я не завидую. Вот это уже все. Мое такое мнение. Посмотрим.

– Ясно.

– Мама, плакать не надо, просто запоминай, и лично для меня любая [нецензурно] с красно-зеленой тряпкой, которая за это все… ну это враг. Все. Никаких «надо выслушать, надо разговаривать» [неразборчиво]. Сколько можно? Вот такие у нас разговоры. Не плачь, мам.

Арест был наложен на два автомобиля обвиняемого, пневматический пистолет, страйкбольный пулемет, аэрозольное устройство, страйкбольное ружье, страйкбольный автомат, страйкбольный гранатомет и мобильный телефон.

Также в материалах дела находятся положительные характеристики с мест работы, жилищного товарищества.

Адвокат обратил внимание суда, что в 2015 году было закуплено 72 дымовые шашки, а изъято было только 8 штук.

На вопросы судьи о причинах «нахождения в эпицентре событий 10 августа» Виталий Щербич пояснил, что было много разной информации, было непонятно, что творится в городе, просто хотел посмотреть, что происходит – увидеть своими глазами. Взял с собой телефон, обещал жене постоянно звонить, информировать – транпорт не ходил, пошел пешком в сторону площади Бангалор. Людей было много, машины где-то ездили, где-то стояли, по Богдановича дошел до улицы Веры Хоружей, потом прошел дальше – но не дошел до Белой Вежи, на встречу шли люди и говорили, что впереди стоит оцепление, что возможно будут задержания, поэтому я развернулся и пошел обратно. Потом повернул в сторону комаровского рынка. Время от времени видел микроавтобусы, их ехало довольно много, люди начали разбегаться во дворы. Слышал от прохожих, что могут хватать людей на тротуарах. Виталий тоже забежал во двор, позвонил жене, там живет родственник – крестный детей, хотел переждать у него, потому что показалось, что на улице становится не безопасно. Но его дома не было, посидел на скамейке, позже решил, что нет смысла ждать, снова позвонил жене и пошел домой дворами через Кульман-Сурганова в сторону Некрасова, потом вышел к Леонида Беды – и далее в сторону дома. Слышал сзади взрывы и видел вспышки, не позже часа ночи пришел домой.

Что делал 16 августа, 9 сентября и 27 сентября обвиянемый не может вспомнить, утверждает, что участия в несанкционированных массовых мероприятиях не принимал.

В связи с противоречиями в показаниях, данными обвиняемым на предварительном следствии и в суде, был оглашен протокол от 23 февраля 2021 года.

Вопрос следователя: Состоите ли в чате «Гражданской самообороны Беларуси»?

Ответ: Не могу точно сказать, т.к. был подписан на большое количество каналов.

Вопрос: Поясните, размещали ли вы такие сообщения в вышеуказанном телеграмм-чате?

Ответ: Нет, не помню.

Вопрос: Вам на обозрение предъявлены сообщения, которые вы разместили в вышеуказанном телеграмм-чате. Поясните содержание следующих сообщений:

«Сцепку и стенку доводить до автоматизма».

Опасаюсь, что часть не убежит никогда, а часть убежит завтра же и …

Бля, «аккуратно» и жечь РУВД как-то можно совместить?

Ответ: Под фразой №1 я имел ввиду, чтобы люди не задавили друг друга в толпе, т.е. если что-то произойдет и люди побегут и кто-то столкнется, то он не упал. Фразу №2 я не могу пояснить, т.к. она вырвана из контекста. В фразе №3 я скорей всего кому-то просто отвечал, т.к. невозможно жечь РУВД аккуратно, более подробно пояснить не могу, т.к. фраза вырвана из контекста.

Позже по вопросу №3 Виталий уточнил, что скорей всего задал вопрос пользователю, который разместил сообщение об аккуратном поджоге РУВД, и хотел своим вопросом показать абсурдность его предложения, т.к. был против действия подобного характера.

Обвиняемый пояснил суду, что следователь во время допроса предъявила протокол осмотра, где показала 3 или 4 сообщения и утверждала, что это его сообщения.

«Поэтому я посчитал, что эти сообщения взяты у меня из телефона, т.к. мне сказали, что телефон вскроют и оттуда будет все извлечено. Но я говорил, что не помню ни сам этот канал, ни эти сообщения, который мог где-то размещать», - рассказал Виталий Щербич.

Суд упирал на то, что политзаключенный изменил свои показания в процессе и отрицает указанные сообщения, потому что узнал, что доступ к содержимому его телефона не был получен, также он «целенаправленно отказался» давать пароль от своего телефона.

– Кто с красно-зелеными тряпками для вас враги?

– Те люди, которые убивают наших сограждан из-за разногласий в цвете ленточек.

Адвокат просил приобщить к материалам дела видеоролик из открытых источников, где показывается, как стреляет страйкбольный гранатомет. Также ходатайствовал о приобщении комплексного заключения психологов-лингвистов из Нижегородского государственного университета, которые по запросу защиты анализировали 43 сообщения из материалов дела, которые вменяются Щербичу, а также стенограмму телефонного разговора с мамой на предмет оценки наличия в данных текстах и сообщениях призывов к участию в массовых беспорядков либо выявления в них намерения участвовать в таких действиях.

Специалисты пришли к выводу, что дать оценку сообщениям из телеграмма не представляется возможным, т.к. они произвольно сформированы, не связаны между собой, а любое преобразование текста лишает его статуса доказательства. Также в них отсутствует признаки каких-либо призывов к третьим лицам, в том числе к массовым беспорядкам. В разговоре с матерью также отсутствуют признаки о намерении Щербича принять участие в массовых беспорядках.

Суд заявленные ходатайства удовлетворил.

Как проходили прения сторон

8 апреля прокурор Ольга Дендилевич выступила в прениях сторон, где указала, что в ходе оперативных действий в телеграм-каналах были выявлены наиболее радикальные лица, также там имелись призывы к массовым беспорядкам. Обвиняемый Виталий Щербич не оспаривал наличие этих сообщений, не отрицал их написание, давал пояснения по ним. Данные сообщения обвиняемого свидетельствуют о намерении совершить им преступление. Кроме того, по мнению стороны обвинения, политзаключенный создавал орудия для совершения массовых беспорядков, находился в тех местах, где проводились массовые несанкционированные митинги. Прокурор полагает, что вина Виталия Щербича доказана, и просила суд назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года с отбыванием в условиях усиленного режима. Также – взыскать с обвиняемого процессуальные издержки, имущество оставить под арестом до их уплаты.

Адвокат политзаключенного в прениях указал, что виновность его не доказана, есть только ссылки на сообщения в телеграм-канале, телефонный разговор с мамой и предметы, изъятые в ходе обыска. Считает, что обвинение строится на предположениях, в деле отсутствуют доказательства вины Виталия Щербича: не понятно, какие предметы якобы он изготовил, какие приобрел, как подготавливал массовые беспорядки. Петарды хранились на балконе, не доказано, что они могли быть использованы; винтовка была неисправна, пневматический пистолет так же мог быть неисправным, т.к. он очень старый. У Виталия Щербича не были обнаружены пули для пистолета, страйкбольные шарики для такого оружия. По мнению адвоката, использовать оружие можно было разве что как ударный инструмент.

В судебном заседании было установлено, что предметы не могли быть использованы по назначению. Найденные патроны на Линии Сталина так же не могли быть использованы, т.к. нет соответствующего оружия для этого. Установлено, что всё, кроме ежей, было приобретено законно и задолго до событий августа и последующих месяцев 2020 года. Бытовая пиротехника и прочие предметы соответствуют установленным нормам. Отец Щербича умер в июле 2017 года, т.е. в середине сезона игры в страйкбол, он тяжело пережил смерть отца и не выезжал на игры, логично, что снаряжение осталось. Факты обнаружения «ежей» не были опровергнуты: когда предлагали отправить дело на доследования, просили провести повторный осмотр квартиры и гаража, жалоба была перенаправлена в суд.

Так же обвинение безуспешно пыталось связать Щербича с телеграмм-каналом «Гражданская самооборона», там был указан способ изготовления «ежей». Однако способ изготовления найденных политзаключенным «ежей» кардинально отличается.

В предшествующие и последующие дни после задержания Щербича массовых беспорядков в городе не было.

Сообщения в телеграмм-чате не обладают признаками доказательств – фразы вырваны из контекста, не был установлен никнейм Щербича. Даже если суд придёт к выводу, что сообщения принадлежат Щербичу, не одно из них не свидетельствует о подготовке к беспорядкам: в них нет призывов, не ведётся речи о противоправных действиях, которые реализуют массовые беспорядки.

Разговор по поводу смерти Романа Бондаренко следствие пытается истолковать как признак предвзятости к госфлагу и сотрудникам МВД. Протокол не может быть признан доказательством, т.к. стенограмма, находящаяся в нём, искажает смысл слов подзащитного. Так же адвокат обращает внимание, что нарушен УПК – нет постановления о возбуждении уголовного дела в отношении Виталия Щербича.

Обвинение просит четыре года лишения свободы только за подготовку, но столько назначают за участие в массовых беспорядках. Защита считает, что это очень суровое и не оправданное наказание, а также, что Виталий Щербич подлежит оправданию.

В последнем слове политзаключенный сказал:

«Я обычный, законопослушный человек. В моей жизни на первом месте – семья: жена, которую я очень люблю, двое маленьких детей, которых я обожаю, мама. У меня есть жилье, машина, работа. Та жизнь, которую я вел, меня полностью устраивала, хотя ее можно было назвать словами «работа-дом». Я спокойный, ответственный, уравновешенный человек. Все свободное время я проводил со своей семьей, что меня тоже устраивало. Среди моих друзей и знакомых нет никого, кто придерживался бы каких-то радикальных взглядов, я тоже таких взглядов не придерживаюсь. У меня не было причин быть недовольным своей жизнью, не было причин принимать какое-либо участие в массовых беспорядках – и никогда этого не делал, и не собирался этого делать. Прошу учесть мои слова при принятии решения».

Приговор будет озвучен 9 апреля в 14.30.

Правозащитный центр «Весна» с помощью волонтеров отслеживает данный судебный процесс

Последние новости

Партнёрство

Членство