Владимир Величкин: «Ответственность за безосновательное применение оружия хотят переложить на людей»

2020 2020-10-02T13:51:48+0300 2020-10-02T13:58:50+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/vialichkin_123.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Владимир Величкин

Владимир Величкин

"Брестская газета" опубликовала интервью с руководителем брестского отделения "Весны" Владимиром Величкиным.

– Владимир, сколько человек, по данным «Весны», было задержано в Бресте и области с 9 августа и по сегодняшний день?

– Мы не следим за общими цифрами, мы просто вносим данные в таблицу. Например, с 9 по 23 августа – 984 человека. Нужно понимать, что это только те, кто нам сообщил. На самом деле, я думаю, за это время было тысячи четыре задержанных. С 25 августа по 5 сентября задержано 107 человек. Последняя закрытая таблица – с 8 по 25 сентября – 121 человек.

– Кроме административных дел, к сожалению, есть и уголовные. Сколько таких людей в области?

– На данный момент (25 сентября – прим. ред.) фигурантами уголовных дел является 51 человек. Это люди, в отношении которых дела завели после выборов. Но их будет больше. Большинство их них пока на свободе, но почти все – под подпиской о неразглашении. Кто-то под подпиской о невыезде. Из них 27 человек из Бреста, среди фигурантов уголовного дела есть двое несовершеннолетних.

– А женщины?

– Есть женщина из Пинска, которую обвиняют в нападении на сотрудника ОМОНа, она находится в СИЗО в Барановичах. Была задержана в рамках уголовного дела о массовых беспорядках: по словам сотрудников милиции, она якобы замахивалась палкой на сотрудников милиции. Ей предъявлено обвинение по статье 293. Есть брестчанка, которая проходит по статье 342 за хоровод на перекрестке 13 сентября.

На 25 сентября нам известно о девяти людях, которым пришли постановления о возбуждении уголовного дела (28 сентября Следственный комитет сообщил, что установлены личности 20 подозреваемых – прим. ред.). Я считаю, данная статья не соответствует тому, что вменяется гражданам. Открываем УК, смотрим: «Организация групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок и сопряженных с явным неповиновением законным требованиям представителей власти или повлекших нарушение работы транспорта, предприятий, учреждений или организаций, либо активное участие в таких действиях при отсутствии признаков более тяжкого преступления». Кто организатор? Организатора нет – люди вышли и пошли. Грубо общественный порядок никто не нарушал: никто матом не ругался, никого не оскорблял, не бил, не громил витрины или машины. Царила атмосфера праздника. Никто не объявлял, что мероприятие незаконно, предупреждений людям не делал. То есть, дело завели с единственной целью – оказать психологическое воздействие на сознание граждан с целью их запугать, повлиять на настроения в обществе, чтобы они боялись выходить на улицу и отстаивать свои права.

9 – 14 августа по вине властей пострадало очень много граждан – тысячи были избиты, десятки ранены, были даже летальные случаи. И сейчас, чтобы оправдать безосновательное использование оружия в эти дни, власти хотят переложить ответственность на граждан, которые якобы их спровоцировали. Это усматривается и в тех протоколах, которые составлялись на людей. Могу привести свой пример: меня задержали 10 августа в здании Дома правосудия, а два участковых написали, что я пикетировал на Машерова, в то время, когда там вообще никого не было: центр был перекрыт. Когда я попросил видео с камеры наблюдения суда, судья отклонил ходатайство. Т. е. вся картинка создается искусственно только для того, чтобы оправдать необоснованное применение чрезмерной силы. Силовики поливали людей из водомета, стреляли, травили газом, а виноваты люди, которые пострадали. Это конкретно что-то с психикой ненормальное, когда человек калечит другого и говорит, что это не я, это он сам виноват.

Хотелось бы обратить внимание еще на такой момент. В первые дни репрессий были тысячи задержанных, потом наметился резкий спад. В первую неделю после выборов по всей Беларуси задержали несколько тысяч человек, буквально через неделю или две – около тысячи, еще позже за неделю – около 600 по всей стране. Т. е. мы видим устойчивое падение количества задержанных. С чем это можно связать?

– Нет мест в изоляторах?

– Нет. Некому задерживать. В первые дни мы видели, сколько людей было в форме и с оружием. Сегодня мы видим, что их число резко поубавилось, и они просто не могут задержать большее количество людей в виду своей малочисленности.

– А куда они делись?

– Лично я предполагаю, что это были какие-то командировочные из стран СНГ, бывшего Союза. Есть сигналы, что людей привозили из соседних государств, говорят, даже с Балкан были и одевали в форму без опознавательных знаков. Это я говорю к тому, что когда людей начинают вызывать в кабинеты и говорить, что против тебя возбуждено уголовное дело, признай вину, то меня пугает следующая перспектива. Есть люди разные, как с сильным, так и слабым характером. В большинстве своем они не сталкивались с тем беспределом, который мы сегодня видим. Они не знают законов. Сегодня даже в вузах ни Декларацию прав человека, ни Конституцию Беларуси не открывают, а там все написано: люди имеют много прав. Ну, хорошо, не читал ты Конституцию, не разбираешься в законах. Но каждый слышал хотя бы о десяти заповедях. Если ты не убил, не украл, не оболгал и т. д. – ты честный человек.

А сегодня пострадавших вызывают в кабинеты и пытаются обвинить в каких-то тяжелых преступлениях – по статьям 342, 293 Уголовного кодекса и другим, хотя эти люди никого не грабили, не убивали, домов не разрушали. Если брать статью 293 «Массовые беспорядки», которую вменяют первым задержанным, то человек в безвыходной ситуации или убегает, если есть куда, если нет – пытается защитить себя и тех, кто рядом. Если кто-то попытался защищаться – это не значит, что он преступник. Преступник тот, кто стрелял, убивал и лгал в судах. А эти люди сегодня пытаются заставить нормальных здоровых людей оговаривать себя только для того, чтобы оправдать свои преступные действия.

Поэтому я бы хотел обратиться к согражданам, чтобы они ни в коем случае не признавали свою вину в том, чего они не совершали. Говорите правду. А правда такая, что они никого не убивали, никому зла не причинили. То, что я там был, – это не значит, что я виноват. Я имею право выходить на мирный протест, мирным путем выражать свое мнение, имею право на распространение и получение информации. Вот и все. И не надо вестись на поводу некоторых представителей власти, мол, признайся – меньше дадут или признай вину, потому что ты там был.

А эти дела пусть остаются на совести следователей в кабинетах, которые исполняют преступные приказы и пытаются людей в чем-то обвинить.

Задержания в Бресте 20 сентября. Фото – Олег Полищук
Задержания в Бресте 20 сентября. Фото – Олег Полищук

– На протестующих, да и не только, заведена масса уголовных дел. Но, насколько я знаю, нет ни одного уголовного дела, заведенного в отношении сотрудника силовых структур за превышение служебных полномочий, хотя заявлений было написано тоже много. Как вы думаете, есть ли вероятность того, что будет возбуждено хоть одно дело?

– Пока что по некоторым заявлением граждан продлевают проверки. Но я боюсь, что те виноватые, которых надо привлекать и наказывать, могут находиться за пределами страны. Их тут будут искать и, ясное дело, не найдут. Я думаю, что кого-то могут привлечь. Но пока это под сомнением по одной причине – власть у людей, которые держат ее незаконно, а там круговая порука. Они своих людей не будут сдавать до конца. А тех, кто пытается следовать букве закона в их же среде, они считают предателями и создают им очень некомфортные условия в своей системе.

– Сколько человек после выборов признаны политзаключенными?

– По области – 13. Из них 9 – из Пинска. Это люди, которых задерживали 9-10 числа. Два человека – отец и сын – из Знаменки, они сидят в СИЗО в Бресте. Их зафиксировали на акции протеста, вызвали повесткой и задержали. И еще два человека – не указано откуда, но вместе с пинскими содержатся в СИЗО в Барановичах.

Есть еще несколько человек из Бреста, родственники некоторых не согласны, чтобы их родных объявляли политзаключенными, а зря. Если человек признан политзаключенным, то к нему отношение другое. Если международная общественность знает о нем, то ему будут помогать, вопрос будет подниматься на самом высоком уровне.

– Обращаются ли к вам люди, которые говорят, что на участников протестов пытаются влиять через детей?

– Многие про это говорят. У нас была женщина – многодетная мать, 9 августа ее забрали из избирательного участка, где она была наблюдателем. Увезли в ИВС в Березу, потом дали штраф. А они как многодетная семья стояли на очереди на жилье, и им сказали, что квартиру вы больше не получите. Есть истории, когда родителей задерживали и в этот момент, не сообщая ближайшим родственникам, втихаря детей забирали и говорили о том, что будет проводиться проверка, насколько эта семья благополучная.

Ну, у нас такие случаи давно были, еще во время борьбы с аккумуляторным заводом. Так что это продолжение уже накатанной практики. Такой вопрос часто возникает во время профилактических бесед в милиции.

– Давайте на профилактических беседах остановимся подробнее.

– Людей, которые не пьют, не хулиганят, законопослушно себя ведут, вызывают в милицию и говорят: «Тебе нельзя пить. Нельзя хулиганить. Нельзя бить милиционеров». А человек говорит: «Так я же этого и так не делаю». И предупреждает его тот, кто сам нарушает закон. Подходит, не представляясь, куда-то тащит. Если задерживает человек в маске, в какой-то непонятной форме без опознавательных знаков, логично же, что у задерживаемого появляется желание себя защищать. А это расценивают как неподчинение сотруднику милиции. Так пусть он скажет, что он сотрудник. Покажет удостоверение. Скажет, что ты нарушил. Он же этого не делает – просто хватает и тащит. А если кто-то пытается восстановить справедливость, помочь жертве – то и он преступник. И вот тебе статья 364. Потому что, видите ли, сотрудника обидели. А то, что в больнице лежит искалеченный человек с проломленными костями черепа – тут виновных нет.

Акция протеста в Бресте 27 сентября. Фото – Олег Полищук
Акция протеста в Бресте 27 сентября. Фото: Олег Полищук

– Каким образом вызывают на профилактическую беседу?

– Они стараются соблюдать какую-то форму и присылают повестку, что нужно явиться в РОВД в качестве свидетеля. Правда, по какому делу – непонятно. В самой повестке не указано, что это профилактическая беседа, потому что нет такой причины вызывать. Человек приходит, а ему дают бумагу, которая называется «Официальное предупреждение». В ней перечислен ряд статей административного и уголовного кодексов, которые не надо нарушать. Разъяснятся, что это за статьи. И каждый раз говорят: «Если вы будете участвовать в массовом мероприятии – пойдете по уголовке». Но любой нормальный человек посмотрел на эту бумажку и забыл.

– А если не пойти – не будет хуже?

– Если человек получил повестку, расписался в ее получении и не явился без уважительной причины, то ему, как минимум, впаяют за неявку 10 базовых. Могут осуществить принудительный привод. Я предпочитаю пойти самому, чем эти люди будут у меня вокруг дома ходить.

– Не получится ли так, что вызовут как свидетеля и задержат?

– Такое сплошь и рядом. Особенно перед выходными, когда они осуществляют превентивные задержания, стараются закрыть. Так что, если вызывают перед выходными – надо подготовиться, взять необходимые вещи: белье, средства гигиены, что-то теплое и удобное. Скоропортящиеся продукты, кисломолочные в ИВС нельзя. Сок в тетрапаке тоже. Можно книгу взять, чтобы не скучно было.

– Как вы и ваши коллеги правозащитники справляетесь с таким количеством работы?

– Уже второй месяц у нас марафон. Конечно, нас очень мало, и мы не можем делать все сами. Нам помогает очень много людей, волонтеров. Они работают в офисе, каждый родственник и знакомый задержанного – это тоже своего рода волонтер, для которых мы и создали специальный чат в «Телеграме» brest_help. Там они могут получить какую-то информацию сами и поделиться тем, что знают. Чат довольно эффективно работает. Поначалу мы сами пытались направлять людей, но сейчас видим, что это уже начинает жить более-менее самостоятельной жизнью. Сами люди создают чаты, причем, они привязываются именно к дням, когда происходят массовые хапуны. Теперь не обязательно правозащитнику сидеть в зале суда, тем более неизвестно, когда привезут задержанных. Благодаря тем дежурствам, которые организуют волонтеры, родные, близкие, знакомые удается каким-то образом заставить работников суда вывешивать списки – какой судья кого будет судить в каком кабинете. Фамилия задержанного фиксируется и передается и в наш чат, и в дополнительные чаты, и удается более-менее отслеживать количество задержанных и суды.

– Благодаря чату brest_help можно найти многие полезные контакты, в том числе психологов.

– Сегодня психологом должен быть каждый. Люди иногда приходят с чувством вины, а мы каждому говорим – вы герой. Если это родители задержанного – вы родители героя, молодцы, что воспитали такого сына. И они видят, что правы, перестают испытывать чувство вины. Они гораздо легче проходят период испуга, который был непосредственно в момент событий, начинают анализировать и осознавать, что человека взяли ни за что.

Большинство людей все же стоят за правду. Некоторые так и заявляют: ну, посидим (в изоляторе – прим. ред.). У некоторых спрашиваешь: «Вы пойдете? Там могут стрелять». – «Пойдем». Основная масса людей за то, чтобы дожать и добиться справедливости. Слишком высоки ставки.

Последние новости

Партнёрство

Членство