Блог Павла Сапелко: Карантин для свободы

2020 2020-04-01T11:51:01+0300 2020-04-01T12:39:42+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/blog_sapelko_.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Юрист Правозащитного центра «Весна» Павел Сапелко в очередном выпуске блога «Слово о праве» в «БелГазете» размышляет о ситуации с правами человека во время пандемии COVID-19.

Иллюстрация с сайта belgazeta.by
Иллюстрация с сайта belgazeta.by

В любой демократии где-то в дальнем углу спит в ожидании своего часа естественное желание каждого государства взять в свои руки управление правами и свободами граждан. Удивительно, но наиболее продвинутые из демократий могут при случае врезать по какому-то из прав не хуже самых отпетых диктатур. Любые чрезвычайные ситуации - это такое чудное время, когда люди начинают легко, охотно, а главное, инициативно отказываться от своих естественных прав, меняя их на ощущение безопасности. Так легко и элегантно государства, стоит чуть отвести глаза, отвоевывают утраченную возможность тотально контролировать человека и руководить им.

Почти любое из прав, предусмотренных универсальными или региональными международными договорами, можно ограничить, а то и отменить на законном основании в период чрезвычайной ситуации: абсолютны только свобода мысли и право не подвергаться пыткам. Наша Конституция сделала послабление еще для права на жизнь (что странно для государства, практикующего смертную казнь), презумпции невиновности и свободы, неприкосновенности и достоинства личности. И да, кстати, никогда не задумывался, что когда-то снова станет актуальным полное содержание нормы о запрете жестокого обращения: 

«Никто не должен подвергаться пыткам, жестокому, бесчеловечному либо унижающему его достоинство обращению или наказанию, а также без его согласия подвергаться медицинским или иным опытам».

Реакцией на атаку террористов в США 11 сентября 2001 г. стала не только тюрьма в Гуантанамо, где произвольно содержали и содержат «вражеских комбатантов», но и Патриотический акт (Uniting and Strengthening America by Providing Appropriate Tools Required to Intercept and Obstruct Terrorism Act of 2001), который на полтора десятка лет ограничил права американцев. Но если актом либеральная общественность в конце концов возмутилась, то дела заключенных Гуантанамо особенных протестов не вызывают: мало ли что там за ними числится, вдруг они опасны. Нет до сих пор внятных обвинений и доказательств - ну и пусть, их же не бьют уже там и не топят, как пятнадцать лет назад. И такая ситуация позволяет государству, жонглируя гуманитарным и международным правом, игнорировать призывы ООН вернуться к соблюдению прав человека.

Борьба с COVID-19 в Китае сопровождалась и сопровождается ужесточением цифровой диктатуры, тотальным контролем социальных сетей и, чтобы два раза не вставать, - иностранцев и собственных инакомыслящих, а также всеобщей слежкой и безнаказанным нарушением неприкосновенности личности и жилища.

В Беларуси мы сегодня только на пороге испытаний. Проблемы, которые несет вирус, могут не затронуть наши жизни и здоровье, но наверняка оставят след из раздавленных прав и свобод. Но, как уже замечалось, происходить это будет под одобрительный гул: надо, чего уж там, не до этой ерунды нынче. Вон, в Европе-то что творится с «ихней» демократией!

Творится и будет твориться: государства никогда не упустят возможности под эту тему закрыть границы беженцам, прикрыть рты несогласным и протолкнуть какие-то ограничения на будущее. Как пойдут дела у нас в дальнейшем - неизвестно, но уже сейчас нет ни одного человека, кто бы возразил в голос против того, что его запихивают «на карантин» в палату с десятком потенциальных носителей заболевания. Наиболее осведомленные в курсе, что COVID-19 оперативно отнесли наряду с сифилисом, гонореей, активным туберкулезом органов дыхания, чумой, холерой, сибирской язвой и геморрагическими лихорадками Ласса, Марбург, Эбола к заболеваниям, представляющим опасность для здоровья населения (они же - социально-опасные заболевания). Но никто не отменял правило, по которому необходимо получение согласия у пациента на обследование и лечение, а принудительное освидетельствование на предмет наличия социально-опасного заболевания при несогласии пациента требует санкции прокурора, а помещение на лечение - решения суда. Ну а при наличии уважительных причин отказа от предложенной «схемы» обследования, типа наличия заболевания, которое лишает возможности явиться в больницу, родных, требующих ухода, и других чрезвычайных обстоятельств такие санкции вообще неприемлемы.

Конечно, государству в трудное время будет явно не хватать неограниченных полномочий, и в этом обычно свою роль призван отыграть закон о чрезвычайном положении. Он есть и у нас, причем, надо сказать, всерьез расширяет основания введения чрезвычайного положения по сравнению с Конституцией. Но, надо заметить, логика поведения руководства страны до сих пор как раз отрицает введение режима ЧП. Так что можно делать ставки на то, что будет происходить с началом лета, когда властям придется провести процедуру оформления нового срока правления президента: рисковать здоровьем членов комиссий и (не)явкой самоизолировавшихся или отодвинуть выборы через ЧП.

Если, конечно, вирус под лучами солнца не вернется обратно в пещеры к летучим мышам, а мы - к обсуждению отложенных на второй план экономических проблем.

Последние новости

Партнёрство

Членство