"О Юлии Г. и о давлении". Незлобный комментарий Павла Сапелко

2018 2018-09-28T15:35:01+0300 2018-09-28T15:52:10+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/sapelko-1000-01.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Павел Сапелко

Павел Сапелко

Юрист Правозащитного центра "Весна" Павел Сапелко комментирует ситуацию с давлением на подозреваемого по «делу БЕЛТА» Дмитрия Бобрика и "шутками" официальных представителей Следственного комитета.

Хотелось как-то избежать оценок в ситуации с давлением на подозреваемого по «делу БЕЛТА» (оно же – дело ТУТ.BY и БЕЛАПАН) Дмитрия Бобрика, но в ленте комментариев под взрывной шуткой официального представителя Следственного комитета («Самая короткая небылица: «Следственный комитет завербовал») встретился развернутый комментарий ее же:

«В процессе расследования уголовного дела участникам процесса в установленном УПК порядке разъясняются права и обязанности, в том числе положения статей, регламентирующих досудебное соглашение о сотрудничестве, обстоятельства, которые смягчают ответственность, возможность освобождения от ответственности по нереабилитирующим основаниям, в том числе в связи с деятельным раскаянием. Об этом составляются соответствующие процессуальные документы. Почему это воспринимается как какая-то вербовка - вопрос вне юридических рамок. Почему это оказывается в СМИ в таком ключе - ответ очевиден…»

Может и очевиден. Понятно: не разобрался человек в правовых хитросплетениях, перепутал что-то… Уговаривали его, неблагодарного… Только что-то не складывается: в тот злосчастный день – 7 августа, процессуальный статус его был – свидетель. Именно поэтому, скорее всего, в интимный круг – «Бобрик, камера, следователь» не был приглашен и допущен адвокат. А разъяснять свидетелю все эти юридические изыски ни к чему. Его, свидетеля, задача – явиться и сообщить все, что ему известно по делу. И предупреждать его, соответственно, можно разве что об обязанности дать правдивые показания и о соответствующей ответственности. А с этим справится любой неюридический ум.

И все это вместе взятое не опровергает и не объясняет утверждений сейчас уже подозреваемого: в его отношении применялось психологическое насилие, которому не место в процессе расследования; даже муссируемый вариант о досудебном соглашении (которое не заключается со свидетелем, а заключается с подозреваемым или обвиняемым) предполагает инициативу  подозреваемого и не может быть заключено под давлением на него.

Поэтому все, что произошло в кабинетах Следственного комитета 7 августа должно стать предметом тщательной и объективной проверки. Вот только кто ее проведет? Право возбуждать уголовное дело в отношении сотрудников СК – исключительная компетенция Следственного комитета.

Последние новости

Партнёрство

Членство