Хождения по мукам или Как найти белорусскую школу в столице Беларуси

2005 2005-11-01T10:00:00+0200 1970-01-01T03:00:00+0300 ru Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Белорусская школа – иголка в стогу сена

Одна столичная семья переехала на новое место жительства – на другой конец города. Минск – город, как известно, не маленький, и чтобы в школу ребенку не пришлось вставать в половине шестого утра, родители, конечно же, намерились перевести его учиться ближе к дому. Кажется, самая обычная ситуация, ничего экстраодинарного в ней нет. Но тут их ожидала проблема. Большинство минских школ – с русским языком обучения и английским иностранным языком. А ребенок упомянутой семьи учился с первого класса по-белорусски, изучая в качестве иностранного языка немецкий.
Бросились родители за помощью в городской отдел образования, получили список школ, где есть белорусские классы. Правда, в их микрорайоне таких школ вообще не оказалось. К каждой школе в списке, кроме одной, нужно добираться автобусами и троллейбусами, с пересадками, но не полтора же часа, как к предыдущей. Стали они звонить в те школы, и вот что выяснилось. Там, где учат школьные предметы на родном языке, иностранный язык – английский. Немецкий в более-менее близких есть, но… там, где остальная программа по-русски. (уроки белорусского языка и литературы – не в счет, преподавать эти предметы не по-белорусски пока никто не думался).
Ездить учиться через весь мегаполис (даже через его половину – много для ребенка)? По разным причинам не каждый сможет возить своего школьника на занятия на автомобиле. А можете себе представить путешествие в «час пик»: все «утрамбовываются», толкаются, да еще тяжелый рюкзак или портфель отрывает руку («Мальчик, сними рюкзак, он мешает!» -- такое можно услышать в общественном транспорте нередко. Вот и радуйся, что ребенок не получит сколиоза, поскольку в рюкзаке вес книг распределен равномерно…). Сменить иностранный язык? Перейти учиться на русский? А если, как в описанном случае, под конец учебного года ребенка ожидают экзамены? Как может отразиться на их результатах сверхсрочное освоение русских терминов за восемь лет учебы? Или быстрое «хватание» английской грамматики за пять классов подряд? Вряд ли положительно. Поэтому поиски школы с обычной языковой программой продолжились.
Неожиданно были опровергнуты сами собой некоторые официальные сведения по школам города. Некоторые учебные заведения, названные родителям как школы «с белорусскими классами», оказались целиком русскоязычными, причем учителя этих школ на вопрос о языке отвечали с неприкрытым удивлением. Вначале, правда, родители остановились на одной из школ, в которую удобно ездить: минут 25 без пересадки и еще 10 – пешком. Но недолгой была их радость. Белорусскими тут оказались только самые старшие классы – 10 и 11, остальные дети учатся на втором государственном языке. Это значит, что последний набор белорусских первоклассников прошел девять лет назад – в 1996 году. И с того времени – все, остался только отзвук белорусизации начала независимости…
«Неужто, -- говорили мне родители, -- в двухмиллионном городе такие школы, как наша, специально разбросали по периметру? На упорство проверяют нас, или что?» С одной стороны, они завидуют тем, чьи дети могут ходить в школу возле дома, куда дорога – 5-10 минут пешком… С другой стороны, они гордятся, что их дети сами, без всякого принуждения взрослых, сознательно выбирают продолжение образования на родном языке, даже если это влечет бытовые неудобства.
Государственный, но не учебный
Что такое сегодня «белорусская школа»? такая, где все преподается по-белорусски? Совершенно необязательно: хотя существуют и такие, но это, скорее, встретишь в деревне. В городах же чаще всего – русскоязычные школы, где на каждой параллели есть один, в лучшем случае – два белорусских класса. Таким образом, официальный статус белорусской школы не всегда автоматически означает преподавание целиком по0белорусски. К тому же учителя таких школ во многих случаях после звонка с урока сразу переходят на русский язык общения. Хотя оговорюсь: знаю и несколько иных примеров, когда учителя легко пользуются родным языком почти всегда. Имею в виду не знание языка как такового, а психологическую легкость употребления языка в преимущественно иноязычной среде – это, видно, главное препятствие для большинства белорусов.
Общественность упрекала власть в том, что почти все классы с углубленным изучением предметов, куда берут учиться самых способных детей – русскоязычные. Таким образом складывалось впечатление, что белорусский язык обучения выбирают только родители и дети, которые, так сказать, не блещут талантами.
К тому же белорусские школы чаще всего располагались не в центре, а где-то на самых окраинах. Но потом ситуация исправилась. В начале нового тысячелетия статус белорусских неожиданно присвоили нескольким известным минским школам, которые всегда имели имидж очень хороших, а иногда даже и элитных. Одной из них стала столичная гимназия №23. Красивое, с хорошими педагогами, размещенное на главном проспекте Минска между площадями Победы и Якуба Коласа, учебное заведение сразу привлекло к себе множество желающих отдать сюда своих деток. Среди родителей белорусскоязычных первоклассников (впрочем, не только их) из года в год встречаются известные, знаменитые, авторитетные в Беларуси люди. Все это вместе позволяет властям давать понять тем, кто добивается еще большей белорусизации в образовании, что для них сделано и так довольно много. Однако существует мнение, что жест властей выглядит скорее как демонстрация лояльности к национально сознательным гражданам, а не настоящее желание белорусизации нового поколения. Или хотя бы создание для двух государственных языков равных условий.
Власть: противник или союзник?
Сколько в этом году белорусских классов хотя бы в одном Минске? Этого не знали даже в Товариществе белорусского языка (ТБМ). Сотрудники гороно, которые дают по телефону сведения родителям (как нашим героям, переводившим ребенка в ближайшую школу), отказались давать сведения прессе без разрешения начальства. Закралась нехорошая мысль: неужто даже количество классов на родном языке уже засекречено?
«Нам очень обидно, когда говорят, что мы против белорусских школ! Мы – за!» Заведующая отделом комитета по образованию Минского горисполкома Татьяна Хоружая под словом «мы» имела в виду не только коллег по руководящей работе из структур столичной власти. Сама она в прошлом – учительница физики. Преподавать приходилось свой предмет и по-русски, и по-белорусски – «нет никакой разницы, кроме специфических терминов на разных языках».
По словам Татьяны Хоружей, нужды жителей Минска власти стараются удовлетворить: в каждом районе города имеется хотя бы одна основная школа, где с 1-го класса по 11-ый можно учиться на родном языке. В частности, такими школами считаются:
во Фрунзенском районе – гимназия №4,
в Московском – средняя школа №69,
в Первомайском – гимназия №9,
в Заводском – гимназия №14,
в Ленинском – средняя школа №2,
в Центральном районе – гимназия-колледж №26,
в Советском – гимназия №23.
Всего по столице сейчас работает 339 белорусских классов, в которых учатся 6 832 детей. В текущем учебном году (2005-2006) введены 20 первых классов, в них пришли учиться 343 маленьких ученика.
Много это или мало? На 2-миллионный Минск – очень мало! Но по данным столичного гороно, это примерно тот же уровень, что был и в прошлом году. «Если сравнивать эти цифры с данными нескольких прошлых лет, то видно, что процесс стабилизировался, -- комментирует Т. Хоружая. – Особых спадов и подъемов не наблюдается за последние 4 года. Видно, определился тот примерный уровень людей, которые желают образовывать детей по-белорусски».
Однако если сравнить эти данные с цифрами прошлых лет, приведенными ТБМ, тенденция сокращения белорусских классов просматривается. Например, в 2001-2002 учебном году на родном языке учились 7,3% минских школьников, в 2002-2003 – 6,4%, в 2003-2004 – 5,1%, в прошлом, 2004-2005 – уже 4,2% всех детей. Сведений за этот год нет, но даже если допустить, что в новом учебном году процент белорусского школьничества остался тем же, «примерно тот же уровень» оборачивается, к сожалению, уменьшением на одну треть. Конечно, это почти ничто в море тысяч белорусских школьников (которых также год от года становится меньше, по данным Товарищества белорусской школы – ТБШ). Но что такое закрытие даже одного класса, если такие классы ищешь словно золотую руду? Не то ли же самое, что потерять «всего грамм» чистого, высшей пробы, золота?
Тем не менее, городской отдел образования констатирует заинтересованность в увеличении количества белорусских классов. Можно согласиться, что многое, если не все, зависит от позиции родителей. Тут, чиновники, что правда, идут на встречу желаниям. Знаю случай, когда в СШ №37 несколько лет назад родители пресекли попытки перевести белорусский класс на русский язык обучения путем сбора подписей: районный отдел образования прислал инициатору домой официальный положительный ответ. Но не все родители такие активные. К сожалению, большинство населения пассивно принимает то состояние преимущества русской школы, которое существует. По мнению Татьяны Хоружей, в Минске играет роль также довольно большое количество приезжих жителей и традиционно, с советских времен, смешанный состав населения. Но мою собеседницу искренне радует то, что становится больше белорусскоязычных гимназий, улучшается качество образования в них. Именно они – в числе наилучших учебных заведений города. Почти все выпускники таких гимназий сразу же поступают в ВУЗы. Например, в этом году студентами стали 80% выпускников 23-ей гимназии, 94% -- гимназии №4, 95% -- гимназии №14, 97% недавних учащихся гимназии №9. Поэтому говорить о ненужности и непрестижности белорусского среднего образования просто не приходится. Возможно, это случай, когда количество переходит в качество. Кстати, как положительный фактор в гороно рассматривают введение в этом году возможности сдавать по-белорусски тесты при централизованном тестировании для 11-классников (в прошлом году такого не было). «Учащимся белорусских классов дана возможность реализовать свои знания и не чувствовать затруднений», -- комментирует Т. Хоружая. Что же касается уровня успеваемости белорусскоязычных выпускников, то «практика показывает, что эти дети учатся в ВУЗах нисколько не хуже, чем все остальные».
Белорусское высшее образование – мираж в пустыне?
Отсутствие в стране ВУЗов, где бы обучение велось по-белорусски, долгое время было одним из главных аргументов не в пользу обучения детей на родном языке. Об «отсутствии хороших перспектив» слышат каждые родители, отдавая сына или дочь в белорусскоязычный класс. Продолжать образование после школы, на каком бы ты языке ни обучался, все равно придется по-русски. Выбор языка существует только в время сдачи вступительных экзаменов, дальше все в пане языка одинаково для всех.
Много лет белорусская общественность борется а открытие национального университета. Несколько лет назад активисты ТБМ, некоторых партий и общественных объединений ходили по улицам городов и собирали подписи людей в поддержку этой идеи. И подписей было собрано более 500 тысяч. Сейчас 15 толстых папок с ними лежат и пылятся в шкафах на штаб-квартире ТБМ. «Куда мы не обращались, в какие министерства и ведомства ни звонили – никому это не нужно, и подписи эти нигде не хотят принимать», -- говорит один из координаторов ТБМ Сергей Кручков. И это несмотря на то, что буквально пару лет назад власти демонстрировали готовность хотя бы выслушать и взвесить саму идею Национального университета.
Правда, по информации из того же Минского гороно, в русскоязычной системе высшего образования страны наметились некоторые сдвиги в сторону белорускости. В частности, институт культуры и педагогический университет вводят на некоторых своих факультетах белорусскоязычное обучение.
Мираж наоборот
С Лявоном Барщевским заместителем директора легендарного Белорусского гуманитарного лицея, мы беседовали за полтора месяца до большого праздника. В конце ноября 2005 года лицею исполняется 15 лет. Треть времени своего существования ученики и учителя скитаются на съемных квартирах: помещение, как и официальный статус учебного заведения, отобрали власти.
Учебный год для лицеистов начался на два месяца раньше, чем для остальных детей школьного возраста – еще в середине лета. Первую учебную четверть дети отучились в Польше по приглашению Клуба католической интеллигенции, а конец сентября и начало октября стали временем каникул. Перерыв в учебе был необходим не только по причине отдыха, но и потому, что сейчас у лицея нет помещений для учебы. Квартиры, на которых занимались раньше, уже не снимают, а новых пока не нашли. Лявон Барщевский надеется, что скоро реализуется план снять целый частный дом на окраине Минска: тогда можно будет собрать все лицейские группы вместе. Совместная учеба и частые встречи детей обычно способствуют улучшению успеваемости, объясняет он. Но насколько продлится учебы в почти загородном доме, неизвестно. Поскольку на балансе Министерства образования лицей давно не находится (официально его просто нет), средств на снятие помещений для занятий дают родители учащихся. Каждый месяц они вынуждены «сбрасываться» примерно по 35 долларов в общую «кассу взаимопомощи». Зарплату учителям тоже обеспечивают они. Таким образом, некогда бесплатное обучение стало тут как бы платным. Но и при этом обстоятельстве желающих учить своих детей именно в этом учебном заведении не становится меньше.
Несмотря на отобранное властями помещение и формальное закрытие, Белорусский гуманитарный лицей по-прежнему пользуется спросом среди родителей, которые хотят дать детям хорошее европейское образование и воспитать их в белорусском патриотическом духе. Дети ездят сюда учиться не только из всех концов Минска, но даже из Минского района. Одну девочку родители привезли сюда учиться из Лиды, специально для этого сняв квартиру в Минске. Другая учащаяся выбрала лицей, вместе с родителями вернувшись на родину из Швеции. Много очень талантливых детей, с теплотой отмечает Лявон. Во время пребывания в Польше таланты юных белорусов заметил и известный польский тележурналист Мирослав Дэмбинский, который целый месяц на одном энтузиазме и по собственной инициативе проводил с детьми мастер-классы. «Он учил их снимать сюжеты, искать ракурсы, делать монтаж… Это было настолько интересно, что я и сам бы, кажется, поучился», -- с легкой завистью вспоминает Барщевский. К тому же детей пригласил к себе в гости сам знаменитый Анджэй Вайда.
Из закрытого лицея – в закрытый университет?
Теперь в программу лицея введен факультатив журналистики (с 3-го курса). Задумано и продолжение обучения этой профессии: ведутся переговоры с руководством Европейского гуманитарного университета (ЕГУ) об открытии в Вильнюсе факультета журналистики этого ВУЗа. Предполагается, что обучение на новом журфаке будет вестись по-белорусски и на высоком уровне, которым вообще отличается ЕГУ. К тому же предполагается, что параллельно с журналистскими навыками студент будет получать углубленные знания по одной из специальностей университета: практика показывает, что журналисты со специальным образованием в сфере, которую они освещают, не делают в материалах такие «ляпы», грубые ошибки, как их коллеги, которые знают всего понемногу. Но пока «вильнюсский вариант» остается только хорошей идеей. Многое будет зависеть от того, «насколько далеко они смогут зайти в своей белорусизации», предупреждает Лявон Барщевский. Что же, поступить с аттестатом закрытого лицея в такой же по статусу университет в Вильнюсе – что может быть лучше и перспективней для юного белоруса в сегодняшней белорусской ситуации?
«Практика показывает: выпускники лицея, поступившие учиться в ВУЗы других стран, как правило, потом устраиваются на работу там и в Беларусь больше не возвращаются», -- констатирует Лявон Барщевский, который склонен считать эту тенденцию довольно печальной. Если «утечка мозгов» из страны не прекратиться, каким будет ее будущее? Иная ситуация с Вильнюсом, самой близкой для нас столицей, где белорусы чувствуют себя как дома.
Татьяна Снитко.
P.S. Семья, с поисков которой начинался этот материал, нашла для своего ребенка белорусский класс в двуязычной школе. Там оказалась молодая классная руководительница, которая говорит по-белорусски и даже не гражданка нашей страны, и дети, которые тоже любят языки и историю. Это гуманитарный класс. Здесь изучают немецкий язык, но все хотят еще и английский. Добираться в школу нужно 10 минут на автобусе, потом полчаса на троллейбусе, а потом минут 10 пешком. Кто хочет учиться и учить по-белорусски — тот будет это делать…

Последние новости

слухаць Радыё рацыя Міжнародная федэрацыя правоў чалавека Беларуская Інтэрнэт-Бібліятэка КАМУНІКАТ Грамадзкі вэб-архіў ВЫТОКІ Антидискриминационный центр АДЦ 'Мемориал' Prava-BY.info Беларускі Праўны Партал Межрегиональная правозащитная группа - Воронеж/Черноземье
Московская Хельсинкская группа
Молодежное Правозащитное Движение
amnesty international