Правозащитники представили альтернативный доклад против пыток в Минске Документ

2018 2018-04-05T18:50:21+0300 2018-04-06T13:01:25+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/press_pytki_3.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

В Минске 5 апреля коалиция правозащитников презентовала свой альтернативный доклад по выполнению Беларусью Конвенции против пыток.

Вначале встречи председатель РОО “Правовая инициатива” Виктория Федорова рассказала о механизме рассмотрения докладов на 63 сессии Комитета против пыток ООН.

Так, Комитет состоит из десяти независимых экспертов, которые назначаются государствами, но действуют в личном качестве.

Беларусь представила свой доклад еще 9 декабря 2015 года, однако, из-за задержек в системе ООН рассмотрение доклада от государства и альтернативного доклада состоится с 23 апреля по 16 мая.

По процедуре сначала представители госорганов представят свой доклад, после этого неправительственные организации представят свои замечания и альтернативный доклад, донесут до ведома членов Комитета те рекомендации, которые хотят, чтобы были даны государству. После этого будет обсуждаться та часть рекомендаций, которая будет передана государству, а представители госвласти будут с ними соглашаться, принимать к сведению или считать неприемлемыми.

Сергей Устинов из инициативы «Правозащитники против пыток» обратил внимание присутствующих на основные проблемы белорусского законодательства и отметил, что в уголовном кодексе до сих пор отсутствует статья, предусматривающая ответственность за все акты пыток.

«Несмотря на то, что есть в УК две статьи, предусматривающие ответственность за превышение власти и служебных полномочий и за принуждение к даче показаний, тем не менее статья за применение пыток – отсутствует», - подчеркнул он.

Сергей Устинов рассказал, что государство в своем докладе заявило, что введено понятие пыток, но очевидно, что государство вводит в заблуждение международные органы по соблюдению прав человека тем, что одно дело ввести само понятие пыток, другое – ввести ответственность за все акты пыток. Кроме того, власти публично даже не осудили применение пыток. Наоборот, в СМИ время от времени появляются заявления высших должностных лиц о том, что пытки не так уж и плохи. Несколько лет назад президент Республики Беларусь заявил в отношение осужденных по ст. 328 УК о том, что им нужно создать такие условия в колониях, чтобы «они смерти просили».

Законодательство также не содержит норм о праве заключенного на осмотр независимым врачом, независимым экспертом в случае применения пыток.

«Основой успешного расследования пыток является срочная і надлежащая фиксация следов пыток. Если врач, который работает в структуре МВД, делает осмотр и недолжным образом фиксирует следы пыток, то доказать потом эти пытки очень сложно», - заключил правозащитник.

Еще одна проблема, которую отмечают эксперты – постановление о заключение человека под стражу выносится органом уголовного преследования.

«В соответствии с международными стандартами заключать под стражу должен суд, все европейские страны следуют этому предписанию. Такая же практика применяется в Украине, России. Если посмотреть на статистику, ходатайства об удовлетворении о заключении под стражу в процентном соотношении в России составляет 90%, в Украине - около 60%. У нас же постановление выносит следователь, которое санкционируется прокурором, председателем КГБ, или председателем Следственного комитета», - сказал Сергей Устинов.

Еще один вопрос, который был затронут в докладе – работа сотрудников милиции без форменного обмундирования, в частности, на мирных акциях, когда непонятные люди без опознавательных знаков, без форменного обмундирования ведут куда-то участников акции. В связи с этим рекомендация государству от правозащитников – чтобы все сотрудники органов внутренних дел на мирных акциях работали в форменном обмундировании и с отличительными знаками.

Сергей Устинов отметил, что большой проблемой является отсутствие независимого общественного наблюдения за местами несвободы. При Министерстве юстиции существуют общественные наблюдательные комиссии, но они не являются независимыми. Кроме того, ОНК без предварительного уведомления не могут посещать места несвободы, не могут посещать все места несвободы (не имеют права посещать СИЗО, ИВС и еще ряд закрытых учреждений), не могут наедине общаться с осужденными, не могут принимать от них письменных обращений, в том числе жалобы о пытках. Условия и порядок формирования комиссий непрозрачен. Глядя на состав комиссий, можно увидеть, что там есть члены «Клуба веселых и находчивых», и члены ОО «Русь», и члены ветеранских организации, но правозащитники попадают туда очень редко.

Например, Сергей Устинов трижды обращался с заявлением о включении его в Республиканскую ОНК, и трижды получал отказы.

Кроме того, правозащитник отметил, что государство до сих пор не дало согласие на посещение страны спецдокладчиком ООН, хотя разговор об этом ведется на протяжении 10 лет, и изначально были какие-то подвижки, но теперь государство не делает никаких шагов в этом направлении.

В то же время, расследование пыток проводится очень медленно, проверки длятся по несколько месяцев, а не возбуждение уголовного дела в кратчайшие сроки ограничивает следователя в полномочиях (не проводятся следственные действия, которые могли бы проводится), не отстраняются от служебных обязанностей сотрудники милиции, на которых поступило заявление, на которых указывают, как на возможных агрессоров применения пыток. Это все противоречит международным стандартам, которые гласят о том, что расследование пыток должно быть эффективным, открытым, с быстрым возбуждением уголовного дела, чтобы жертва пыток и ее представители могли ознакомится с материалами данной проверки.

Также судьи не реагируют на заявления о пытках во время предварительного расследования. Зачастую они просто игнорируют эти заявления, хотя суд, согласно международным стандартам, должен быть остановлен, пока не будет проведена соответствующая проверка, если жертва заявила о применении пыток.

«Также признательные показания, добытые с помощью пыток, не должны служить доказательством, а у нас зачастую эти первые показания, добытые под пытками, ложатся в основу дальнейшего приговора», - сказал Сергей Устинов.

Раиса Михайловская из «Белорусского документационного центра» рассказала о ситуации с адвокатурой и не расследуемыми фактами насильственных исчезновений политических оппонентов власти.

Она отметила, что наблюдается процесс наступления на адвокатуру государством, что влияет на эффективность деятельности самих адвокатов и снижает степень защищенности граждан или вовсе лишает их права на защиту.

В докладе указывается на несколько фактов:

  • Адвокатам, лишенным лицензии в 2010 году за защиту экс-кандидатов в президенты и членов их команд, до сих пор не были возвращены лицензии, вопреки рекомендациям Комитета, которые были даны государству. До настоящего времени адвокаты испытывают сложно при трудоустройстве по профессии.
  • Летом 2017 года Могилевской областной и Минской городской коллегиями были проведены проверки, по результатам которых были назначены внеочередные аттестации и два адвоката были лишены адвокатских лицензий.

Еще до начала проверок озвучивалось мнение, что все инициировано Комитетом государственной безопасности и связано с работой отдельных адвокатов по резонансным, политически мотивированным делам и их сотрудничеством с правозащитниками. Ситуация вокруг коллегий адвокатов, которые по закону являются независимыми, а на практике подчиняются Министерству юстиции, не претерпела изменений. Рекомендации Комитета в этой части не исполняются.

По теме насильственных исчезновений «Белорусский документационный центр» направил в Комитет против пыток индивидуальное сообщение, в котором осветил ситуацию с предварительными расследованиями, по информированию родственников о ходе расследования, по подозреваемым, которые могут быть причастны к этим преступлениям.

«На днях мы узнали, что родственники получили очередную информацию о продлении предварительного расследования до 24 июня. Каждые три месяца они получают такую информацию о продлении, в то время как в мае будет уже 19 лет с момента первого политического исчезновения. Государство не выполняет решение Комитета по правах человека, который рассмотрел индивидуальные обращения родственников пропавших политиков и указал на нарушение Беларусью их права на эффективное расследование, предоставление полной информации, а также возмещение морального и материального вреда», - заявила Раиса Михайловская.

«Мы рекомендуем Республике Беларусь присоединиться к Конвенции по насильственным исчезновениям и провести эффективное и быстрое расследование исчезновения , Анатолия Красовского, Виктора Гончара и Дмитрия Завадского, провести независимый суд и наказать виновных», - добавила она.

Правозащитник из РОО «Белорусский Хельсинкский Комитет» Дмитрий Черных рассказал о существующих проблемах в судебной системе.

Он отметил, что в нашей стране ситуация с независимостью судей оставляет желать лучшего.

До настоящего времени вопросы назначения судей находится в руках исполнительной власти, процесс отбора судей проходит в закрытом режиме, публикуются лишь указы о назначении судей. Также проблемой является то, что судьи назначаются на срок в пять лет, хотя предусмотрена возможности бессрочного назначения. Однако, критерии о бессрочном назначении в законодательстве не определены, и общественность не может знать, почему те или иные судьи назначаются бессрочно.

Серьезной проблемой также является то, что в руках президента имеются широчайшие возможности по управлению судебной системой, вмешательству в ее деятельность. Именно он назначает всех судей, имеет права понизить судью в квалификационном классе, уволить судью, привлечь его к ответственности без возбуждения судопроизводства. При этом судья не может обжаловать решение президента о привлечении к дисциплинарной ответственности, так как для этого нет никаких инстанций.

Размеры должностных окладов судей утверждены не в законе, а какими-то положениями, которые являются закрытыми от общественности.

«Судьи находятся в серьезной зависимости от органов исполнительной власти, что не дает им функционировать так, как это должно быть в соответствии с Конституцией, с международными обязательствами Беларуси», - сказал Дмитрий Черных.

Большой частью доклада является анализ ситуации в местах лишения свободы – применение пыток и условия содержания, которые сами по себе могут представлять бесчеловечное обращение с заключенными. Полномочия правозащитников в данной сфере сильно ограничены, поскольку у них нет доступа в места лишения свободы.

Юрист Правозащитного центра «Весна» Павел Сапелко подчеркнул, что структура и содержание доклада является по сути альтернативным ответом на те вопросы, на которые согласилась ответить Республика Беларусь.

press_pytki_2.jpg
Павел Сапелко по центру

«Каждый раз представляя свое видение по тому или иному вопросу, мы не останавливались на констатации самого факта нарушения права человека, факта жестокого, бесчеловечного, унижающего обращения и пытки, а говорили о тех рекомендациях, выполнение которых позволило бы государству улучшить положение в этой области», - отметил он.

Жестокое, бесчеловечное обращение, насилие со стороны представителей правопорядка, жестокость в местах лишения свободы - это не только белорусская проблема, а проблема, которая присуща любому обществу.

«Отличие между демократическим обществом и авторитарном заключается в том, как власти реагируют на ту или иную информацию и поставленные проблемы. Мы вынуждены отмечать, что Беларусь не пришла к осознанию того, что необходимо принимать меры к расследованию каждого ставшего известным случая жестокого, бесчеловечного обращения либо пыток, любого случая необоснованного применения физической силы со стороны представителей органа правопорядка. Мы подчеркиваем, что требуем не наказания бездумного всех тех, кто причастен к той или иной сложившейся ситуации, а говорим о расследовании. Государство не понимает того факта, что далеко не каждая смерть в местах лишения свободы – прямая вина места лишения свободы. Но когда эта смерть не получает расследование, то мы как представители гражданского общества имеем право говорит о том, что государство нарушило право на беспристрастное расследование», - сказал правозащитник.

Одна из первых рекомендаций от правозащитников государству – публично и недвусмысленно осудить применение всех форм пыток, обращаясь, в частности, к сотрудникам правоохранительных органов, вооруженным силам и сотрудникам тюрем, включив в данные заявления ясное предупреждение о том, что любой человек, совершающий или участвующий в подобных действиях и как сообщник, понесет личную уголовную ответственность.

Когда речь идет о положении в местах лишения свободы, возможности общественного наблюдения за ситуацией там серьезно ограничены, и в первую очередь – законодательно. Именно с этого следует начать улучшение ситуации с общественным контролем – с изменения законодательства.

Кроме этого отмечается, что на практике нарушаются и те немногочисленные права представителей ОНК, которые выбывают для проверки положения в местах лишения свободы. В частности, ПЦ «Весна» рассказывал о ситуации с политзаключенным Михаилом Жемчужным, которого в ходе посещения колонии представителями ОНК не представили, несмотря на имевшееся заявление, мотивировав это тем, что Михаил Жемчужный находится в штрафном изоляторе.

«Тогда как мы должны понимать, что именно такие сложные места содержания, как ШИЗО, должны быть в первую очередь в фокусе внимания общественного контроля, а не бани и столовые», - уверен Павел Сапелко.

Таким образом, правозащитники предлагают создать полностью независимые органы с полномочием осуществлять независимые и эффективные визиты в места несвободы без предварительного предупреждения, обеспечить наличие среди их членов правозащитников, специалистов в медицинской сфере, осведомленных о соответствующих международных стандартах, а также международных экспертов и других представителей гражданского общества. Обеспечить возможность их членам говорить один на один с заключенными, результаты подобного мониторинга и рекомендации должны быть открыто обнародованы в разумные сроки.

А также предоставить представителям ОНК возможность посещать и иные места несвободы, в том числе в отделения милиции, следственные изоляторы, помещения службы безопасности, места содержания под стражей по административному обвинению, изоляторы медицинских, психиатрических учреждений, тюрем и другие места несвободы.

Есть блок проблема, который касается смертей заключенных, которые не всегда получают соответствующее расследование. Правозащитниками сделана рекомендация, что заключенным должны быть обеспечены те же стандарты медико-санитарного обслуживания, которые существуют в обществе, и им должен быть обеспечен бесплатный доступ к необходимым медико-санитарным услугам.

Павел Сапелко затронул вопрос и смертной казни в Беларуси. В докладе констатируется, что в течение отчетного периода Республика Беларусь не предпринимала мер по изменению законодательства, регулирующего применения смертной казни. Процедуры приведения приговоров в исполнение остаются прежними (несообщения родственникам о приведении приговора в исполнение, о месте захоронения).

«И как одно из важных обстоятельств в докладе отмечается тот факт, что в девяти случаях смертные приговоры были приведены в исполнение, несмотря на то, что в отношении приговоренных были начаты процедуры защиты в соответствии с правилами процедуры КПЧ», - подчеркнул правозащитник.

Особую обеспокоенность правозащитного сообщества вызывает и то, что смертные приговоры, вынесенные Верховным судом, осужденные не в праве обжаловать. И никаких подвижек в законодательстве по этому поводу до сих пор сделано не было, как и никаких официальных заявлений о возможности ратификации Республикой Беларусь второго факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах, либо о возможности введения моратория на применения смертной казни, либо ее полной отмене.

Правозащитниками были предложены рекомендации государству и по этим вопросам.

Сергей Дроздовский из «Офиса по правам людей с инвалидностью» заметил, что власть не чувствительна к понимаю того, что состояние здоровья человека и его особые потребности остаются за кадром стандартов нахождения человека в местах несвободы. Отсутствие контроля и оценки условий содержания – один из принципиальных моментов, потому что для многих людей необходимы дополнительные меры по поддержанию здоровья или созданию равных условий для пребывания в этих местах.

«Отсутствие должного медицинского сопровождения, наличия достаточного количества врачей по отдельным видам заболеваний, которые позволяли бы поддерживать состояние здоровья на прежнем уровне, зачастую приводит или к смерти, или к необратимому ухудшению здоровья», - уверен правозащитник.

Отсутствие возможности обратится к нужному врачу сопряжено с практической невозможностью реализации гарантии заключенных на то, чтобы пройти в необходимое время обследование для определения возможности дальнейшего пребывания человека в местах несвободы. При этом иногда это сопряжено с негативным действие других сфер законов, в частности закона «О психиатрической помощи», который совершенно свободно допускает принудительное лечение.

«Это является отдельным направлением в альтернативном докладе: зафиксированы моменты, когда никоем образом не урегулировано помещение, содержание человека до суда в местах несвободы, все действия не имеют достаточных мер обеспечения равного подхода к этим лицам при проведении процессуальных процедур», - заключил Сергей Дроздовский.

Он обратил внимание на то, что возможность принудительного психиатрического лечения также вызывает значительное нарекание поскольку используется как карательный метод.

В докладе содержатся факты того, что лица не имевшее ранее проблем с психическим здоровьем, не имевшие подтверждений, направляются в закрытые психиатрические учреждения, где практически невозможно оценивать то, каким образом будет происходить с ними дальнейшее обращение. И свидетельства, поступающие к правозащитникам, говорят о негативных фактах.

«В целом наши рекомендации касаются крайне острых проблем, решение которых в принципе должно повлечь за собой изменений в законодательстве, инфраструктуре и процессуальных действий», - сказал Сергей Дроздовский.

В заключительной части мероприятия Виктория Федорова затронула вопросы высылки иностранных граждан в страну, где им угрожают пытки, и привела случай Мурада Амриева, который без соблюдения процессуальных норм был передан белорусской стороной российским коллегам.

Также в доклад были включены факты применения пыток в армии и предложен ряд мероприятий Министерству обороны для того, чтобы воинские части были более открыты для общественного контроля и более безопасны для солдат.

Виктория Федорова указала и на то, что кроме отказа в визите спецдокладчику ООН, Беларусь также не сделала заявление по ст. 21 и 22 Конвенции против пыток, которые дают право гражданам Беларуси обращаться в Комитет против пыток в случае нарушения их прав.

Правозащитники представили альтернативный доклад против пыток в Минске

Файлы

Последние новости

Партнёрство

Членство