Злостно «отказывался выполнять работы по уборке»

2018 2018-02-16T16:25:57+0300 2018-02-16T16:30:04+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/sapielko-belgazeta.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Уголовная статья 411 (злостное неповиновение требованиям администрации исправительного учреждения) сегодня вызывает много споров. Законодатели считают ее стимулом для законопослушности заключенных, а правозащитники - элементом расправы с неугодными осужденными. В чем же ее главные противоречия? Об этом «БелГазета» поговорила с юристом правозащитной организации «Весна» Павлом САПЕЛКО.

Сразу стоит отметить, что за бунты в тюрьмах и колониях, организацию там преступной группы, нападение на администрацию осуждают по другой статье УК РБ - 410, предусматривающей от 2 до 10 лет лишения свободы. А преступления по ст.411 не представляют большой общественной опасности. По ней осуждаются за «злостное неповиновение законным требованиям администрации исправительного учреждения, исполняющего наказание в виде лишения свободы, либо иное противодействие администрации в осуществлении ее функций лицом, отбывающим наказание в ИУ». Санкции статьи предусматривают до 2 лет лишения свободы. Тем не менее благодаря ей осужденный может засидеться на зоне значительно дольше назначенного ему первоначально срока.

- Например, к нам обращался заключенный, который в 2004г. был приговорен к 5 годам 6 месяцам лишения свободы, но трижды был осужден по ст.411 УК, и в результате частичного сложения наказаний его срок увеличился до 10 лет 7 месяцев, т.е. в два раза!

Другой заключенный дважды был осужден по этой статье и вместо назначенных судом трех с половиной лет отбыл семь. За что? За то, что он «отказывался выполнять требование начальника отряда об уборке помещения», «разговаривал после отбоя», допускал иные мелкие нарушения, приводит примеры Павел Сапелко.

Павел Сапелко. Фото: belgazeta.by
Фото belgazeta.by

Неясное определение

- Диспозиция ст.411 допускает неопределенное толкование терминов. Понятие «злостное неповиновение» отсутствует в нормативных актах, определяющих права и обязанности заключенных. Нет четкого определения и того, что является «иным противодействием администрации в осуществлении ее функций». Все это дает простор для избирательного подхода администрации при принятии решения о привлечении заключенных к уголовной ответственности, поясняет юрист.  Данная статья - наследие законодательства СССР, которая после его развала осталась только в ряде стран: Беларуси, Казахстане, Узбекистане, Украине. А в России, странах Балтии ее уже нет.

Но даже в СССР признавалась спорность этой статьи. Так, в постановлении пленума Верховного суда СССР от 21.06.1985г. N10 «О судебной практике по делам об уголовной ответственности за действия, дезорганизующие работу исправительно-трудовых учреждений» указывалось: «Суды не должны допускать случаев осуждения… за действия, образующие состав злостного неповиновения администрации исправительно-трудового учреждения либо иного преступления, а также за малозначительные действия, которые лишь формально попадают под признаки преступления, а по существу представляют собой нарушение требований режима, наказуемое лишь в дисциплинарном порядке».

А в современной Беларуси эта проблема не стала предметом обсуждения Верховного суда, хотя не менее актуальна, уверен Павел Сапелко: «Верховный суд мог бы дать четкие разъяснения понятий и пояснить, при каких обстоятельствах действия осужденных подпадают под уголовное преследование, а когда влекут лишь дисциплинарное взыскание».

Неравные возможности

- Для возбуждения уголовного дела по ст.411 необходимо наличие у осужденного дисциплинарного взыскания в виде перевода в помещение камерного типа, специализированную палату, одиночную камеру или тюрьму. Но и тут есть проблема с определениями. УПК не содержит закрытого перечня нарушений, которые могут повлечь дисциплинарную ответственность. Кроме того, за нарушения могут применяться разные взыскания, которые определяют сотрудники ИУ, а не суд. То есть при одинаковых правонарушениях могут быть приняты совершенно разные дисциплинарные меры: кто-то за не застеленную кровать получит выговор, а кого-то посадят в камеру, а потом еще и осудят к дополнительному сроку.

Заключенные имеют право обжаловать эти дисциплинарные взыскания. Но рассмотрение их жалоб по закону производится в гражданско-правовом порядке и, как правило, происходит без их участия. Также осужденные находятся в неравном положении с администрацией колонии в части предоставления доказательств. Судебные заседания по вопросам перевода в тюрьму, рассмотрение уголовных дел по ст.411 проходят в местах лишения свободы, и попасть на них достаточно сложно. Поэтому общественного контроля за этим нет, и мы не знаем масштаба проблемы.

В 2017г. случился показательный прецедент: суд оправдал правозащитника Андрея Бондаренко, осужденного по этой пресловутой статье, посчитав, что совершенные им дисциплинарные проступки не свидетельствовали о злостном неповиновении требованиям администрации (см. «БелГазету» N1 за 2018г.). Этот случай подтверждает проблему вольной трактовки и злоупотребления нормами закона со стороны администрации ИУ.

Вынужденное неповиновение

- Одни из наиболее частых формулировок, по которым осужденных привлекают к дисциплинарной ответственности, звучат так: «Не выполнял работы по коллективному самообслуживанию», «отказывался убирать места общего пользования», продолжает Павел Сапелко. Но что за ними скрывается? А скрывается неизжитая традиция: если кто-то по указанию администрации идет мыть туалет, он автоматически переводится в категорию отверженных, занимает низшее место в «иерархии», теряет остатки прав, подвергается жестокости и насилию. Если руководство не может решить эту проблему, получается, что оно само не исполняет свои обязанности по отношению к заключенным. Мы сталкиваемся с тем, что администрация ИУ, наоборот, охотно эксплуатирует эту традицию как средство давления на заключенных, попавших по самым разным причинам в немилость. Поэтому зачастую по ст.411 осуждаются не злостные дебоширы, а заключенные, которые не готовы в силу своих убеждений и чувства личного достоинства исполнять распоряжения, направленные на унижение и понижение статуса.

Примечательно, что и эта проблема была признана в СССР, отмечает юрист: «В постановлении пленума Верховного суда СССР от 2 марта 1989г. N1«О судебной практике по делам о преступлениях, совершаемых в исправительно-трудовых учреждениях» красноречиво указывалось: «Суды по многим делам не принимают во внимание негативное воздействие среды, неправильное поведение представителей администрации и другие обстоятельства, которые в совокупности нередко приводят к совершению осужденными новых правонарушений». Положение в колониях с тех пор изменилось не сильно, считает юрист.

Неадекватное наказание

- Преступления по ст.411 относятся к не представляющим большой общественной опасности. Однако единственный вид наказания за них - лишение свободы, обозначил еще одну проблему Сапелко. При этом за более тяжкие преступления, совершенные осужденными, например кражу или грабеж, причинение менее тяжкого телесного повреждения, могут назначить штраф или ограничение свободы. Это противоречит принципам справедливости и гуманизма. Кроме того, получается, что человека дважды наказывают за одно и то же: сначала он несет дисциплинарную ответственность за проступки, а потом за их совокупность - уголовную.

Законодатели утверждают, что это новое деяние осужденного, но на самом деле - это «сумма» предыдущих взысканий с оценкой «злостное неповиновение». Эту статью нужно отменить, считает юрист.

Доводы законодателей 

«Весна» и другие правозащитные организации направляли письма с этим требованием депутатам Нацсобрания. Пока законодатели отвечают отрицательно. Основные их доводы таковы:

- Ст.411 призвана стимулировать законопослушное поведение осужденных, соблюдение ими правил внутреннего распорядка, противодействовать распространению девиантного стиля поведения.

- Порядок признания лица злостно нарушающим установленный порядок отбывания наказания в виде лишения свободы строго регламентирован в законе (ст.117 УПК). Решая вопрос о привлечении лица к уголовной ответственности по ст.411, орган предварительного следствия, прокурор и суд обязаны проверить законность предварительного применения к осужденному предназначенных ранее мер дисциплинарного взыскания, что не дает администрации ИУ возможности злоупотреблять своим служебным положением в части свободного привлечения к ответственности за незначительные провинности.

- Как и по всем другим видам преступлений, оценка доказательств виновности лица и приговор по делу определяется только судом.

«Отсидел по ст. 411, а вред не возмещают»

Павел Сапелко прокомментировал письмо от осужденного Алексея Позняка, которое он прислал в «БелГазету».

За отказ «выполнить хозяйственные работы по уборке и благоустройству территории учреждения» он 4 раза водворялся в штрафной изолятор сроком от 7 до 15 суток, а на пятый раз был помещен в помещение камерного типа сроком на 3 месяца. После отбытия этого дисциплинарного взыскания за то же самое трижды был водворен в ШИЗО, а затем в 2009г. осужден по ч.1 ст.411. Как следует из документов, дело несколько раз пересматривалось из-за односторонности и неполноты судебного следствия. В итоге в 2017г. президиум Гродненского облсуда изменил предыдущие приговоры и освободил его от наказания, назначенного по ч.1 ст.411 в виде одного года лишения свободы, поскольку со дня совершения преступления и до дня постановления судебных решений истекло более двух лет.

Алексей Позняк посчитал, что незаконным содержанием под стражей ему был причинен вред и подал иск в суд о признание права на возмещение вреда. Однако суд решил, что он не относится к лицам, имеющим на это право, и отказал (руководствуясь ст.460-462 УПК). Правомерно ли это, спрашивает сиделец Позняк?

- Прекращение уголовного преследования в связи с истечением срока давности не является реабилитирующим основанием, поэтому, скорее всего, отказ в возмещении вреда правомерен по нашему законодательству, поясняет Павел Сапелко. Международные нормы - иные. Согласно Международному пакту о гражданских и политических правах, «если какое-либо лицо окончательным решением было осуждено за уголовное преступление и если вынесенный ему приговор был впоследствии отменен или ему было даровано помилование на том основании, что какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки, то это лицо, понесшее наказание в результате такого осуждения, получает компенсацию согласно закону, если не будет доказано, что указанное неизвестное обстоятельство не было в свое время обнаружено исключительно или отчасти по его вине». Компенсация за судебную ошибку возможна, когда соответствующая судебная инстанция вынесла окончательное решение по данному делу. С точки зрения международных правил, он имеет право на возмещение вреда.

Последние новости

Партнёрство

Членство