О жизни в исправительных колониях: рассказ бывшего заключенного. Часть 2

2017 2017-12-14T17:35:51+0300 2017-12-14T17:37:16+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/kraty-6.jpg

Сегодня на каждые 100 тысяч жителей Беларуси приходится примерно 314 заключенных. Почти 30 тысяч человек находится по ту сторону решетки. Небольшой районный центр, как Новогрудок или Береза. И это только те, кто в настоящий момент отбывает наказание в исправительных и воспитательных колониях, находится в СИЗО и тюрьмах, в колониях-поселениях и лечебных исправительных учреждениях. "Правозащитники против пыток" задумались, что же в действительности происходит за воротами исправительных структур и попросили Вячеслава (имя изменено), не понаслышке знакомого с буднями исправительных колоний, рассказать о том, как ему там жилось.

Первая часть интервью

Свободное время и праздники

На Новый год нам дали возможность смотреть телевизор до часа ночи или даже до двух. Праздничный стол сами готовили: купили в ларьке коржи, сгущенку, салатов наделали.  И на зоне давали праздничный обед. У меня на диете вкусно было! Колдуны со сметаной! Ведь сметану не продают. Тоже странность: в одних колониях продают, в других нет. Тех, кто без диеты, тоже тогда не обидели: у них было хорошее картофельное с мясом.

Что касается свободного времени, то в нарды, шахматы, домино можно играть сколько хочешь. Карты запрещены. Нет смысла играть в них на интерес, потому что если поймают, то сразу попадешь в изолятор. Овчинка выделки не стоит.

Иногда в зоне бывают концерты. Я раз 5 ходил. Разные артисты приезжают: исполнители шансона, были две девчонки из Минска, которые в клубах танцуют. Пойти все не могут. Зал рассчитан на 500 человек, а в колонии больше 2000 заключенных. Вот и считайте. Если хочешь пойти, то записываешься в список к завхозу. Он смотрит, есть ли нарушения. Потом это список еще и отрядник посмотрит: кого-то вычеркнет, кого-то допишет. Как правило, если сильно хочешь на концерт, то пойдешь. Но в зоне всегда есть те, кто никогда туда не попадет.

Есть библиотека. Много книг. Но ходят туда в основном «пенсионеры», а молодежь своими книжками меняется. В зоне книг много гуляет.

Сейчас народ стал просвещаться. Не «Я-Вор в законе» Сухова читают, а психологию. Но тут тоже все индивидуально: кто-то любит детективы, романы, а кому-то хочется, чтобы что-то и в голове осталось. Если человек сидит 10 лет, то он не будет пустое читать, чтобы на завтра из головы вылетело.

Юридическую литературу тоже можно иметь. У заключенных на руках хватает всего такого. Много адвокатов сидит.

Об обучении

Когда я был на зоне, появилась возможность получить высшее образование. Платное, кажется. Есть еще ПТУ. Учатся там, но не сильно напрягаются. Максимум часов 5 в неделю на занятиях проведут.

Учителя все приходят со свободы. Практика для учащихся еще какая-то организуется. Даже для учебных целей компьютером пользоваться нельзя, разве что только в клубе.

О медобслуживании

За год при мне умерли от болезней 4 человека. У кого-то была пневмония, у кого-то рак. Вот узнал недавно, что мой знакомый умер от рака желудка. На свободе умер. Его из больницы увезли.

В колонии есть санчасть. Честно сказать, неважная. Если у меня прихватит сердце, то я каждый день должен буду ходить за таблетками. Таких больных обычно собирается человек 70 в помещении в 9 кв. метров. Люди буквально стоят один на одном. Не знаю, как обстоят дела с диагностикой, видел только, как снимали ЭКГ и делали флюорографию.

Попасть на обследование за пределы зоны сложно. Вот мне плохо сегодня, я получаю направление, но в очереди буду, допустим, пятым. А это значит, что попаду в больницу только через 1,5 – 2 месяца. Хотя если человеку стало совсем плохо, сознание потерял, то случается, что и на скорой увозят.

О заключенных с ВИЧ-статусом

ВИЧ-инфицированные отбывают наказание вместе со всеми. Специальных отрядов нет, хотя когда-то были. По отношению к ним, тут все от человека зависит. Я видел людей, которые, когда узнавали про статус, переставали здороваться за руку. Для меня это такие же люди, как и все остальные.  Ты можешь даже не узнать, что человек ВИЧ-инфицированный, если он сам тебе не скажет. Администрация тоже не делала особенных различий. Я бы сказал, что у ВИЧ-инфицированных были свои плюсы. Во время обысков, так называемых «шмонов», в пакет к ним особо никто не лез.

Если  человек захочет, он может написать у себя на бирке, что о своем ВИЧ-статусе. Но это по желанию.

Терапию им давали каждый день. Но при мне сами же ВИЧ-инфицированные заключенные ухудшили для себя условия жизни в колонии. Бывало, что объедались этими таблетками с терапии, угощали других. От них можно было какой-то приход получить, не знаю точно. Вот так дообъедались, что тот, кого угостили потерял сознание.  Начальник колонии (его еще “хозяйка лагеря” называют), чтобы не было больше подобных инцидентов, сделал так, чтобы заключенные с ВИЧ-статутсом за терапией ходили ежедневно.

О религии

С религиозными культами проблем не было. Батюшка не раз заходил, и католические священники были, и священники от протестантов. На Пасху постоянно приходят, чтобы продукты посвятить.

Мусульмане у нас в отряде были. Человек пять, наверное. Народ, по большей части, относился к ним с пониманием. Молиться точно никто не мешал. Ну а свинину нам и так не давали, в лучшем случае курицу или странную говядину, поэтому проблем не возникало.  Помню, как один заключенный принял Ислам. Обычно на такое идут только в крайнем случае: или проигранные, или убийцы, насильники. Те, кому есть что замаливать. Хотя я не понимаю, зачем они все это делают напоказ.

О наказаниях и ШИЗО

Нарушение на зоне можно получить на ровном месте. Вышел в 30-градусную жару на улицу покурить в сланцах, а там начальник идет. Если у него нет настроения, может начать цепляться: “Почему ты в шапке? Почему без шапки? Почему воротничок?” Или зайдет в кубрик зимой, а в мороз все в бараке курят, чтобы не надевать телогрейки. Попадаться нельзя.  Попался – точно запишут нарушение.

Хотя в ШИЗО сразу обычно не отправляют. Бывает так: покурил – лишили посылки, вышел в тапочках покурить – лишили свидания. Я за курево раз 5 попадался. Лишали посылок, на свидания я не ходил. Если лишать больше нечего, получишь 5-7-10 суток изолятора. Но это тоже зависит от настроения начальника.

Тех, кто сидит за наркотики, при первом нарушении сразу лишают посылки, а они держатся за счет этих посылок. Им положено три посылки в год по 30 кг, Лишится ее равносильно концу света.

В ШИЗО тебя определяют в камеру метра 1,5 на 2-2,5. Обычно в ней 2-3 человека, но бывает по-разному. Костюм хлопчатобумажный дают. Сесть днем можешь только на пол. Сидеть очень жестко. Хотя камеры в ШИЗО разные бывают, но в чем особенность: сколько бы человек с тобой в камере не сидело, вам все равно будет тесно.

Написать жалобу можно без проблем. Юристов на зоне хватает. Вопрос в том, выйдет ли она. Конверт же отдаешь незапакованным. Потом вызовут и скажут, чтобы не занимался ерундой.

Хотя если очень надо отправить, то найдешь, как это сделать, но точно не по процедуре.

О телефонах и стукачах

Мобильные телефоны на зоне плавали. Как-то проносили. Через свидания, в основном. Знаю, что были у людей, которые сидели за наркотики. Но мобильником можно пользоваться, только если о нем знаешь ты один. Никому нельзя говорить.

Вообще каждому заключенному положено 5 разрешенных звонков в месяц. Обычно хватает. Если что-то экстренное случилось: ребенок родился, день рождения, то можно написать заявление, тогда без проблем разрешат позвонить.

С плавающими телефонами не договоришься. Боятся. Стукачей хватает. Мне кажется, что через одного. Особенно среди тех, кто на должностях сидит: завхозы, председатели комитетов, есть и такие, у кого в бумагах написано, что сотрудничает с милицией.

О других заключенных

На зоне можно найти кого угодно. Такие люди сидят! Директора заводов, мясокомбинатов, директор Данькофф-клуба. Все знают, кто они.

Человек, который на свободе занимал высокое положение, не будет там себя плохо чувствовать. Даже пенсионеры хорошо сидят. У него пенсия 400 рублей: 200 потратит в лавке и ему этого хватит для комфортной жизни, а остальные еще будет домой отсылать.

Все нормальные должности на зоне занимают люди, которые и на свободе занимали должности. Везде так. В клубе работают, в комитетах. У тех, кто работает в клубе, есть доступ к компьютеру. Ставят фильмы, программы, музыку.

Друзей в зоне заводить нельзя. Неправильно это. Хотя когда сидишь, обычно с кем-то кушаешь. Как правило, это 2-3 человека. Называются семейные. В основном земляки так сходятся. Обычно ты с кем-то общаешься какое-то время, а потом он приглашает тебя покушать. Дальше вы будете делиться посылками, другими вещами. Хотя каждый сам решает, делиться ему или нет. Есть и те, кто никогда не делится.

Последние новости

Партнёрство

Членство