ЛТП. Лечение или заключение?

2017 2017-08-30T11:10:09+0300 2017-08-30T12:37:10+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/ltp_0.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»
Светлогорское ЛТП. Фото «Гомельская правда»

Светлогорское ЛТП. Фото «Гомельская правда»

За первое полугодие 2017 года в белорусские лечебно-трудовые профилактории было направлено 4416 человек, пишут Naviny.by. Лечат ли в ЛТП от алкоголизма или просто временно изолируют тех, кого не в состоянии терпеть уже даже собственные семьи?

«ЛТП или две свежие могилы на сельском кладбище? Я бы выбрал ЛТП»

Ежегодно более семи тысяч человек проходит через ЛТП. Белорусские и международные правозащитники критикуют данную меру, но она — вынужденная, и альтернативы ей пока нет, заявил первый заместитель председателя Верховного суда Валерий Калинкович в августе. 

«Но кто и что предложил взамен? — задал он вопрос. — Спросите соседей или членов семьи: как им жилось до того, как человека отправили в ЛТП, и сейчас? В ЛТП отправляют не просто людей с хроническим алкоголизмом. Туда попадают те, кто систематически нарушает права других людей, поэтому мы вынуждены действовать именно так». 

По словам Калинковича, почти половина преступлений в Беларуси совершается в состоянии алкогольного опьянения.

«Когда семейный скандал переходит в убийство нескольких человек, что лучше: ЛТП или две свежие могилы на сельском кладбище? Я бы выбрал ЛТП», — заявил первый зампредседателя Верховного суда.

Консультант реабилитационного центра «Исток» Дмитрий Сулим, который по собственному опыту знает, что такое наркотическая зависимость согласен с тем, что каждый человек хочет жить в обществе, где его ребенок будет без опаски ходить по улицам:

«Мы хотим спокойно возвращаться домой, чтобы возле подъездов никто не лежал, чтобы там плохо не пахло. Я живу на окраине Минска, на Ангарской. Там в любое время возле магазина стоят пять-шесть человек, к которым страшно подойти. Вот и приходит мысль: в какой-то момент изоляция некоторых людей оправдана. Например, если человек находится на той стадии заболевания, когда уже происходят органические изменения».

Кроме того, нахождение в ЛТП несколько продлевает жизнь его постояльцам, ведь доступ к алкоголю там ограничен, а питание — регулярное. В то же время опредление в ЛТП, изоляция алкоголиков — это советский подход, считает Дмитрий Сулим.

По его мнению, проблема усугубляется тем, что в настоящее время через ЛТП проходят совсем молодые люди: 

«К нам на реабилитацию попадают 19-летние юноши, которые прошли через ЛТП. Меня это шокирует, особенно с учетом того, что они рассказывают, что в ЛТП сотни молодых людей до 25 лет».

Помещение в ЛТП является необходимым в случае, если идет речь об алкоголиках, которые совершают правонарушения, являются домашними насильниками, считает главный нарколог Министерства здравоохранения Беларуси Иван Коноразов

«Таких людей необходимо изолировать от общества. Тех же, кто правонарушений не совершил, в ЛТП не помещают, они получают медицинскую помощь в организациях здравоохранения».

В положительном эффекте системы ЛТП сомневается правозащитник Валентин Стефанович.

«Сотрудники милиции говорят об ЛТП, что он дает возможность отдохнуть семьям от алкоголиков-дебоширов. Эта проблема очень широкая, она затрагивает и аспект защиты жертв семейного насилия, и зависимости женщин от мужчин, например, невозможность разъехаться из-за материальных проблем. Получается, что даже если женщина отдохнет полтора года (обычный срок, на который помещают в ЛТП), алкоголик вернется, проблемы начнутся заново, потому что временная изоляция их не решает», — поясняет Стефанович.

По его мнению, «государству необходимо сосредоточиться на более прогрессивных мерах, которые не связаны с репрессивными практиками в отношении лиц с алкогольной зависимостью с использованием опыта других стран».

Правозащитники оценивают систему ЛТП как содержание под стражей, лишение свободы вне рамок уголовного преследования, не в связи с совершением преступления.

«Первое. Мы считаем, — сказал Валентин Стефанович в комментарии для Naviny.by, — что помещение в ЛТП нарушает конституционные права в части, которая гласит, что лишение свободы может быть только в отношении лица, совершившего уголовное преступление на основе приговора суда. Второе — в ЛТП используется практика принудительного труда».

Лечат или не лечат?

То, что ЛТП, по сути, является временным лишением свободы, доказывается тем обстоятельством, что из лечебно-трудового профилактория могут освободить досрочно: 

«Лечение ведь не заканчивается досрочно, от реабилитации тоже не освобождают до ее окончания. Кроме того, алкоголизм не включен в список социально-опасных заболеваний, лечение которых проводится принудительно в закрытых учреждениях».

Опыт работы правозащитника показывает, что многие попадают в ЛТП повторно, а тех, кто выходит после ЛТП в ремиссию, единицы, если такие вообще есть.

С этим согласен и Дмитрий Сулим. Он постоянно сталкивается с людьми, которые после возвращения из ЛТП вновь начинают пить:

«Я не встречал людей, которые после ЛТП вернулись к нормальной жизни — трудоустраивались, прекращали употреблять алкоголь. Те, кто прошел ЛТП, рассказывают, что распорядок там такой — их выводят на работу, дают какие-то таблетки. Вроде, есть психолог, но люди отзываются о лечении негативно. Могу сделать вывод, что реабилитация в ЛТП не работает».

Дмитрий Сулим настаивает, что алкоголизм и наркомания являются прогрессирующими неизлечимыми заболеваниями, которые не лечатся трудотерапией или только медикаментозно. Нужен комплексный подход:

«Если раньше длительная ремиссия (трезвая жизнь. — Naviny.by) для алкоголика или наркомана была чем-то из области фантастики, сегодня есть много реабилитационных центров, различных сообществ, поддержка которых помогает людям десятилетиями оставаться трезвыми и социализироваться. Можно менять жизнь, работать над ее качеством и продлевать ремиссию. Другое дело, что надо признать болезнь и свою капитуляцию перед болезнью».

Даже для опустившихся алкоголиков надо искать другие способы изоляции, считает Сулим:

«Например, организовывать дома-приюты для таких людей, где они будут получать какой-то уход. Даже закрытые учреждения могут быть разного типа. Например, я видел несколько ЛТП, в том числе расположенное на месте бывшей колонии, где соответствующий антураж. Какое там может быть лечение? Понятно же, что можно сделать всё более цивилизованно. Присмотр должен быть, но не проволока же колючая! У нас, похоже, менять ничего не собираются».

Год назад главный нарколог Минздрава Главный нарколог Министерства здравоохранения Беларуси Иван Коноразов заявил, что Минздрав и МВД перешли на новый уровень совершенствования работы ЛТП и уже есть качественные изменения.

Как рассказал Иван Коноразов, второй год в ЛТП № 1 и № 5 продолжается научный проект по комплексной реабилитации больных алкоголизмом, им охвачено около 150 человек. Результаты в группах очень хорошие, благодаря использованию мультидисциплинарного подхода, отметил главный нарколог Минздрава:

«Там есть и трудовая, и медицинская, и социальная реабилитация. Эту систему можно сравнить с практиками, которые используются в зарубежных реабилитационных центрах. Я лично был в этих ЛТП, разговаривал с врачами и видел эффективность работы. Согласно данным наркологической службы (после выхода из ЛТП человек обязан там наблюдаться), годовая ремиссия была более чем у половины тех, кто прошел через такое лечение».

В целом же, отметил Коноразов, «эффективность лечения зависит от реабилитационного потенциала человека, который оценивается в рамках проекта при поступлении в ЛТП».

Цель Минздрава и Департамента исполнения наказаний МВД — распространить наработки, полученные в рамках проекта, на всю систему ЛТП.

«Мы выступаем за то, — сказал Коноразов, — чтобы не просто изолировать этих людей, а комплексно походить к их реабилитации с использованием психотерапии, психологической помощи и трудотерапии. В идеале необходимо, чтобы на 30 человек был один психолог и один социальный работник. Вместе с тем, отмечу, что для тех, кто помещается в ЛТП, важна поддержка «равных», например, групп анонимных алкоголиков. По нашим сведениям, в ЛТП группы анонимных алкоголиков и наркоманов работают».

Что делать?

Судя по всему, система ЛТП кардинально не изменится в ближайшее время. Валентин Стефанович считает, что временная изоляция уж точно не решит проблему алкоголизации страны:

«В том виде, в каком существует система ЛТП, я бы ее ликвидировал. Лишение свободы без совершения уголовного преступления неприемлемо. Надо искать какие-то другие формы».

Тем более что существующие обходятся в копеечку. Содержание одного постояльца лечебно-трудового профилактория обходится бюджету примерно в 100 рублей в месяц, сообщает сайт Витебского УВД.

Стефанович считает, что государству необходимо, прежде всего, сосредоточиться на мерах антиалкогольной политики, например, ограничить продажу спиртных напитков поздним вечером:

«У наших соседей, в Литве, где потребление алкоголя высокое, принимаются соответствующие меры. Там после 10 вечера не купишь алкоголь. У нас же то вводился, то отменялся запрет. Думаю, если бы запрет на ночную продажу работал, это была бы хороша антиалкогольная мера, как и увеличение возраста, с которого может продаваться алкоголь. Известны и другие меры, которые приводят к уменьшению потребления алкоголя. Пока же нация спивается, чего греха таить».

Однако власти пока вполне удовлетворены результатами мер, которые применяются в рамках антиалкогольной государственной политики, так как статистика демонстрирует снижение потребления алкоголя в стране.

Иван Коноразов считает, что не стоит гиперболизировать проблему алкоголизации населения Беларуси: «По оценочным данным, 80% алкоголя потребляется 20% жителями страны, где он производится».

Последние новости

Партнёрство

Членство