Валерий Филиппов: «Отмена смертной казни – необходимейший шаг для Беларуси»

2009 2009-09-11T13:59:17+0300 1970-01-01T03:00:00+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/filippov-20.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Валерий Филиппов один из первых правозащитников в Беларуси, который обратил внимание на проблему смертной казни в нашей стране. Под редакцией В.Филиппова изданы три книги, посвященные праву на жизнь: «Смертная казнь. Да? Нет?» 2001г., «Отмена смертной казни в Республике Беларусь» и третье издание «Право на жизнь и запрет пыток: европейские стандарты и законодательство Республики Беларусь» вышла в 2008 году.

В интервью с Валерием Викторовичем мы не просто искали аргументы в пользу отмены смертной казни, а постарались углубиться в саму проблему существования этого вида наказания в нашей стране.

 

Смертная казнь противоречит
принципам уголовного наказания

 

- Валерий Викторович, Вы  одним  из первых начали заниматься вопросами смертной казни. Что побудило вас обратить внимание на эту проблему?

 

- Абсолютное отсутствие логики. В Конституции нашей страны записано, что государство гарантирует право на жизнь. Право на жизнь является неотъемлемым правом каждого человека, которое невозможно ограничить. Либо оно есть, либо его нет. Однако государство позволяет себе отнимать это право у человека. Тогда зачем в Конституции его гарантировать каждому? Реальная практика в нашем государстве приходит в вопиющее противоречие с Конституцией. Это меня и поразило. Я начал более внимательно относиться к данной проблеме и стал замечать другие несоответствия.

 

- Смертная казнь как наказание - насколько она соответствует целям уголовной ответственности?

 

- Смертная казнь фигурирует в Уголовном кодексе Республики Беларусь как вид наказания. Но смысл этого наказания никак не стыкуется с целями уголовного наказания. Принципы Уголовного кодекса обозначены в статье 7: «Лицу, совершившему преступления, должны быть назначены наказания или меры уголовной ответственности для его исправления». О целях уголовной ответственности в Кодексе сказано: «уголовная ответственность имеет целью исправление лица, совершившего преступление, и предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и другими лицами». И далее, наказание должно быть «необходимым  и достаточным для исправления преступника». Мы видим абсолютно нелогичные вещи. Как исправлять, если его попросту лишили жизни? Или как при этом предупредить совершение «новых преступлений»?

 

Первая часть формулировки целей – «уголовная ответственность имеет целью исправление лица, совершившего преступления, и предупреждение совершения новых преступлений» - в юриспруденции называется частной превенцией. Вторая часть – «как осужденными, так и другими лицами» - это уже общая превенция. Так вот, юристы сходятся во мнении, что цели ни частной, ни общей превенции смертная казнь не решает. Как вид наказания смертная казнь не может рассматриваться, потому что это возмездие, кара, что противоречит принципам уголовного наказания, в которых заложено исправление преступника. В уголовном законодательстве и Республики Беларусь и других стран фигурирует именно исправление преступника, иного не указано. Поэтому лишение человека жизни вступает в противоречие с целями и принципами уголовной ответственности. Следовательно, с точки зрения формальной логики в Беларуси надо либо менять Уголовный кодекс, либо отменять смертную казнь.

 

- Но многие люди опасаются, что отмена смертной казни приведет к росту преступлений...

 

- На эту тему было проведено много исследований. И их результаты, причем, хорошо обоснованные, показывают, что уровень преступности не зависит от наличия или отсутствия смертной казни в стране. Неотвратимость наказания – вот, пожалуй, наиболее серьезный сдерживающий мотив для преступников. Уровень преступности, на самом деле, определяется не только системой мер уголовного наказания, а целым рядом иных факторов - стабильностью экономической обстановки, уровнем коррупции в стране и т.п.

 

К тому же, одной из серьезных проблем нашего общества является алкоголизация населения. Большинство убийств и умышленных тяжких телесных повреждений совершаются лицами, находящимися в состоянии алкогольного опьянения. Несмотря на то, что в Беларуси разработана государственная программа национальных действий по предупреждению и преодолению пьянства и алкоголизма на 2006 - 2010 годы, мы прекрасно видим, что ничего в этом отношении не делается. 

 

Деньги налогоплательщиков

съедает” пенитенциарная система

 

-  Какие аргументы Вы бы привели налогоплательщикам, обеспокоенным тем, что в случае замены смертной казни на пожизненное заключение, они будут “вынуждены кормить преступника из своего кармана”?

 

- Ведь кормят они сейчас массу заключенных и вопросов не задают. А когда кто-то совершил убийство, почему-то возникает вопрос, почему я должен кормить убийцу. Но ведь убийцами не рождаются, ими становятся. И как бы избито это ни звучало, такими их делает общество. Конечно, государство, точнее власть, во многом ответственна за то, что люди совершают преступления, тем более убийства. Но также эта ответственность ложится и на наши с вами плечи. Потому что эти люди воспитывались в нашей среде, жили среди нас. И надо осознавать эту ответственность.    

Давайте возьмем конкретный пример - ту же гомельскую преступную группировку. На протяжении 10 лет они совершали свои злодеяния, убийства… И что, власть не могла с ними справиться, правоохранительные органы не могли их найти? Как в наше время на протяжении десяти лет можно безнаказанно совершать преступления?

В результате, троих из этой преступной группировки приговорили к смертной казни. Ну,  естественно, от них тихо и быстро избавились, чтобы лишнее не всплыло. Возможно, если бы они остались живы, выяснились бы новые факты и имена людей, имеющих отношение к этим преступлениям. Но для этого правоохранительным органам нужно было проделать большую работу. А так - людей казнили и концы в воду.

Или, к примеру, дело Игнатовича. Всплыла его причастность к исчезновению Дмитрия Завадского. Но Игнатовича приговорили к смертной казни, не углубляясь в этот вопрос. И только во многом благодаря вмешательству Генерального секретаря Совета Европы, представителей других международных организаций, смертную казнь Игнатовичу заменили на пожизненное заключение. Таким образом, остался носитель очень ценной информации, связанной с нераскрытым делом. Получается, что пожизненное заключение дает возможность при необходимости вернуться к расследованию такого рода дел. А смертная казнь однозначно лишает общество такой возможности.

Здесь необходимо уделить внимание еще одному важному аспекту. Вопрос об отмене смертной казни непосредственно связан с  глобальной проблемой реформирования пенитенциарной системы в целом. Европа очень продвинулась в этом направлении. Мы же, отягощенные изначально гулаговской системой, а затем системой колоний, которые создавались при стройках крупных заводов для предоставления неквалифицированной рабочей силы, ужасно затянули с этим процессом. У нас система исполнения наказания выполняла, в общем-то, двоякую функцию, в большей степени народно-хозяйственную. А исполнение наказания оставалось на втором плане.

Каждый из нас реально понимает, что «тюрьма не исправляет». Пенитенциарные учреждения только множат количество людей с разрушенными социальными, семейно-родственными отношениями, подорванным здоровьем, потерянной квалификацией. И преодоление этих последствий осуществляется, в том числе, и за наш счет, из кармана налогоплательщиков. Но ведь, если разобраться, то значительная часть осужденных не есть преступники по своему менталитету, склонностям или образу жизни. Большинство из них несут наказание за преступления имущественного характера. Так зачем людей, совершивших правонарушения и не являющихся социально опасными, лишать свободы на многие годы и содержать в колонии за наш счет? Пусть возмещают материальный ущерб. Надо дать им такую возможность, что трудноосуществимо в условиях изоляции от общества.

А вот люди, склонные к социально опасным действиям, к совершению преступлений, должны быть изолированы, поскольку их надо перевоспитывать. В частности, лица, которые совершают тяжкие и особо тяжкие преступления, идут на убийство, это как раз и есть та категория людей, которая должна содержаться в изоляции. Сейчас предпринимаются попытки эту ситуацию как-то развязать.

Многие правозащитники, сотрудники пенитенциарной системы бывали в тюрьмах за рубежом. Там количество заключенных намного меньше, чем у нас, нет этой отрядной системы. Содержатся преступники в нормальных человеческих условиях. С ними специально работают, чтобы после освобождения они могли трудоустроиться. Разумеется, заключенные лишены свободы и их права на время ограничены. Но нет жестокости и унижающего человеческое достоинство обращения. Это то, к чему должна придти наша пенитенциарная система. Она должна иметь дело с категорией людей, которых действительно надо изолировать от общества. Тогда бы это была такая пенитенциарная система, которая не потребляла такие огромные ресурсы.

И, в конце концов, наше общество не должно забывать о нравственно-моральных ценностях христианства. Вспомните, какое в христианстве было отношение к проблеме жизни и смерти. Приведу эпизод, имеющий отношение к теме нашего разговора – «Христос и грешница». Христос сказал фарисеям: «Кто из вас без греха, пусть первым бросит в нее камень». Ставим вопрос так: наши судьи, они безгрешны, не ошибаются и следуют только закону, осуждая людей на смертную казнь? Ведь человек не вправе посягать даже на собственную жизнь - она сакраментальна. Церковь всегда осуждала самоубийц и не отпевала их. Истинные христиане ценят жизнь очень высоко. Однако, наше руководство, почему-то, стоит в церкви со свечками на Рождество, на Пасху, а отменять смертную казнь не решается. В государстве есть публичная поддержка церкви, но не христианских ценностей.

 

Отмена смертной казни –

решение сугубо политическое

 

- Когда встает вопрос об отмене смертной казни, государство ссылается на волю народа  на референдуме 1996 года…

 

- Я считаю, что проводить референдум по этому вопросу, когда люди совершенно не готовы к нему, было преждевременным шагом. Очень высокий процент населения высказался «за» по причине незнания, непонимание проблемы. Люди в этом вопросе не информированы. Государство ничего не делает, чтобы предоставить людям пищу для размышлений по этой проблеме. Ведь, смотрите, получая даже скудную информацию о смертной казни по телевидению, интернету, человек начинает задумываться об этом. И многие соглашаются с тем, что этот вид наказания действительно уже рудимент прошлого и надо его отменять. С каждым годом процент населения, выступающего за смертную казнь, сокращается. Каков он на самом деле, трудно сказать, но это не тот 81 %, который был озвучен на референдуме 1996 года. И если бы люди могли регулярно получать информацию по этой проблеме, я думаю, что выступающих за смертную казнь было бы гораздо меньше. Но пока это еще большая часть населения страны. И, тем не менее, отменять смертную казнь надо. Подчеркну, что в других странах она отменялась в ситуации, когда большинстве населения выступало за ее сохранение. 

Классический пример - Германия. Там этот вид «наказания» отменили в 1949 году. И если на следующий год после отмены смертной казни, 55% населения было за нее, то  в 1973 году «за» оставалось только 30 %, а в 1976 году –  и вовсе 22% .

В Киеве по этой проблеме проводили опрос в 1995 году, как раз накануне нашего референдума. И ситуация оказалась схожей: у нас «за» выступили 80 ,44 %, в Киеве - 81%. Показатель, превышающий 80 %, был характерен в то время для многих регионов СНГ, и тем не менее...

 

- Возможно, белорусское общество насторожено той таинственностью, которая создана вокруг этого вида наказания. На сегодняшний день не известно даже точное количество осужденных на смертную казнь и приведенных в исполнение приговоров с момента независимости республики. А ведь в большинстве стран, где еще существует этот вид наказания, вся информация публична, в том числе и сами судебные процессы по таким делам. В Беларуси  же всё происходит за закрытыми дверями. Как вы оцениваете данную ситуацию?

 

- Что касается статистики в отношении вынесенных смертных приговоров,  то она сейчас все же доступна. В секрете держатся сведения о количестве приведенных в исполнение приговоров. А вообще, по проблеме закрытости информации, связанной со смертной казнью, сказано достаточно много. И здесь сложно что-то добавить.

Самый красноречивый  пример - два решения Комитета по правам человека ООН, в которых  жалобы двух заявителей (от имени матерей, родственников в Комитет обращались правозащитники) признаны обоснованными. Действительно, родственники приговоренных к казни подвергаются  негуманному, бесчеловечному обращению. Они находятся в полном неведении, которое является для них пыткой: дата приведения приговора в исполнение не сообщается и, принося передачу, матери не знали, что их сыновья уже казнены.

Пережить подобную неопределенность в отношении родного человека – значит потерять годы собственной жизни. Получается, что государство как бы возлагает долю ответственности за совершение преступления на родственников преступников. И это - очередной абсурд. Почему эти люди должны нести усугубленные таким обращением страдания? Правда, если мы говорим о страданиях близких людей преступников, то надо говорить и о страданиях людей, которые стали жертвами этих преступлений. Это также проблемный вопрос, который умалчивается. А ведь и с этими людьми надо работать, исходя из их нужд и потребностей. Они нуждаются в поддержке - и душевной, и моральной, и материальной. Но этот вопрос вообще как-то не поднимается, несмотря на то, что он очень важный. И если родственники преступника оказываются жертвами бесчеловечного или унижающего достоинство обращение со стороны государства и могут жаловаться в Комитет ООН по правам человека, то у родственников жертв преступника для этого нет оснований, хотя их душевное состояние может быть критическим. 

И в данном направлении,  помимо государства,  могли бы многое делать представители общественных организаций, негосударственных структур. Но опять-таки мы сталкиваемся с тем, что государство неохотно допускает либо вовсе не допускает негосударственные организации к решению этих проблем.

И еще отмечу, что смертная казнь сейчас применяется в Беларуси в единичных случаях, и многие, кто занимается этим вопросом, удивляются, почему бы не ввести мораторий на исполнение смертных приговоров.

 

- Чиновники имеют другую точку зрения на эту проблему. Например, генпрокурор Беларуси Григорий Василевич неоднократно заявлял, что смертную казнь необходимо оставить в профилактических целях, что это наказание суровое, но справедливое.

 

- Но надо четко понимать, что отмена смертной казни – это политическое решение. И в нашем государстве только высшее руководство может принять такое решение. Поэтому Генеральный прокурор Василевич, председатель Верховного Суда Сукало и другие государственные лица могут только рассуждать на эту тему, они далеки от принятия решения.

 

Беларусь когда-то переплюнула Америку,

но так и не дотянулась до Европы

 

- В наши дни мировая тенденция – отмена смертной казни. Из 192 стран-участниц ООН 146 отказались от данного вида наказания. Как выглядит Беларусь на этом фоне?

 

- В первую очередь надо отметить тот факт, что Беларусь остается единственным  государством в Европе, где смертная казнь сохраняется де-факто и де-юре. Посмотрите, из 56 государств ОБСЕ всего лишь в двух применяется смертная казнь. И в определенной степени это два государства-антипода: Беларусь и США. Интересно, что хотя у нас часто ругают США, но в отношении смертной казни мы с ними заодно.

Если рассматривать проблему в контексте ООН, то ситуация ухудшается за счет азиатских, частично африканских стран. Но ведь глупо нам равняться на эти страны в данном вопросе. Кстати, в той же Африке есть поразительнейший пример – ЮАР, где Конституционный суд еще в 1995 году признал смертную казнь неконституционной. И республика отказалась от смертной казни, хотя только в 90-е годы там был положен конец геноциду. Мне недавно довелось побывать в Южной Африке и видеть жилые районы, в которых проживают люди, имеющие образование и работу. Эти районы ограждены заборами с колючей проволокой, а въезды охраняются. И, несмотря на бедность населения и высокий уровень преступности, смертная казнь там отменена. Повторюсь еще раз – поразительнейший пример!

 

- Кстати, многие белорусы ссылаются на наличие смертной казни в Америке. Говорят, что раз там есть этот вид наказания, то почему его не может быть у нас.

 

- В этом сравнении не все так просто, как кажется на первый взгляд. Я попробовал сопоставить статистику. В 1998 году у нас было приговорено к смертной казни 47 человек. В Америке в том же году - 306 человек. Население нашей страны - около 10 млн. человек. Американцев на тот момент было около 266 млн., то есть в 26,6 раз больше. Примерно треть штатов не применяют смертную казнь. В результате подсчетов получается следующее. Чтобы США догнали Беларусь по количеству смертных приговоров, приходящемуся на миллион населения, к смертной казни там должно было быть приговорено где-то 920-930 человек. Представляете, Беларусь в 1998 году фактически переплюнула Соединенные Штаты Америки, став лидером по количеству смертных казней на душу населения. Сейчас конечно, ситуация в корне изменилась.

Вообще, Америка - страна своеобразная во многом. И мы, белорусы, просто не можем жить так, как живут американцы. Нам абсолютно не надо стараться равняться на американский пример. Сейчас у них в 14 штатах нет смертной казни. Но проблема в том, что вопрос об ее отмене всегда в Америке использовался в политических целях – в борьбе за депутатские места, пост мэра штата и т.п. А поскольку большинство населения штатов, как и у нас, выступает против отмены смертной казни, то кто захочет терять голоса избирателей на выборах?  Нам это нужно?   

 

И еще один показательный момент, который касается проблемы в целом. Например, в одном из штатов США за преступление осуждают человека на смертную казнь, а в другом за близкое по характеру преступление – пожизненное заключение. Так решили судьи. И в обоих случаях всё по закону, получается.  Ни абсурдно ли доводить грань между жизнью и смертью до такого уровня законности?

В Беларуси лет пять назад среди тех, кто отбывал пожизненное заключение, 30 % - лица, которые совершили убийства впервые. Они – не матерые, не закоренелые преступники или маньяки, какими их представляет расхожее мнение. В большинстве своем это лица, напившиеся до потери контроля над собой. Я за бережное, сакраментальное отношение к человеческой жизни и против иллюзии, что, убивая руками государства, мы боремся с преступностью. В этом отношении пожизненное заключение гораздо более суровое наказание. Это соответствовало бы и нашим внутренним законам, Уголовному кодексу, который ставит целью исправление, и принципам христианства.

 

- А что могла бы дать Беларуси отмена смертной казни?

 

- Дивиденды очевидны. Во-первых, открывается путь в Совет Европы. И Республика Беларусь в любом случае пойдет на это, потому что не быть европейскому государству в Совете Европы - это нонсенс. В случае отмены смертной казни отношение к Беларуси со стороны европейских государств изменится, поскольку наша страна тем самым даст понять, что поддерживает общеевропейские ценности и стандарты. В этом и кредит доверия со стороны Европейского Союза, что для нас чрезвычайно важно с точки зрения экономических отношений.

Со вступлением Республики Беларусь в ряд европейских конвенций, связанных с уголовным правосудием, выдачей преступников, к государству будет совершенно иное отношение. Ведь на данный момент арестованного за границей преступника, который совершил тяжкие преступления на территории Беларуси, нашей республике не выдадут, потому что здесь применяются и пытки и смертная казнь.

Отмена смертной казни – необходимейший шаг для Беларуси. Мы хотим следовать европейской традиции, если говорим, что являемся европейским государством. Европа еще в прошлом веке хотела стать территорией, свободной от смертной казни. Беларусь не позволила Европе осуществить этот качественный прорыв.

Может, для кого-то это и повод для гордости…

 

 

 

 

 

Справка:

 

Валерий Филиппов – доктор физико-математических наук

Родился в Бресте.

В 1996 году окончил физический факультет Белорусского Государственного Университета. Один из учредителей  и член Рады Белорусского Хельсинского Комитета.

В настоящее время – член правления РОО Правовая инициатива. Редактор и автор статей, посвященных проблеме смертной казни. Первая книга вышла в 2001 году под названием «Смертная казнь. Да? Нет?».

 

 

Последние новости

слухаць Радыё рацыя Міжнародная федэрацыя правоў чалавека Беларуская Інтэрнэт-Бібліятэка КАМУНІКАТ Грамадзкі вэб-архіў ВЫТОКІ Антидискриминационный центр АДЦ 'Мемориал' Prava-BY.info Беларускі Праўны Партал Межрегиональная правозащитная группа - Воронеж/Черноземье
Московская Хельсинкская группа
Молодежное Правозащитное Движение
amnesty international