Ольга Майорова и Денис Урад признаны политическими заключенными

2021 2021-04-29T11:41:04+0300 2021-04-29T11:41:13+0300 ru http://spring96.org/files/images/sources/maiorava_urad.jpg Правозащитный центр «Весна» Правозащитный центр «Весна»
Правозащитный центр «Весна»

Совместное заявление белорусского правозащитного сообщества

Минск, 29 апреля 2021 г.

4 января была задержана известная активистка Ольга Майорова, ей было предъявлено обвинение по ст. 289 УК («Акт терроризма»). В соответствии с информацией, распространенной государственным телевидением, она администрировала социальные сети Николая Автуховича, который также обвиняется в совершении акта терроризма, вела телеграмм-канал. Как следует из сюжета, О. Майорова лишь комментировала события от имени Н. Автуховича, не будучи осведомленной о конкретных планах и действиях последнего, отыскивая информацию о них в поисковой системе сети Интернет.

Из средств массовой информации правозащитникам также стало известно о том, что в марте 2021 года был задержан и помещен под стражу по обвинению в государственной измене капитан Денис Урад, который, находясь на дежурстве на посту спецсвязи Генштаба Вооруженных Сил сфотографировал секретное письмо от министра внутренних дел министру обороны о вовлечении военнослужащих Вооруженных Сил в деятельность по поддержанию правопорядка и направил копию телеграмм-каналу.

В соответствии со статьей 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений. Каждый человек имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ.

Пользование предусмотренными в п. 2 ст. 19 Пакта правами налагает особые обязанности и особую ответственность. Они могут быть, следовательно, сопряжены с некоторыми ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми:

a) для уважения прав и репутации других лиц;

b) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения.

Комитет по правам человека отмечает, что свободные, не подлежащие цензуре и ограничениям средства информации в любом обществе являются важным элементом обеспечения свободы мнений и их выражения, а также реализации других предусмотренных Пактом прав, являясь одним из краеугольных камней демократического общества. Особое значение имеет свободный обмен информацией и мнениями по государственным и политическим вопросам с возможностью комментировать государственные вопросы без контроля или ограничений и информировать о них общественность. Также Комитет призывает учитывать масштабы изменений в информационных и коммуникационных технологиях, которые существенно изменили методы общения во всем мире, создав новую глобальную сеть для обмена идеями и мнениями.

Комитет подчеркивает необходимость открыть широкий доступ к правительственной информации, имеющей общественный интерес с целью эффективного осуществления права на доступ к информации, допуская лишь две узкие области ограничения этого права, которые могут относится либо к уважению прав или репутации других лиц, либо к охране государственной безопасности, общественного порядка или здоровья и нравственности населения. Тем не менее, когда государство−участник устанавливает ограничения на осуществление права на свободное выражения мнения, эти ограничения не должны ставить под угрозу сам принцип этого права. Ограничения должны строго отвечать требованию необходимости и соразмерности.

Оценивая информацию о поступке Д. Урада и принятых в его отношении репрессивных мер, мы исходили из основанной на Пакте позиции Комитета по правам человека, согласно которой нарушением п. 3 ст. 19 Пакта будет ссылка на законы о государственной измене и аналогичные акты, касающихся национальной безопасности, служебной тайны, борьбы с подрывной деятельностью, с тем, чтобы удержать или утаить от широкой общественности информацию, представляющую законный общественный интерес и не угрожающую национальной безопасности, а также, чтобы преследовать журналистов, исследователей, защитников окружающей среды, правозащитников или других лиц за распространение такой информации.

В соответствии с законом, в мирное время основными задачами Вооруженных Сил, помимо специфических военных, являются участие в разрешении внутреннего вооруженного конфликта и обеспечение во взаимодействии с другими войсками и воинскими формированиями, военизированными организациями военного положения, режима чрезвычайного положения. Соответственно, привлечение Вооруженных Сил для выполнения задач, не связанных с обеспечением военной безопасности и вооруженной защиты Республики Беларусь, ее суверенитета, независимости, территориальной целостности и конституционного строя, не допускается, за исключением случаев необходимости защиты населения и оказания ему помощи при возникновении чрезвычайных ситуаций в соответствии с законодательством Республики Беларусь. Военное или чрезвычайное положение вводится в стране в установленном порядке при наличии соответствующих оснований. Вооруженные Силы могут привлекаться к усилению охраны критически важных объектов. Закон также допускает привлечении армии в иных случаях, установленных законодательными актами, однако такие акты не должны подрывать установленных законами принципов неучастия Вооруженных Сил во внутренних политических конфликтах. Нарушение этого принципа будет способствовать эскалации общественно-политического противостояния, ослабит единство и боеготовность Вооруженных Сил перед внешними угрозами, а помимо этого может повлечь иные тяжелые последствия – как это произошло в августе 2020 года в г. Бресте, где военнослужащие сил специальных операций ВС, не имеющие навыков взаимодействия с гражданским населением при охране правопорядка, были направленны на подавление мирных протестов с боевым оружием, в результате чего одним из них был застрелен Геннадий Шутов

В соответствии с законом «Об информации, информатизации и защите информации», не могут быть ограничены доступ к информации, распространение и (или) предоставление информации о фактах нарушения законности и информации, отражающей состояние общественной безопасности.

Таким образом, нет сомнения, что Д. Урад действовал в общественных интересах, а обоснование министром внутренних дел цели привлечения военнослужащих к полицейским функциям «для охраны объектов, подлежащих государственной охране, обеспечивающих жизнедеятельность населения и функционирование транспорта, и объектов, представляющих повышенную опасность для жизни и здоровья людей» - это манипуляция нормами закона, т.к., например, в деревнях Боровляны и Копище Минского района, куда планировалось направить 50 военнослужащих, таких объектов нет, а есть очаги мирной протестной активности граждан (комплекс «Новая Боровая» в д. Копище).

Оценивая информацию о деятельности О. Майоровой и характере принятых в ее отношении мер, мы ссылаемся на позицию Комитета по правам человека, который призвал государства обеспечивать совместимость антитеррористических мер с п. 3 ст. 19 Пакта. По мнению Комитета, такие правонарушения как «поощрение терроризма» и «экстремистская деятельность», а также правонарушения «восхваления», «прославления» или «оправдания» терроризма должны иметь четкие определения для гарантии того, что их применение не ведет к неуместному или несоразмерному вмешательству в осуществление права на свободное выражение мнений.

Кроме того, с учетом личных качеств обоих обвиняемых любое расследование в их отношении могло вестись в условиях, когда те находятся на свободе, с обеспечением гарантий явки в органы расследования и в суд, поэтому заключение их под стражу следует расценивать как произвольное лишение свободы.

Мы считаем, что арест и содержание под стражей Ольги Майоровой и Дениса Урада произведены в нарушение обязательств государства по ст. 19 Пакта и направлены на достижение неприемлемых в демократическом обществе целей: упрочение либо удержание власти субъектами властных полномочий; недобровольное прекращение или изменение характера чьей-либо публичной деятельности.

Согласно п. 3.1 Руководства по определению понятия «политический заключенный», утвержденному белорусским правозащитным сообществом на ІІІ Правозащитном форуме, лишение свободы в связи с ненасильственным осуществлением свобод, гарантированных международными нормами права в области прав человека, является основанием для признания такой личности политическим заключенным с требованием немедленного освобождения.

С тревогой отмечая, что уголовное преследование О. Майоровой и Д. Урада ведется по одним из наиболее тяжких составов преступлений, заявляем, оно является политически мотивированным, а сами перечисленные лица - политическими заключенными.

В связи с этим, мы представители белорусских правозащитных организаций, требуем от властей Беларуси:

  • немедленного освобождения Ольги Майоровой и Дениса Урада и прекращения уголовного преследования в их отношении.

Правозащитный центр «Весна»;

РОО «Правовая инициатива»;

Белорусский дом прав человека имени Бориса Звозскова;

Белорусская ассоциация журналистов;

Центр правовой трансформации Lawtrend;

«Инициатива FORB»;

Белорусский ПЕН-центр;

Консультационный центр по актуальным международным практикам и их имплементации в праве «Хьюман Константа»;

РПОО «Белорусский Хельсинкский комитет»;

Белорусский документационный центр.

Последние новости

Партнёрство

Членство